Часть 6
27 декабря 2021 г., 13:16
Красный с белой полосой вертолет садился на площадку больницы. К нему со всех ног бежали врачи и санитары реанимации, чтобы как можно быстрее оказать помощь ребенку. С Лили полетел мистер Эванс, а Петуния с мамой отправились на такси. Истерика накрыла девочку в машине, причем такая, что водитель понял — ситуация очень серьезная.
— Тише, моя хорошая, тише — уговаривала миссис Эванс Петунью, а где-то в это время работали врачи, пытаясь спасти ребенка.
— Мама, пусть сестренка выживет, ну пожалуйста, — рыдала девочка, а водитель такси выжимал педаль акселератора, безбожно нарушая скоростной режим.
Палата, такая же, как и в Великобритании. Роль мешка АМБУ взял на себя аппарат ИВЛ, помогающий девочке дышать, а в вену ей вводятся медикаменты. Состояние ребенка очень тяжелое, причем без причин, как будто само по себе. Суетятся неврологи, кардиологи, разбираясь в хитросплетении симптомов, работает аппаратура, смотрит в стену остановившимся взглядом мистер Эванс, которого выгнали из палаты.
В двери больницы вбежала миссис Эванс и вслед за ней Петуния. Всего через час им сказали, что девочка в коме, и совершенно непонятно, что с этим делать. В 1969 году это был приговор, раньше или позже аппаратуру отключат и вот тогда… Тогда все. Но Петуния не согласна с тем, чтобы было «все», она обнимает сестренку, зовет ее, всем кажется, что что-то белое обнимает обеих сестер, хотя такого, конечно же, не может быть.
Лили открывает глаза и смотрит на Петунию. При всех врачах, при объясняющем профессоре, при всех. Она открывает глаза и смотрит только на Петунию, а потом начинает кашлять. К ней кидаются реаниматологи, вытягивая трубку, давая возможность дышать самой, а профессор смотрит на это чудо большими круглыми глазами и не находит слов.
Лили против того, чтобы Петунию уводили, она сразу же начинает плакать, ее параметры скачут, и поэтому девочек оставляют вместе.
— Ты меня спасла, — хрипло говорит Лили.
— Не умирай больше, пожалуйста, — просит Петуния.
— Обещаю… — шепчет девочка и устало закрывает глаза, а Петуния ее гладит и плачет.
Сегодня они чуть не потеряли друг друга. Это трудно принять и трудно пережить, поэтому Петуния гладит Лили и тихо плачет, а сестричка спит. Она очень устала, она почти шагнула туда, откуда не возвращаются, но вернулась, потому что так захотела ее сестра, вылечив самой своей душой, но, в отличие от предыдущей реальности, Петуния не потеряла силы от этого, она осталась волшебницей. Но разве это важно?
***
Лили эвакуировали в Великобританию специальным самолетом, он был желтым, и в него поместилась вся семья. Причин произошедшего с Лили так никто и не понял, поэтому решили не рисковать, а перевезти так, чтобы уже дома разобраться. Поэтому специальный самолет, оплаченный медицинской страховкой Эвансов, взлетел в Швейцарии и спустя почти шесть часов приземлился в Лондоне. В больницу Лили не отвезли, а вернули домой, потому что разницы никакой, а комфорт ребенку важен, да и Петуния не хотела отходить от сестры ни на минуту. После того, что случилось, папа сказал Лили лежать, а Петуния заявила, что будет ухаживать за сестрой сама. Очень сильно девочка испугалась за сестру. Этот страх все еще жил в ней, не желая уходить, поэтому девочки спали вместе, и ночью Петуния постоянно контролировала Лили. А у Лили куда-то спрятался страх. Вот только что он был и вот — спрятался. Пока рядом была Петуния, Лили не боялась, но стоило той отойти… — Папа, что мне делать? — спросила Петуния. — Иногда мне кажется, что Лили без меня даже дышать не может. — Это пройдет, доченька, — ответил мистер Эванс. — Просто ты сейчас центр ее вселенной, понимаешь? — Понимаю, папа, я сама за нее очень боюсь, — проговорила Петуния. — Как же она будет в той школе одна? — Мы решим этот вопрос, — произнес папа, погладив Петунию по голове. — Обязательно решим. Лили было сложно, особенно сложно было… Да, особенно сложно было в туалет. Вот Петунию абсолютно не беспокоила необходимость подавать судно, а Лили иногда терпела до последнего, за что сестра на нее, конечно же, сердилась, но… Выговаривала Петуния сестре очень мягко, потому что Лили сразу начинала плакать и предлагать ее… Ну… — Давай ты меня отшлепаешь и не будешь больше сердиться, — сказала Лили, когда Петуния рассердилась в первый раз. — Нет, я не буду тебя шлепать, ты просто постараешься так не терпеть, хорошо? — ответила ей девочка, очень хорошо понимающая, что стоило ее сестре предложить такое. — Ты самая лучшая, — прошептала Лили. За эти две недели Петуния научилась правильно ухаживать, мыть, кормить свою младшую сестренку. И та очень ценила это, очень. Наконец время прошло, и папа посадил обеих своих девочек в машину: пора было ехать в больницу.***
— Ура, ура! — прыгала Лили, которой разрешили вставать и ходить. — Не перенапрягись, — улыбнулась Петуния, и Лили перестала прыгать, сделав лицо послушной девочки. — Я хорошая? — спросила девочка свою старшую сестру. — Еще какая, — рассмеялась Петуния. — Гулять пойдем? — А там будет этот страшный мальчик? Ну, который… — со испугом посмотрела девочка. — Мы на другую площадку пойдем, — ответила старшая сестра. — Подальше от заводского района. — Я, кажется, мальчиков боюсь, — тихо прошептала Лили. — Я с тобой рядом, только слушаться, да? — ласково спросила Петуния. — Да… — ответила девочка. — С тобой ничего не страшно. Одевшись, девочки пошли гулять, сначала возле дома, а потом, уже с мамой — на площадку. Миссис Эванс поражалась, насколько девочки изменились: Петуния потеряла свою злость и импульсивность, а Лили… Лили абсолютно во всем и почти не задумываясь слушалась старшую сестру, что могло стать проблемой в будущем. Но сейчас нужно было подумать совсем о другом — как защитить доченьку, сначала в обычной школе, а потом в этой их «волшебной», судя по рассказу, больше похожей на тюрьму достаточно строгого режима. — Муж, что делать будем? — спросила миссис Эванс. — У меня есть два варианта, первый — это обратиться через друзей в правительство, — ответил ее супруг. — Но меня знаешь, что смущает? — Знаю, любовь моя, — грустно улыбнулась женщина. — Либо заколдовали абсолютно всех, либо правительству было все равно. — В то, что заколдовали всех, мне не верится, — сжал губы мистер Эванс. — Так что, по принципу Оккама… — Какой у тебя второй вариант? — поинтересовалась миссис Эванс. — Переезд, только вот куда? — задумался мужчина. — Давай подумаем, — улыбнулась женщина. — По аналогии с миром людей. Франция, Германия, Испания отпадают, так? — Так, дорогая, учитывая, что они зависли на уровне прошлого века, то во Франции, Германии и Испании будет все то же самое, тогда получается — Штаты? Но в Штатах тоже не сильно весело, не будет ли наша дочь на положении, хм… — Да, твое «хм» мне не сильно нравится, — кивнула миссис Эванс. — Выяснить бы у кого-нибудь. Давай попробуем спросить дочь? Старшие Эвансы мучились от недостатка информации и невозможности ее добыть, вместе с тем они беспокоились за Лили, не зная еще, что и Петуния ведьма. А Лили со своей старшей сестрой беззаботно гуляли, играли и не думали пока ни о каких магах. Северус Снейп больше не видел Лили. Более того, когда он пришел в следующий раз, у нее дома не было никого, как будто все уехали. Это было очень печально, особенно если учитывать, как зеленоглазая девочка его испугалась в прошлый раз. В ее глазах был настоящий ужас. Северус решил расспросить маму о том, почему это могло произойти, и услышанное выбило почву у него из-под ног.
