Will you be my sugar baby?

      Чонгук опирается спиной на закрытую дверь детской и быстро утирает выступившие слёзы, делая глубокий вдох. Сын дёргает за край рубашки, привлекая внимание и смотря обеспокоенно. Родители впервые ругались при нём, ещё и так громко, поэтому ему стало страшно, и он не нашел ничего лучше, как позвонить дяде Чимину, что оказалось действенным, только вот папа выглядит очень расстроенным.              -Папочка, вы с папой поругались из-за той тёти? – мальчик тянет за собой на кровать. Он с ранних лет был смышлёным, весь в отца.              -Нет, Хани, просто папа не соблюдал постельный режим, вот мы и немного повздорили, - нечестно по отношению к сыну его обманывать, он всё равно рано или поздно узнает, но сейчас не время.              -Не злись на папу. Знаешь, как сильно он тебя любит? – мальчик разводит руки в стороны, как будто пытается передать размер любви, вызывая полуулыбку у Чона. – Ложись, - Джонхан укладывает папу под одеяло и вручает свою любимую игрушку, устраиваясь рядом, - сегодня я расскажу тебе сказку, которую рассказывал мне папа, - Чонгук обнимает сына и готовиться слушать. У Тэхёна не всегда получалось укладывать Хани, так как он допоздна работал, но, когда это случалось, он сам придумывал коротенькие рассказы, которые очень нравились ребёнку. Чонгук их никогда не слышал, потому сейчас ему интересно, что же такого его муж напридумывал, раз сын хочет поделиться именно в этот момент.              -Однажды, мальчик гулял по лесу в поисках вдохновения и места, где можно побыть наедине с природой и собой. Лес густой, с высокими деревьями, ствол которых был очень широким, а корни походили на огромную паутину, торчавшую из-под земли. И вот, мальчик вышел на берег озера. К его удивлению, оно было полностью застывшим, хотя стояло жаркое лето. Он расположился в тени раскидистого дуба и начал рисовать, пристально вглядываясь в поверхность льда. Ему очень понравилось это место, и он стал ходить сюда каждый день на протяжении месяца. В один из вечеров мальчик решил ступить на замершее озеро. С каждым шагом вперед лёд исходил трещиной. Мальчику казалось, что кто-то стучит под ним, но продолжал медленно идти, пока не оказался в центре. Он внимательно смотрел под ноги, пытаясь что-то разглядеть, и, внезапно, лёд проваливается под ним.              Джонхан активно жестикулирует и выделяет интонацией важные моменты, а Чонгук сидит с широко открытыми глазами. Ему правда интересно, что будет дальше.              -Мальчик с головой погружается в холодную воду и чувствует, что начинает тонуть. Воздух в легких заканчивается, и ощущение, как будто что-то тянет на дно. Голубое небо заслоняет черная пелена перед глазами, сознание покидает тело.              -Подожди, и это тебе папа рассказывал? – Хани кивает, а Чонгук задумывается провести воспитательную беседу с мужем, потому как такие подробности не для детского ума.              -Так вот, мальчик очнулся на берегу озера. Он жадно хватал воздух ртом и тёр ледяными руками глаза. Когда дыхание полностью восстановлено, он видит, что озеро полностью растаяло, и его чистая гладь отражает небо с белоснежными облаками. Рядом с ним слышится шуршание, и мальчик оборачивается, видя высокого юношу. Он был полностью обнажен и стоял к нему спиной, наклонив вниз голову. Потом мальчик узнаёт, что озеро заморозила злая колдунья, заточив в нем этого юношу. Растопить лёд мог человек, который отыщет это место и будет возвращаться снова и снова, пока не осмелиться ступить на поверхность замершей воды, тем самым разбив колдовство.              -Получается, они спасли друг друга?              -Да! – Джонхан хлопает в ладоши, смотря искрящимися глазами на родителя.              -И чем закончилось?              -Они построили дом на берегу этого озера, и холодными вечерами мальчик разводил костер, крепко обнимая и сжимая ледяные пальцы юноши, чтобы тот согрелся, так как холод всё ещё пугал его. И жили они долго и счастливо. Конец!              Хани сонно зевает, исчерпав всю свою энергию на активное повествование, и закрывает глазки, укладываясь на бок, а Чонгук передает ему плюшевого гоблина и целует в макушку, тихо шепча «спасибо».              Джонхан не просто так выбрал именно эту историю. Неужели именно так Тэхён видел их с Чоном знакомство? Чонгук нашел его и спас от овладевшего телом и душой холодом? Возможно, это действительно так. Все детали, выделенные сыном, не совпадение, Ким правда мерзнет даже в тридцатиградусную жару, что уж говорить про колдунью, которая, наверняка, его бывшая жена. Она оказалась предателем, что ударило по сердцу, как лезвие острого клинка, заставив закрыться от остальных людей.              Когда с боку слышится сопение, Чонгук тихо поднимается и прикрывает дверь детской. Понимает, что ссора была наиглупейшей из всех, даже спор из-за вазы в гостиную обоснованнее. Он движется в сторону кабинета с намерением разбить оставшиеся напряжение и недоговорки, но, когда заходит – никого. Он слышал шум дверей. Значит, Тэхён ушёл из дома.              Чонгук подходит к столу, на котором лежит записка, видимо, оставленная хозяином кабинета.              «Буду утром. Ложись без меня. Даю тебе время, как ты и хотел, Бэйб.»              Прекрасно! Просто замечательно! Уехал в ночь чёрт знает куда, оставив висеть в воздухе неразрешенный до конца конфликт. С другой стороны, Чон сам сказал пока выдержать дистанцию, так чего злиться то? Чонгук еще раз пробегается глазами по небольшому тексту и выдыхает, комкая листок. Разум подбрасывает неприятные картинки, где сейчас может быть Ким, но Гук сердцем понимает, что ни по каким женщинам или парням его муж не пойдет, всё-таки восемь лет отношений на дороге не валяются. Скорее всего, задумчиво бродит по улицам Сеула, хмуря брови от каждой плохой мысли, либо поехал к Чимину. Точно, он точно у Чимина с Юнги. Чонгук успокаивает себя этими мыслями и плетется в спальню, чтобы этот день скорее закончился, но сон никак не хочет приходить. Проворочавшись с час, парень достает блокнот и принимается быстро писать, попутно делая небольшие зарисовки. Когда как не сейчас начать работу над манхвой. Вдохновение, ты переменчивее погоды за окном.              

***

      -Херово выглядишь, - Пак пропускает бледного друга в квартиру и помогает стянуть верхнюю одежду, так как тот еле руками волочит.              -Без радужных знаю, - Тэхён зачесывает назад волосы и проходит в гостиную, совмещенную с кухней, где уже на длинном белом диване развалился Юнги. Чимин пропускает комментарий по поводу своих волос мимо ушей и идет следом.               -Ууу, ТэТэ, так не пойдет, - Мин прикладывает ладонь ко лбу и смотрит на своего парня, а тот, поняв по одному взгляду, идет на кухню, включает чайник и достает какие-то таблетки и другие баночки разных цветов и формы. Когда лекарства приняты, а холодные пальцы оплетают дымящуюся кружку с чаем, Пак валится на диван рядом с Юнги, сжимая его колено маленькой ладошкой. Они оба переживают за друга.              -Что этой суке надо было? – Чимин решает начать разговор и разгрузить кимову голову от тревожащих мыслей. – Что? – Юнги кидает строгие взгляды, призывая выражаться корректнее. – Она и похуже слова заслужила.              -Качала права на сына, хотела вернуться, - Ким отпивает горячий напиток и чуть расслабляется, - а потом сменила тактику, увидев Чонгука. Начала говорить, что меня просто используют, что я использую Чонгука и всё такое. Жалкое зрелище.              -Но Чонгук ведь не повёлся? – Юнги пытается прояснить ситуацию.              -Нет, конечно. Он просто устал. Тяжело пропускать через себя дерьмо про семью. И так почти каждый день слышит, как отвратительно встречаться с мужчиной ради денег или стать отцом в таком возрасте, а тут ещё Клара. Я не злюсь, но…              -Но он мог поделиться с тобой своими переживаниями, а не накатывать негатив, как снежный ком, - заканчивает за него Пак и передаёт мягкий плед, чтобы тот согрелся окончательно.              -Я сказал, что переписал на него дом пять лет назад, а он вспылил ещё больше.              -Это было сделано в разумных целях, бизнес дело опасное, никому не хочется остаться на улице, если вдруг обанкротишься, - констатирует Мин один из законов предпринимательства.              -Не думаю, что ТэТэ сделал это только из-за страха потерять жильё. Не тупи, Юнги.              -Тэ, конец года, все на нервах, всё будет хорошо. Переночуешь у нас, утром вернешься и поговорите. Уверен, Чонгук не имел ничего плохого, тебе ли не знать.              -Спасибо, - Тэхён морщится от очередного глотка, так как горло всё ещё ужасно саднило, и благодарными глазами смотрит на друзей. Ему не претит мысль оставить мужа одного на всю ночь с сыном, но тот сам сказал выдержать расстояние, потому он остается, сомкнув глаза только под утро.              

***

      Бессонная ночь, покрасневшие глаза, обкусанные губы и работа, которую Чонгук думал не сможет закончить до конца месяца, сделана. Сюжет получился довольно неплохим, навыки рисовки ещё не растерялись, да и некоторый опыт помог сделать историю более насыщенной. Чонгук смотрит на электронные часы, показывающие семь утра и обозначающие начало очередного утра. Собирает сына под без конца сыплющиеся вопросы о папе, так и не вернувшемуся, и отвозит в школу, не обращая внимания на косые взгляды, ему абсолютно не до этого. Сообщив главреду, что сегодня будет работать удаленно, возвращается домой, где пустота и тишина.              Время доходило до десяти часов, Чонгук дошел до коробки конфет с ликером и семи чашек какао. Он тупо пялился в черный экран телевизора, не думая не о чем и сразу обо всём. На смену первой коробке конфет пришла вторая, только уже без ликера, но с коньяком в кофе, причем самого кофе там было мало. Когда Чонгук уже в открытую потянулся к бутылке алкоголя, из прихожей раздался шум, и парень подорвался туда, запрыгивая на мужчину и оплетая его всеми конечностями. Тот держит очень крепко, вдыхая родной запах вперемешку с крепким коньяком.              -Тэ, прости, я не должен был говорить всего этого, - говорит, уткнувшись в шею, с перекрывающими глаза слезами. – Я правда люблю тебя.              -Бэйбик, ты всё еще здесь и это главное, - он целует в плечо, поднимаясь выше, скулы, подбородок, щеки и останавливается напротив губ, - Я тоже тебя люблю.              Целует. Без напора, почти невесомо, но чувственно. Холодные с зимней улицы губы на горячие любимые. Сминает сначала нижнюю, верхнюю и лишь потом углубляет, сплетаясь языками. Чонгук обмякает в крепких руках и растворяется в этом поцелуе. Ким первый отстраняется и упирается своим лбом в чужой, тяжело дыша.              -Выбирай, - мужчина выдыхает в самые губы, пуская разряд по телу мужа, а тот пьяно улыбается и чувствует упирающиеся в его бедра возбужденный член.              -Классика, папочка, - шепчет на ухо, проходясь язычком по раковине и присасывая мочку. Ким подхватывает парня за бедра и движется в спальню, оставляя отметины по открытым участкам кожи. Считаем, конфликт исчерпан.              Примирение прошло более чем успешно до мокрых простыней и иссякания сил. В ванную пара пошла вместе, наполнив её до краев пеной и сев напротив друг друга.              -Как Хани? – с беспокойством спрашивает Ким, следя как муж играется с пеной, пытаясь построить из неё башенки или раздувая её из ладошек в потолок.              -Успокаивал, хотя это я должен был делать. Очень умный и внимательный. Заступился за тебя, - парень брызгает водой, на что Тэхён реагирует и обхватывает пальцами чужую щиколотку, задирая вверх.              -Мы хорошо его воспитали, - первый поцелуй в середину ступни, - и ты стал хорошим отцом, Чонгук, - второй в лодыжку. Чонгук затаил дыхание.              Тэхён прокладывает дорожку из поцелуев дальше по внутренней стороне ноги, а Чонгук накладывает на чёрные влажные волосы пену, имитируя снежную корону. Когда губы касаются бедра, член дергается, что не остается не замеченным от темных глаз напротив, в которых черти возобновили пляски.              -Бэйбик, развернись к папочке задом, а к ванной передом, - низким голосом просит-приказывает Ким, помогая младшему сменить позу. Сам спускается ниже, притягивая за тазовые косточки на себя, благо, размеры ванны позволяют.              У Чонгука конечности становятся ватными от возбужденного баритона Тэхёна. Он хватается за края ванны в тот момент, когда руки ложатся на упругие половинки, а язык погружается в дырочку, обводя стеночки. Вода переливается за края под стоны парня, пока Тэхён проталкивает язык дальше, не собираясь останавливаться. Ему дай повод и возможность, он вылижет своего Бэйбика с головы до пят. Ему до безумия нравится быть в Бэйбике и членом, и ртом. Он не считает это зазорным и не понимает, почему некоторые считают это занятием пассивов. Как можно отказать себе в таком удовольствие? Его мальчик самый сладкий и снаружи, и внутри.              Тэхён трахает Чонгука языком, а у того мир перевернулся и серый мраморный пол смешался с белым потолком. Он гортанно стонет, цепляясь пальцами за борта ванны, скользя коленями, но Ким только крепче держит, не прекращая исследовать, как в первый раз, анус. Чонгук начинает хныкать, потому что его член требует разрядки, и Тэхён отстраняется и сажает младшего на свой, колом стоящий, член, одной рукой обхватывая чонгуков и надрачивая в ритм толчкам.              Чонгук кончает первым, изливаясь в ладонь. Тэхён, наконец, его выпускает из крепкой хватки, чувствуя приближающийся оргазм и кончает себе на живот. Оба, безумно влюбленные, хватают разряженный воздух, устало улыбаясь и отмокая в уже остывшей воде, в которой вся пена растворилась, как и их недавний конфликт.              К счастью, болезнь Кима отступила, поэтому его самочувствие, внешний вид и настроение заметно улучшились, но, думаю, вы это и так поняли. Поменяв постельное белье, пара завалилась на кровать: Тэхён сидел, опираясь на спиной о стену и внимательно читая какие-то документы, всё-таки он целые сутки отсутствовал на работе, а это не похвально, учитывая конец года и поджимающие сроки выполнения строительства у капризного заказчика, даже если ты сам себе начальник; Чонгук устроил голову на ногах Кима и просматривал нововышедшие вебтуны конкурентов на телефоне Тэхёна, так как его, как всегда, где-то валяется. Он использует его только для работы и связи с близкими, что немного странно для людей его возраста, но любит копаться в смартфоне мужа. Его переписки и звонки он никогда не проверяет, просто залипает в интернете.              -Тэ, тебе сообщение пришло.              -Прочитай, - Тэхён глаза от документа не отрывает, перебирая пальцами влажные после душа волосы Гука.              -Это… Это от твоей мамы, - у обоих удивленные взгляд друг на друга и поднятые брови. Меньше недели до Рождества, вот так сюрприз.              

***

      -Тэ, можно я останусь дома, пожалуйста, - Чонгук уже час пытается уложить дрожащими руками волосы, но всё сыплется из рук. Муж приходит на помощь и забирает гель с расческой. – Я ей не нравлюсь, не хочу подливать масла в огонь.              -Бэйб, расслабься, я рядом с тобой, - целует в висок, обнимая в знак поддержки.              Тэхён не общается с матерью от слова совсем. Узнав о разводе и новых отношениях с молодым парнем, она истерила и никак не хотела принимать нового избранника сына, но со временем остыла, но стала держаться на расстоянии, звонив только три раза в год: день рождения Тэхёна, день рождения внука и Рождество. Тэхён не знает, что случилось и почему она решила позвать их отмечать праздник у себя дома, но отказывать не стал. У него никогда не было близких отношений с матерью, потому благословения он от нее и не ждал. Согласился из вежливости, ждать от нее ничего хорошего не стоит.              Чонгук в сотый раз поправлял пиджак и оттягивал ворот водолазки. Сам не знает почему нервничал. Он не удивился, что мать Тэхёна его не приняла, ожидал такой исход из реакции своих родителей, но ему хотелось бы лучше безразличия со стороны женщины, вместо открытой неприязни, которую она высказывала при каждом удобном случае. Вот и сегодняшний вечер не будет исключением, он уверен.              -Эй, Гуки, всё хорошо, посмотри на меня, - Ким берет его за руки, с нежностью смотря в шоколадные глаза напротив. – Ужин закончится, и мы сразу уедем, слышишь? - он своего мужа в обиду не даст и знает, как ему будет не комфортно там находиться, но отступать некуда.              -Я хорошо выгляжу? – парень снова поворачивается к зеркалу в пол и смотрит на старшего через него. Тэхён оплетает его талию, смотря в ответ.              -Я бы показал, насколько хорошо, но времени нет, Бэйб, - он отстраняется и, оставив шлепок на обтянутых брюками ягодице, выходит, спрашивая, готов ли Джонхан ехать.              На Чонгуке бежевый в клетку костюм с черной водолазкой и ремнем от Гуччи, а в довершении – золотой кулон в форме бесконечности с драгоценными камушками. Подарок мужа на третью годовщину. Тэхён выбрал черные брюки с жилеткой, классическую белую рубашку и черный галстук. Весь образ сидел по фигуре, выделяя широкую грудь и подкаченные бедра, а из-под расстёгнутых манжет тянулись паутинки из вен, уходящие в кожаные перчатки. У Чонгука от одного вида на мужчину скапливается слюна и член дергается. Только он не знает, что у Кима такая же реакция на него. Ох уж этот официальный стиль.              Мать Тэхёна жила за городом, потому дорога заняла несколько часов со всеми пробками и остановками. Поехать решили на кимовой машине, так как Тэхён хотел быть за рулём, а то муж слишком уж разнервничался. Джонхан смотрел в окошко, показывая родителям на красивые проносящиеся зимние пейзажи, отвлекая тем самым Чона. Погода была ясной, может это хороший знак?              Дом, у которого припарковалась семья, небольшой, но выполнен с размахом. Видно, что его хозяйка любила жить на показ, большего за этой роскошью ничего не стояло. Женщина стояла на пороге, тепло улыбаясь гостям. Тэхён видел её насквозь, но улыбался в ответ вместе с Чонгуком, который старался держаться уверенно рядом с мужем. Внутренний интерьер тоже в стиле дорого-богато, Тэхён аж мысленно поморщился, он не живёт здесь с пятнадцати лет и предпочитает минимализм всему этому пылескапливаемому хламу. Праздничный стол уже накрыт: женщина села во главу стола, Тэхён по правую руку, Гук рядом с ним и сын напротив.              -Как дела в школе, Джонхани? – госпожа Ким решает начать разговор с внука, которого давно не видела, но вопрос у неё, конечно же, с определённым подтекстом.              -Нормально, только с английским не очень, но папа помогает, - мальчик смотрит на Чонгука и получает очаровательную улыбку от родителя. Женщина никак не реагирует на переглядывания, и тёплая улыбка сползает с её лица. – Пап, я могу пойти осмотреться? – он переводит глазки-бусинки на другого отца, а потом на бабушку. Ребенок тоже чувствует эту натянутую атмосферу, хотя и не знает, что происходит между взрослыми. Ким согласно кивает, и Джонхан убегает в другие комнаты, которые красиво и ярко украшены к Рождеству.              -Как ты, сынок? – госпожа Ким делает вид, что не замечает второго парня, старательно игнорируя его присутствие.              -Дом, работа и так по кругу, - он нарезает стейк из свинины на маленькие кусочки и меняется тарелками с Чонгуком. Тот смущается на уже обыденный жест со стороны мужа. Ким всегда заботлив и обходителен, этого не отнять в любой ситуации. – Как Вы поживаете, мама? – Тэхён с ранних лет воспитан обращаться к родителям на «Вы», пронеся эту привычку сквозь года.              -На пенсии скучновато, развлекаюсь шоппингом и фитнесом, - мама у Тэхёна в свои немолодые годы выглядит шикарно. Аккуратная стрижка, макияж, дорогая одежда по последней моде и фигура неплохая, хорошо здоровье позволяет посещать спортзал. – Джонхан очень вырос, - она заботливо подливает сыну вина, бегая глазами по его лицу. - Надеюсь, ты не слишком устаёшь, а то за стольким нужно уследить.              Чонгук крепче положенного сжимает вилку, а Тэхён сжимает его бедро под столом, успокаивая.              -Я в порядке, мама, спасибо, - мужчина наполняет бокал Чонгука шампанским, окутывая заботой, чтобы тот расслабился.              -Ты, конечно, правильно его воспитываешь, но видно, что мальчику не хватает женской ласки, понимаешь? - кажется, послышался скрип, это Чонгук стиснул зубы, медленно, но верно закипая с каждым словом. – Вот, Кларочка, такая хорошая девушка была. Не понимаю, зачем надо было разводиться. Ты ещё молод, сынок, может найдёшь себе хорошую женщину. Думаю, любая не устоит перед тобой. Не стоит ставить на себе крест и клеймить себя, встречаясь с парнем.              -Послушайте, мама, - Чонгук делает акцент на обращении, поднимаясь со стула. Это перешло все границы, и молчать он более не собирается, чтобы Тэхён ему потом не сказал. – Ваша Клара плевать хотела на ребёнка и Тэхёна, ей нужны были деньги и дом, но Вы мало интересовались жизнью сына, чтобы знать об этом.              -Не смей так обращаться ко мне…              -Я не закончил, мама, - снова выделяет обращение, выводя женщину из себя. Мысленно надеется, что Ким его остановит, иначе он выскажет всё, что думает. Но Тэхён сидит, рассматривая еду в своей тарелке и спокойно продолжает есть. – Мы официально в браке пять лет, - показывает на серебряное кольцо на безымянном пальце, и Тэхён показательно берет стакан рукой, на которой такое же кольцо, - в отношениях мы восемь лет, и мне плевать, благословляете Вы нас или нет. Ваше мышление очень ограничено, раз Вы не можете принять чувства собственного сына. У нашего ребенка всего в достатке. Мы даём ему любви и заботы больше, чем даже традиционная, в Вашем понимании, семья. И я не сижу на шее у мужа, как Вы могли подумать, а работаю, принося свою лепту в общий бюджет.              Женщина опешила от всего услышанного. Никто никогда не позволял себе разговаривать с ней в таком тоне, а тут какой-то мальчишка возомнил о себе невесть что, встречаясь с её сыном. Чонгук смотрит ей прямо в глаза своими потемневшими от злости, упираясь руками о стол.              -Достаточно.              Тэхён, наконец, подаёт голос, отпивая воду из бокала на высокой ножке, и встаёт, обходя мать со спины. Он слушал очень внимательно каждое слово из уст Чонгука и получал мысленный оргазм от произнесенных «нашего ребенка», «мы», «муж». Ким безумно горд, что Чонгук не побоялся высказаться его матери прямо в лицо. Его мальчик так вырос.              -Спасибо за ужин, мама, но готовка - это всё, на что вы способны.              Он оставляет короткий поцелуй на щеке матери и двигается на выход из столовой, взяв Чона за руку и зовя Джонхана.              -Этот мальчишка тебя испортил, Тэхён!              -Прощайте, мама, - последнее, что говорит мужчина и покидает вместе со своей семьёй когда-то родной дом навсегда.              -Тэхён, прости-прости-прости, - Чонгук двигал кольцо туда-сюда на большом пальце правой руки. Он всегда так делал, когда жутко переживал. – Я всё испортил? – смотрит шоколадными глазами на ровный профиль мужчины, сосредоточенного на дороге.              -Чонгук, - названный напрягается. Тэхён зовет его по имени в двух случаях: на людях и при серьёзном разговоре. И то при втором не всегда. – Полегчало? – у парня глаза на лоб лезут. Не такого вопроса он ожидал.              -Да.              Чонгуку не жаль. Он сказал то, что хотел сказать. И действительно, стало как-то легче. Все эмоции и накопившаяся злость вышли наружу и чувство несправедливости по отношению к нему сошли на нет. Дышится легче, только Чон пока этого не понял, так как ему было стыдно перед мужем. Всё-таки он нагрубил его матери.              -Тогда перестань себя накручивать, Бэйб, - мужчина кладет руку на чоново бедро, легонько сжимая, - праздник ещё не закончился.              Джонхан, притихший на заднем сиденье, ушки на макушке и с любопытством наблюдал за взаимодействиями родителей. Он не стал задавать вопросов, почему они так быстро уехали и почему папа Гук в подвешенном состоянии, потому что знал, что у папы Тэ всё под контролем.              В доме семьи Ким сверкали гирлянды золотого цвета, и Чону показалось это подозрительным, ведь, уезжая, он выключал везде свет, и на все вопросительные взгляды Тэхён только загадочно улыбался. Когда они зашли в прихожую, с гостиной послышался грохот и тихое ворчание со смехом, что настораживало всех, кроме главы семьи.              -С Рождеством!              Два парня выпрыгивают из-за угла и взрывают хлопушки, включая основной свет. Чонгук со страху зажмуривает глаза и вжимается в крепкое тело мужа, его пугали громкие резкие звуки, но после похлопываний по спине, он узнает в гостях Юнги с Чимином и начинает колотить по плечу Кима. Джонхан же уже убежал в гостиную, где всё было готово к празднику.              -Я догадывался, что надолго мы там не останемся, потому подстраховался и попросил нашу парочку отметить Рождество с нами, - разъясняет Тэхён, пока стягивает пуховик с Чонгука.              -Мы, между прочим, украсили нормально дом, приготовили ужин и разложили подарки, а ты просто подстраховался и мог даже не приехать? – Чимин наигранно возмущается и грозно направляется к другу, заключая в объятия. – Как прошло? – шепотом спрашивает.              -Хуёво, но блестяще. Гуки дал жару, - Ким выпутывается из рук Пака, обнимает Юнги. и группа друзей движется в глубь дома.              -Папочка, здесь олень! – мальчик показывал на пушистого декоративного оленя с него ростом, стоящего рядом с ёлкой.              -Ага, рядом со мной ещё один, - Тэхён с Юнги посмеиваются, а Пак запускает красной подушкой в них. На Чимине ободок с оленьими рожками, а на Юнги простая шапка Санта Клауса, но этим двоим дай повод подстебать друг друга.              Чонгук окидывает взглядом украшенную гостиную. Ёлку они сами ставили недели две назад, но всего остального не было, так как, когда стало известно, что отмечать они будут не дома, запариваться над украшением не было смысла. Как уже было отмечено сыном, рядом с зелёной красавицей стоял верный помощник Санты – белый олень, а под ней спрятались коробки с подарками, упакованные в яркую бумагу и перевязанные широкими лентами. Вокруг кофейного столика разбросаны подушки в цвет наступающего праздника, а на самом столике готовая еда и посуда с рождественским орнаментом. На продолговатой тумбе под телевизором выстроились в ряд бутылки с алкоголем, спрятанные за искусственными еловыми ветками.              Парень смотрит на парочку друзей, а те подходят к нему с двух сторон, закидывая руки на плечи.              -Мы решили, что за столом сидеть скучно, а мы с вами не сторонники традиций, поэтому вот, круто же?              Но вот блюда на импровизированном столе были исключительно традиционными: рисовый суп ттоккук, стеклянная лапша чапче, тток в форме карамельной трости, блинчики с овощами, в середине всего стояли говяжьи ребрышки кальби-ччим, а на десерт якшик – сладкий рис с орехами и финиками. В общем, стол ломился от дымящийся еды, и Чонгук поразился своими друзьями, ведь они приготовили это всё сами, пока он с семьёй отсутствовал дома.              Лёгкая рождественская музыка лилась из колонок, сопровождаясь звоном бокалов и столовых приборов. Тэхён, по своему обыкновению, накладывал еду сначала сыну, потом мужу, который сидел в плотную, касаясь коленями чужих. Чимин заботился о Юнги, постоянно интересуясь, не хочет ли он ещё чего-нибудь и вкусно ли вышло, а тот следил, чтобы его парень не перепил и не пошёл в разнос.              -Думаю, время дарить подарки, ты как считаешь, Хани? – Тэхён обращается к сыну, подмигивая и свободной рукой держа чоново колено.              У ребёнка глазки-бусинки загораются бенгальскими огоньками, и он выскакивает из-за стола, перемещаясь к ёлке. Родители с друзьями следуют его примеру и усаживаются вокруг дерева. Право первому распаковать свои подарки, конечно же, достаётся самому младшему члену семьи, поэтому он читает на прикрепленных к коробкам открытках имена, в поисках своего.              Первый подарок попадается от Юнги с Чимином. Мальчик аккуратно развязывает ленту, снимает упаковочную бумагу и достаёт прозрачную коробку с радиоуправляемой миниатюрной Ламборджини Авентадор золотого перламутрового цвета. Джонхан обнимает дядю Чима и дядю Юнги и возвращается на место, так как подарки для него не закончились.              Следующая коробка оказывается очень тяжелой, поэтому Чонгук помогает выдвинуть её вперед. Этот подарок оказывается от папы Гука. Мальчик также аккуратно снимает упаковку и прикрывает рот ладошками. Внутри – все издания манги Наруто, которые когда-либо издавались, а именно - 72 тома. Чонгук собирал каждый том в течении года, так как некоторые было тяжело найти и приходилось выкупать за кругленькие суммы. Джонхан душит папу крепкими объятиями, получая такие же в ответ.              Остался последний подарок от папы Тэ, которого не оказывается под ёлкой, и все присутствующие переводят глаза на Кима, спокойно отпивающего шампанское.              -Солнце, он не под ёлочкой, а на ней, - мужчина указывает взглядом на дерево, тепло улыбаясь.              Джонхан обходит ель по кругу, внимательно всматриваясь, и среди колючих веток обнаруживает конверт. Он садится к папе Тэ на колени и принимается его открывать под любопытными взглядами.              -Супер волшебный четырёхдневный билет на посещение Диснейленда и Волт Дисней Студиос Парка! Это же значит, что мы…              -Летим в Париж на каникулах, да.              Джонхан радостно визжит, а до Чонгука только сейчас доходит сказанное. Он перемещается на место между ног Кима и притягивает того за шею, коротко целуя в губы, когда сын скрывается в детской.              -Бэйбик, благодарить будешь потом, это ещё не всё.              Очередь получать подарки доходит до взрослых. Чимин дарит Юнги билеты на остров Чеджу на уикенд, а Мин показывает фотографии дымчатого вислоухого кота, который ждёт их дома. Чимин давно хотел маленького пушистика к ним в квартиру и теперь его мечта сбылась. Он набрасывается на парня, крича, что стал отцом.              Чонгук передаёт плоскую коробочку мужу и замирает в ожидании реакции. Внутри – кожаные чёрные перчатки от Версаче с декором в виде золотой головы медузы. Тяжело выбирать подарки, когда у человека всё есть, а чего нет – может позволить себе сам, но это больше символичная вещь. Тэхёну, естественно, подарок приходится по сердцу, и он оплетает руками талию мужа, притягивая ближе к себе. Затем, перед лицом Чона оказывается небольшой футляр, который скрывает ключи от новой машины.              -У твоей движок барахлит, да и я обнаружил пару царапин, когда проводил осмотр, и ты как-то жаловался, что хотел бы машинку поменьше.              Машинкой поменьше оказывается Порше Тайкан цвета светло-розового металлика.              -Тэ, ты смеешься, она же…              -Розовая? Я знаю, что это твой любимый цвет несмотря на то, что ты носишь всё черное и ездишь на черном гиганте.               -О, у меня идея, - решает прервать затянувшийся зрительный контакт парочки Чимин, - давайте по очереди скажем, что любим друг в друге. Чонгука, начнешь?              -Л-ладно, - Чонгук никогда о таком не задумывался, и этим заданием его застали врасплох, но надо выкручиваться. - Что ж… Тэ, я люблю то, что ты мерзнешь, и мне приходится согревать твои вечно холодные пальцы; люблю то, что ты оставляешь невесомый поцелуй на моих висках, когда возвращаешься поздно с работы и думаешь, что я сплю; люблю твою способность запоминать самые незначительные мелочи, касающиеся меня; люблю твою любовь ко мне.              Чонгук краснеет до кончиков ушей и отводит взгляд, держась за руки на своей талии. Смотрит в пол до того, пока не слышит бархатный голос позади себя.              -Бэйбик, - Тэхён не любитель, да и не мастер выражать свои чувства в открытую, потому ему тоже приходится сейчас усиленно думать, - я люблю то, как ты вошёл в мою скучную жизнь; люблю твоё безграничное тепло, которое ты даришь мне вот уже восемь лет; люблю твоё упорство и упрямость; люблю твою привычку объедаться конфетами, когда ты переживаешь; люблю твои шоколадные глаза полные чувств и самую очаровательную улыбку, которая только для меня. Я люблю тебя, Бэйбик.              У Чонгука по румяным щекам катятся слезы. Тэхён очень редко признается ему в любви, потому что в этом нет необходимости, всё видно по действиям, поэтому каждый раз, слыша эти три слова, у Чона замирает сердце. Тэхён притягивает парня к себе и целует под овации друзей. Это Рождество стало одним из самых лучших и запоминающихся в семье Ким.