Второй раунд / Round two

На следующий день после той памятной встречи на дороге Стив шел на вечеринку. Ему совершенно не хотелось никуда идти, но Нэнси уговаривала его весь день, и он согласился. Как идиот, которым, в общем-то, и являлся. Нацепив на лицо самое пофигистичное выражение, Харрингтон заставил себя выйти из дома. В толпе легче делать вид, что тебя не раздирает изнутри от понимания того, что человек, который тебе очень дорог, клал на тебя хер. Стив даже не знал, кто такая Памела, как и большинство собравшихся в ее доме. Но слух о том, что ее родители уехали из города на выходные пролетел по рядам молодежи, и в доме Памелы собрались все — выпускники, школьники старших классов и другие бездари. И сейчас в гостиной плясало так много людей, что через комнату было не пройти. Подростки целовались на каждом углу, расставляли пустые банки из-под пива и походя уничтожали мягкую мебель. Сказать, что Стиву было неприятно там находиться, было бы явным преуменьшением. После столкновения с демогоргонами у Харрингтона стало чуть больше интересов, чем надраться в стельку и потрахаться с другим пьяным телом. К тому же, вечеринка слишком сильно напоминала ему Хеллоуин, ту самую ночь, когда его стабильные отношения с Нэнси разлетелись на куски. Найти кухню не заняло много времени, достаточно было идти по следу из пустых пивных банок. Пунш выглядел совсем плохо, и Стив выбрал пиво. Оно было паршивым, и, что куда хуже, — теплым. Он быстро залил в себя пять банок сразу. Почувствовав первое опьянение, Стив влился в ритмично скачущую толпу. Музыка была не так уж и плоха, свет не резал глаза, тело после пива было мягким и податливым, так что очень скоро Стив обнаружил, что танцует со Сьюзан, девчонкой из класса истории. Она пьяно кокетничала с ним, позволяя трогать себя везде, но Харрингтон почему-то отдавал предпочтение ее волосам — светлым и кудрявым, как у Билли. Он даже сделал ей комплимент по поводу волос. Слишком тихий, чтобы его услышала Сьюзан, но достаточно громкий, чтобы у самого Стива защемило в груди. Он наклонился, чтобы поцеловать Сьюзан. Она была намного ниже, едва доставая ему до подбородка. Стив совсем не возражал, ведь девчонкам и положено быть маленькими. Губы Сьюзан были мягкими и податливыми, липкими от вишневого блеска. Это было мило. И сладко. Стив честно пытался получить удовольствие. Пытался, но не мог. Он пытался сконцентрироваться на ее волосах, пропуская тугие светлые завитки между пальцев. Это вызывало трепет, но не от девушки напротив, а от воспоминаний, что безостановочно вертелись в глупой голове Стива. Воспоминаний о крепких мужских руках на его теле, от которых моментально кружилась голова. Сьюзан обняла Стива за спину, и он вздрогнул от ее прикосновения. Неужели он так соскучился по теплу другого тела рядом? Ведь они занимались этим всего пару дней назад. А Сьюзан была такой деликатной, она не соблазняла Стива, не выражала своего желания, гладя его по спине почти успокаивающим жестом и едва ощутимо касаясь его губ своими. Стив сделал шаг назад, и взгляд Сьюзан стегнул его, будто плеть. — Мне надо выйти, — пояснил Стив, махнув куда-то рукой. — В туалет. Сьюзан понимающе улыбнулась и кивнула, и Стиву захотелось врезать самому себе. Какой же он лицемер! Подойдя к девушке, он взял ее за плечи. — Мне очень жаль. Он не стал вдаваться в подробности, несмотря на выражение недоумения на лице Сьюзан. Он не мог находиться здесь больше ни секунды. Развернувшись спиной к толпе, Харрингтон опрометью метнулся наверх, оставляя шум и гомон веселья позади. Когда он добрался до второго этажа, туалет оказался занят. Стив прошелся по коридору, заглядывая во все комнаты по очереди. Он обнаружил хозяйскую спальню и, пьяно покачнувшись в дверях, зашел внутрь, чтобы рассмотреть семейные фотографии. Именно это он представлял себе, когда еще был с Нэнси. Большой добротный дом с бассейном, двое детей и куча семейных фото в гостиной. Он даже думал о том, как они будут проводить праздничные вечера в доме Уиллеров, все вместе, сидя за большим столом. И отец Нэнс будет называть его «сынок». Теперь, стоя на пороге чужой спальни и глядя на чужую жизнь, Стив гадал, утрачена ли эта возможность для него навсегда или нет. Даже если у него будет дом, в нем не будет жены и детей, не будет семейных фото и дружеских ужинов. Только ночные кошмары. Стив не услышал как закрылась дверь, просто в какой-то момент свет, падавший из коридора, померк. Он обернулся, чтобы посмотреть в чем дело, и напоролся взглядом на свой персональный, самый страшный кошмар. — Свернул не туда, Харрингтон? — спросил Билли, улыбаясь как маньяк, и Стив сделал несколько шагов назад. Он смотрел на Харгроува в упор, хотя это было невыносимо. Билли был прекрасен — синяя джинсовка, простая футболка, обнимающая крепкий торс, узкие джинсы и блестящая нить серебра, свисающая из уха. Харгроув приподнял бровь и выразительно посмотрел на Стива своими пронзительно синими глазами в обрамлении густых ресниц. — Давай сразу промотаем до той части, где ты называешь меня пидором и начинаешь угрожать, — горько пробормотал Стив, отступая вглубь, к окну, выходящему на задний двор. Там не было ничего особенного — деревья и трава. Скучная обыденность. Стив моргнул, понимая, что взгляд туманят слезы. Или пиво. — У меня нет настроения копаться в этом говне. — Какая жалость, Харрингтон, — голос Билли приблизился, и Стив уронил голову на грудь, понимая что это слезы, а не пиво. Предательская влага скопилась в уголках глаз, норовя пролиться на щеки. — Не тяни время, Харгроув. Устрой уже скандал и уебывай, — огрызнулся Стив. — Ты же в этом эксперт. — Стив. — Не делай этого, — Харрингтон оглянулся на Билли через плечо. — Не смей. — Что? Не говорить? — Не еби мне мозги, — прошипел Стив и развернулся, чтобы оказаться к Билли лицом к лицу. — Что ты несешь? — Ты можешь пытаться наебать кого угодно, кроме меня, — Стив горько рассмеялся и махнул рукой в сторону выхода, разворачиваясь лицом к оконной раме. — Тебе здесь ловить нечего, так что просто свали. Он стоял так, казалось, целую вечность, ожидая, что дверь комнаты наконец-то откроется, только для того, чтобы снова закрыться. Ждал и давился концентрированной горечью, растекающейся внутри груди. — Но я не хочу уходить. Слова Билли были мягкими, как пух, и именно эта мягкость и пробила брешь в обороне Стива. Он вздохнул и уперся лбом в холодное оконное стекло. — Я не собираюсь пытаться тебя наебать, — Билли стоял так близко, что Стив чувствовал жар его тела лопатками. Он боролся с искушением податься назад, и прижаться спиной к груди этого говнюка. Рука Билли невесомо коснулась его плеч, и Стиву показалось, что ему стала мала собственная кожа. — Я хочу тебя. Стив стиснул зубы, чтобы не застонать, но сбившееся дыхание выдало его с головой. Билли почувствовал капитуляцию и тут же прижался грудью к спине Стива, запустил вперед руку, чтобы прижать его к себе крепче, обнимая за талию. Билли зарылся носом в волосы Харрингтона и жадно вдохнул. Их тела плавились от прикосновения друг к другу. Спрятав лицо в шее Стива, Билли продолжил: — Я хочу тебя. Всегда хотел, — повторил он, скользя губами по шее Стива. Стив, казалось, разом лишился костей, оседая на Билли, позволяя ему удерживать свой вес. — Все это чертово время. — Тогда почему ты тогда ушел? — выдохнул Стив, не сумев скрыть печаль в своем голосе. — Боже, Харрингтон! — простонал Билли, и его рука упала вниз. Лишившись поддержки, Стив покачнулся и развернулся к Билли лицом, не собираясь позволить ему сбежать второй раз. — Видишь теперь, что я имею в виду? — обреченно сказал Стив, чувствуя как осколки надежды хрустят под его ногами. — Что? Что ты имеешь в виду? — рявкнул Билли, нарушая личное пространство Стива. — То, что при первой же возможности ты оборачиваешься мудилой. — фыркнул Стив. — А я, как идиот, делаю вид, что все в порядке. Харрингтон решил, что он закончил. Он обогнул Билли и направился к выходу, пытаясь идти ровно и прямо, несмотря на обилие алкоголя в крови. — Не мог бы ты… задержаться на одну чертову минуту? — зарычал Билли, и Стив затормозил у двери, сглатывая горький ком в горле. Вечеринка внизу была в самом разгаре, стены пульсировали тяжелым битом, по коридору сновали желающие отлить, раздавался пьяный смех и выкрики. Стив стоял молча, слушал подростковый шум и ждал, отчаянно надеясь. — Мне было хорошо, — в итоге выдохнул Билли. — Мне было хорошо с тобой. Стив обернулся и увидел Билли. Он стоял ссутулившись, сунув руки в карманы и ненавидяще пялился на ковер. Стив еще никогда не видел Харгроува настолько открытым и уязвимым. — А потом ты стал вести себя так, будто все ерунда, и я… — Стал мудилой, — закончил за него Стив, и лицо Билли перекосило от раздражения. — Я не ты, Харрингтон, — пробормотал он. — Я не могу делать все, что хочу. — Думаешь, я могу? — Ты можешь, — фыркнул Билли. — У тебя есть этот красивый, вечно пустой дом, в котором ты можешь творить все, что хочешь. А я из комнаты выйти не могу без того, чтоб не огрести пиздюлей от моего старика. В отличие от твоего отца, мой просто убьет меня, если узнает… Харгроув повернулся к стене и часто заморгал. Стиву понадобилась пара секунд, чтобы осознать, что Билли испытывал страх, а не грусть. Он рвано выдохнул и запустил руки в волосы. — Он убьет меня. А когда закончит, убьет и тебя. — Меня не пугает твой отец, Харгроув. — категорично сказал Стив, он пересек комнату и вынудил Билли посмотреть ему в глаза. — Я боролся с созданиями куда злее и страшнее, чем он. — Что это вообще значит, Харрингтон? — удивленно приподнял брови Билли. Стив вспомнил последний месяц своей жизни, все те ужасы, свидетелем которых он стал. Вспомнил о пустых мрачных туннелях, полных демопсов, о демогоргонах, норовящих откусить от тебя кусок, об изнанке мира. О том, как Дастин беспомощно замер в зеве черной дыры в пустоту, и Стив понял, что помощь не придет. Вспомнил, как схватил Дастина в охапку, прижимая к себе, чтобы закрыть его своим телом. Спасти. Защитить. И теперь, стоя напротив Билли, Стив понял, что он изменился, и чей-то злобный отец уже не пугал его. От слова вообще. — Я хочу тебя, идиот, — выдохнул Стив и обнял Билли за затылок. Это движение не вызвало протеста, наоборот, Харгроув шагнул ближе, медленно розовея от возбуждения. — И я не боюсь твоего отца. Если он попробует прийти за тобой или за мной, я прикончу его сам. От этого опешил даже Билли Харгроув. — Господи боже, Харрингтон. — Веришь мне? — шутливо подмигнул Стив, но в его взгляде сквозила такая твердая уверенность, что Билли поверил ему. Жесткая линия его плеч расслабилась. — Возможно, — он облизнул губы и ухмыльнулся. — Блять… Эта твоя сторона так пиздецки горяча, что у меня сразу встает. Стив повернул голову и усмехнулся, заметив, что Билли следит за его губами. Сейчас Харгроув был настолько податлив, что стоило Стиву посулить ему поцелуй, он пошел бы за ним следом, как послушный щенок. Стив намеренно не делал попыток приблизиться, и Билли рассмеялся, жадно облизывая губы. — Теперь мне придется заслужить тебя, да? — промурлыкал Харгроув, скользя глазами по лицу Стива. Он пихнул Харрингтона в плечи, и тот удачно плюхнулся прямо на кровать. Неожиданный удар об матрас вызвал приступ смеха, но он моментально стих, стоило только Стиву увидеть, как Билли скользнул следом, вставая на колени, чтобы расстегнуть его джинсы. Господи, Стив начал стонать еще до того, как с него сняли штаны. Он помог Билли спустить джинсы и трусы, и, когда Харгроув наконец сжал его член в кулаке, Стив выгнулся навстречу прикосновению. Чтобы чувствовать. Ощущать. Он неловко гладил Билли по спине, пока тот неторопливо дразнил его языком снизу. Билли взял член в рот сразу целиком и начал сильно сосать. Это было так хорошо, что Стив не удержался от одобрительного возгласа. Он смотрел вниз, наблюдая, как ему отсасывает Харгроув, и понимал, что никогда не насытится этим зрелищем. Билли жестко удерживал Стива за бедра, не позволяя двигаться, и делал все сам, принимая эрекцию глубоко в горло. Снова и снова. До тех пор, пока бедра Харрингтона не начали дрожать, а смазка не потекла прямо в горло. За мгновение до того, как Стив бы кончил, Билли выпустил его изо рта, не дав дойти до конца. Он медленно ласкал его эрекцию, извлекая из приоткрытых губ Харрингтона чарующие звуки. Когда Билли снова взял член в рот, Стива выгнуло дугой и ему пришлось вцепиться в собственные волосы, чтобы не закричать. Но внезапно, без предупреждения, гостеприимный рот исчез. Стив с удивлением посмотрел вниз, но Билли озорно улыбнулся и обхватил Стива за талию, разворачивая его животом вниз и заставляя встать на колени. Харрингтон задохнулся, почувствовав как Билли раздвигает ему ноги. Это было смущающе, волнительно и неловко, но Стив не пытался уклониться. В тот момент, когда мокрый, горячий язык приласкал его ТАМ, он покраснел до кончиков волос. Громкий стон сорвался с губ, и Стив подался назад, стараясь продлить контакт. Это было отвратительно по сути и невероятно по ощущениям. Никогда в жизни он не думал, что будет наслаждаться подобным, но рот и язык Билли заставляли Стива трепетать от макушки до пяток. Стив не мог дышать. Во всей комнате не хватило бы воздуха, чтобы он мог вздохнуть свободно. Он подавался назад, толкаясь навстречу языку Билли, он терся об кровать. Но этого было недостаточно. Было приятно, было хорошо, удовольствие наполняло низ живота, но жажда никуда не девалась. Он гнался за нужным ощущением, но никак не мог поймать. Стив зарычал от разочарования, и Билли ответил ему горловым рычанием прямо в мокрую кожу, вызывая новую порцию дрожи. Стив всхлипнул в изнеможении, и неосознанное слово само соскользнуло с его губ. — Еще. Руки Билли стали мягче, он огладил бедра Стива и тот почувствовал многозначительную улыбку Харгроува, даже не оборачиваясь. Раздался влажный чавкающий звук, и на несколько минут все померкло, остались только жадные вылизывания, поцелуи и посасывания, пока член Стива не начал ныть, болтаясь между ног. Потом любопытный язык исчез. Стив обернулся посмотреть, что произошло и встретился с ободряющими синими глазами. Он не мог видеть, что Билли приставил палец ко входу, но судорожно вздохнул, почувствовав нажим. Мягкое проникновение внутрь заставило Стива издать тихий, приглушенный всхлип. — Вот так? — ухмыльнулся Билли, широта его улыбки намекала на то, что он и сам знал ответ. Стив утратил всякую способность говорить, он просто кивнул и подался назад, двигаясь, пока палец не вошел внутрь на пару фаланг. А потом Билли согнул его, и Стиву показалось, что из него разом выбили весь воздух. — Блять, — простонал Стив, чувствуя только пот и дрожь собственного тела, в ответ на движения пальца. Билли вводил его внутрь и вынимал, безжалостно задевая ту самую точку внутри, от которой кости обращались в желе. Билли ласкал его изнутри, покрывая поцелуями поясницу, пока смазка из члена Стива не начала капать на постель. — Еще? — переспросил Билли, и его голос звучал так сдавленно и тонко, словно они со Стивом покоряли гору наслаждений вместе. Он замер, целуя Стива выше, в плечо, и Харрингтон второй раз кивнул головой, все еще не способный членораздельно изъясняться. Второй палец был на грани дискомфорта. Билли понял это по тому, как побелели пальцы Стива, сжимающие покрывало, его тело напряглось в ответ на вторжение. И Харгроув снова начал целовать его, облизывать и ласкать, до тех пор, пока напряженные мышцы не расслабились. И теперь уже два пальца легко входили внутрь. — Боже… блять… — тихо всхлипнул Стив. Это было так странно, чувствовать что-то внутри себя. Но Билли был рядом с ним, сзади. Стив чувствовал его руки на своей коже, чувствовал его губы. Он был чудовищно близок к кульминации, но даже сквозь туман накатывающего оргазма, Стива пугала мысль о том, что он хотел большего. Хотел не только пальцев у себя внутри. Он был готов просить об этом вслух, но, словно почувствовав его метания, Билли ускорился, усиливая нажим на простату, подталкивая Стива к краю. — Давай, кончи для меня, — прошептал Билли в кожу Стива, обхватывая его эрекцию свободной рукой. Стив подавился проклятьем и двинул бедрами. Он толкался в кулак Билли, ритмично сжимаясь вокруг его же пальцев, и голос Стива наполнял комнату, озвучивая его удовольствие. В этот раз ему было плевать. Пусть хоть весь дом будет в курсе того, что он сейчас кончает. Билли вел его сквозь оргазм твердой рукой, и, только заметив, что Стив кончил, тихонько усмехнулся и поцеловал его в плечо. — Черт подери, — сообщил Билли, вытаскивая пальцы, и Стив вздрогнул от секундного дискомфорта и зияющей пустоты внутри. Ему было приятно, когда там был Харгроув. Билли выждал пару минут и помог Стиву подняться, теперь они оба сидели на краю кровати. Стив немедленно атаковал в ответ. Он целовал Билли Харгроува так, словно не мог без него жить. После всех этих зубодробительных оргазмов, Харрингтон не представлял, что сможет захотеть кого-то еще. Наверное, ощущение было ложным, но прямо сейчас он с ума сходил по этому парню. Даже поцелуи Билли заводили Стива настолько, что его яички снова начинали поджиматься, несмотря на недавний оргазм. Не смущаясь, он просунул язык Билли в рот, и ответный стон прозвучал музыкой в его ушах. Стив сдернул испачканное покрывало, острая нужда вынуждала его торопиться, но Билли совсем не возражал. Он сдернул джинсы в мгновение ока, и Стив тут же уложил его на матрас. Без тени смущения и замешательства Стив тут же взял член Билли в горло настолько глубоко, что его могло бы вырвать. Но пять банок пива сыграли ему на руку. Гортань расслабилась, и член скользнул внутрь, почти достигая дна. — Господи боже, Харрингтон, — простонал Билли, внезапно обретая веру. Его тело выгибалось на кровати, пытаясь толкнуться еще глубже. Его безудержные стоны и проклятья, дразнили слух Стива, подстегивая сосать еще лучше. Все, что сейчас волновало Стива – это вкус Харгроува, он был солоноватым и твердым, безжалостным, как сам Билли. Стив ласкал его руками и губами до тех пор, пока стоны Билли не стали напоминать агонию. Тогда он отстранился, давая ему передышку. Только рука медленно ласкала мокрую от слюны эрекцию, пока Стив изучал потерянное от интенсивности минета лицо Билли. — У тебя шикарно получается, Харрингтон, — прохрипел Билли, греховно ухмыляясь. — Просто пиздец как хорошо. Стив подмигнул и снова взял член в рот, наблюдая, как лицо Билли туманится удовольствием. Это было так чертовски сексуально, что Стив готов был смотреть на это вечно. Повинуясь внутреннему порыву, он поднялся выше и припал губами ко рту Билли. Он был бы счастлив вот так, просто целуя этого невыносимого придурка, но у Билли были иные планы. Он обхватил Стива за задницу и прижал к себе, их эрекции встретились на полпути, заставляя обоих парней зашипеть от удовольствия. Стив был снова болезненно тверд, это удивляло его самого. Но когда дело касалось Билли Харгроува, тело Стива жило своей жизнью. Билли раздвинул ноги и обхватил ими Стива за талию, оба их члена плотно прижались друг к другу, стиснутые между животами. — Хочешь трахнуть меня, Харрингтон? — прошептал Билли, дроча оба их члена в кулаке. Эрекция Стива заметно дернулась, и Билли усмехнулся. — О да, ты хочешь. — ХАРГРОУВ! Пьяный вопль заставил их замереть, только сердца все еще заполошно бились в груди. Через мгновение оцепенение спало, и они выкатились из кровати, спешно натягивая на себя штаны. — БИЛЛИ, ЧУВАК, КУДА ТЫ ИСЧЕЗ?! Это был голос Томми и он приближался. — БИИИЛЛИИИ! — В шкаф, — прошипел Билли сдергивая испачканное покрывало с постели. — Да ты прикалываешься, что ли? — пробормотал Стив, косясь на стенной шкаф. — Я не собираюсь прятаться в шкафу. Билли фыркнул и натянул футболку с джинсовкой как раз в тот момент, когда Томми начал колотить в дверь. — ХАРГРОУВ? — ОДНУ ЕБАНУЮ СЕКУНДУ, БЛЯТЬ! — зарычал Билли, всовывая сиграрету между губ. Он прикурил и молча ткнул пальцем в шкаф. Стив понял, что вариантов нет. Но, прежде чем он скрылся в шкафу, Билли сгреб его за талию и притянул к себе для поцелуя — горячего и пошлого, с привкусом табака. — У меня. Завтра, — шепнул Стив прямо в губы. Билли выпустил его и согласно подмигнул. Только Харрингтон успел нырнуть в шкаф, как дверь распахнулась, впуская шум вечеринки, вонь дешевого пива и Томми. — Что ты здесь забыл, чувак? — хихикнул Томми, шаря глазами по комнате в поисках новой пассии Билли. — Ебаный боже, я просто ходил поссать, — сморщился Харгроув. — Если бы я трахался тут с бабой, ты бы уже собирал свои зубы на полу. Томми пьяно заржал, визгливо, но весьма убежденно. Билли врал так убедительно, что Томми наверняка купился бы даже трезвым. Спустя минуту дверь закрылась и голоса стихли. Только тогда Стив наконец-то выдохнул. Он стоял в шкафу, а его сердце по-прежнему заполошно колотилось под потной кожей. Стив не выдержал и рассмеялся. Он чувствовал себя таким счастливым, таким живым, казалось, что все тело гудит от кипящей внутри энергии. Когда Стив вновь присоединился к вечеринке, то, пользуясь всеобщим пьяным шумом, раскинул руки и издал ликующий вопль. Который тут же был поддержан многоголосым хором. Стив даже успел заметить в толпе Билли. Харрингтон многозначительно подмигнул, и Билли, покраснев, улыбнулся в ответ. Жизнь была хороша, секс бесподобен, а Билли Харгроув был его.