Свет Шарлотты

Подойдя к лестнице, я услышала какое-то бормотание. — Это было неправильно. Какая разница? Я не этого хотел. Лестница была сломана. — Не поможешь? Майкл помедлил секунду. — Да…да, конечно, сейчас. Над каждой ступенькой появилось подобие темного матового стекла. Тихонечко дотрагиваюсь ногой до первой платформы. — Не разобьешься, — уверяет Майкл. Спускаюсь вниз. С каждой новой ступенькой предыдущая пропадала. Пути назад не было. Ринн был бледен, пространство вокруг глаз было изуродовано шрамами от трещин, рана у рта раскрылась, оттуда сочилась кровь. Он избегал зрительного контакта. — Пойдем. К моему негодованию мы вошли в пустую комнату. Видимо, он знает, что делает, буду наблюдать за его движениями. Майкл закрывает дверь и идет к стене напротив. Давит на участок в стене… и открывает потайную дверь, делая приглашающий жест. Боже мой, какие мы вежливые. Иду вперед. Он заходит после меня и захлопывает дверь. Кромешная темнота постепенно освещается тусклым светом вокруг меня. — Тебе хорошо? — без иронии спрашивает Майкл. — Как себя чувствуешь? Только теперь я поняла, что сама являлась источником света. От этой мысли становилось не по себе. — Да, — немного невпопад отвечаю я. — Все в порядке. — Ясно, — очень смешно. Спускаемся вниз. Неизвестно, как долго мы шли, но вдруг моя нога коснулась пола. — Мы на месте. Майкл щелкает пальцами, и комната озаряется слепящим светом. — Хах. Не думал, что сработает. Первое время я не могла рассмотреть комнату, жмурясь от яркого света. Постепенно глаза стали привыкать. Мы пришли в небольших размеров комнату, заставленную столами и тумбочками. Повсюду валялись клочи бумаги, кое-где даже был пепел. — Не было времени прибраться с прошлого раза, — сказал Майкл. — С прошлого? — я удивленно посмотрела на него. — Я был здесь. Когда вы с Генри искали меня. Элизабет показала мне дорогу. — Она тоже была здесь? — мой уставший мозг отказывался принимать большую часть информации. — Откуда она знала это место? — Она не успела мне сказать, — тихо ответио Майкл. — Элизабет умерла после того, как привела меня сюда. Умерла. Бедная девочка. Она была совсем малышкой. — Умерла… Майкл стал меняться в лице. Он схватился за голову и застонал. Видимо, он терял равновесие, так его качало из стороны в сторону. — Нет! Уходи! — он стал метаться от стола к столу. — Что? — я начинаю нервничать. — Где?! — он быстро откывает ящики столов и тумбочек. — Да где же?! — Ты о чем? — он не в себе. — Нашел! — с этим возгласом он достает пару медецинских перчаток. — Нашел… Все еще качаясь из стороныв сторону, Ринн пытается надеть их. Когда ему это удается, он падает. — Все будет хорошо, — выдыхает Майкл. — Ты в безопасности. Он закрыл глаза. По телу бегут мурашки. — Майкл? — хоть он и сказал, что все хорошо, эта сцена заставила меня похолодеть. От его глаз вновь идут трещины. — Нет, — хриплым голосом отвечает мне. Он открывает глаза, из которых теперь льется лиловый огонек. Из-под век идет голубой пар. Майкл смотрит прямо мне в глаза. — Не стоит меня недооценивать, — его голос пугает меня. — Тебе тоже, — опять невпопад. Ринн озаряется улыбкой. Из шрамов на его лицо исходит пурпурный свет. Жуткое зрелище. — Догадался-таки, — хрипит он, глядя на свои руки в перчатках. — Что происходит? — стараюсь держаться увереннее. — Хочешь знать, что случилось с Элизабет? — не отводя от меня своих лиловых глаз спрашивает Майкл. Казалось, что он смотрит прямо мне в душу. — Я расскажу тебе. — Хочу, — надо же его отвлечь. Его неотрывный взгляд настораживает меня. — Она привела его сюда. Она знала, как попасть в лабораторию, знала, как сбежать отсюда. Иногда мне казалось, что она вообще всё знает. Майкл поднимается на ноги. — Элизабет решила напомнить ему о его природе. И о способностях, которые он потерял после пожара. Она думала, что это будет правильно, что он поможет мне в изучении ремнанта. Её планы слишком дорого ей обошлись. — Что произошло? — я увлечена рассказом и не замечаю, что мы уже дошли до конца комнаты, где стоял телевизор. Майкл перевел свой взгляд на него. — Он предал её. Он прекрасно знал, что может навредить ей. И он сделал это. Я будто услышала детский крик. — Она умерла быстро. Я будто почувствовал её гибель, но проигнорировал этот зов. Я потерял всех. Остался только Эван. Наследие своей матери. Лиам. Теперь я поняла. — Уильям? — тихо спрашиваю я. Майкл не двинулся. Я почувствовала, как реальность покидает меня. — Лиам! — последнее, что слышу, прежде чем провалиться в тьму. XXX — Лиам! — знакомый акцент. Слишком знакомый. Но я не поверю. Вдруг я почувствовал, как Шарлотта крепко обняла меня. Я резко развернулся, не зная, как реагировать. Было слишком приятно, словно я вернулся на несколько лет в прошлое, в свою семью. Словно я вновь был счастлив. — Лиам, не мучай себя, — какого черта? — Освободи его. Позволь нам раствориться в вечности. — Шарлотта, какого хрена? — пытаюсь вырваться из её объятий. — Лиам, ты не узнаешь меня? — она смотрит прямо на меня. Но это не Шарлотта. Теперь я вижу… — Мэри… — невозможно. Это просто невозможно. ЭТО. НЕВОЗМОЖНО! — Освободи Ринна, прошу тебя, — шепчет она. — Я слишком долго ждала тебя, твои дети совсем одни сейчас. Недавно я поняла, что она сможет спасти нас. — Я не могу… — последний раз я плакал у её могилы. — Прости, но я просто не могу. — Лиам… — Обними за меня детей. — Я освобожу тебя. XXX Придя в себя, я обнаружила, что обнимаюсь с Майклом. Или Уильямом? — Чарли? — это Ринн. — Почему мы обнимаемся? — я спокойна. — Я не знаю. Стоим… — Может? — Да. Отходим друг от друга. — Может расскажешь, что произошло? — немного смутившись спрашивает Майкл. — Ты должна помнить больше, чем я. — Это очень сложно… — начинаю я. — Но в тебе живет Афтон.