Свет старых фонарей.

— Смерть близкого… Представляю, как Вам сейчас больно. Но, уверяю Вас, я целиком и полностью живой. — Ради Бога, простите меня. Я… Я с горя уже во всех мужчинах вижу его. Мне так стыдно. — наклоняюсь головой вниз. — Давайте я отвезу Вас домой. У меня машина на парковке рядом, совсем недалеко. — Будьте так любезны. Только не домой, а в одно важное для меня место. — обращаюсь, на что он кивает головой в знак согласия. Попросив в телефонном режиме у Анны адрес места нахождения Артема, мы доезжаем прямо туда. — Может я Вас подожду? Неправильно оставлять молодую девушку не в трезвом состоянии одной на кладбище. — произносит парень, заглушив мотор автомобиля. — Всё хорошо, смело езжайте. — отвечаю, направляясь по зову сердца. Побродив по старому кладбищу минут 15-20, я всё же нахожу знакомые инициалы на кресту дорогого мне человека. — Чего лежишь тут один, а? Со мной скучно жить стало, так решил сюда переехать? — сажусь прямо на землю возле могилки. — В самом деле то… Тём, зачем ты мне постоянно врал? Чёрт возьми, ты любил меня! Но не прекращал врать… Помнишь, что было после второго передоза? Ты мне обещал, что это будет последним разом. И снова враньё… — смотрю прямо на серебряные буквы его имени. — Я прятала у себя дома всё дерьмо, которое годами тебя убивало и смогло добить неделю назад. Мне приходилось высыпать в унитаз порошок и утилизировать новые шприцы. Разве такой жизни мы хотели? А, ладно, чего уж… Всё было упущено, но не после твоей смерти, а задолго до нее. Тебе нравилось быть под кайфом, знаю. Именно поэтому я не виню тебя в твоей же смерти. Происходящее прямо сейчас, как и летальный исход — исключительно твой выбор. Прости, Тём, за всё… Я люблю тебя. Автомобиль того самого парня до сих пор не сдвинулся не на метр. Он меня ждёт, что-ли? — Как Вы себя чувствуете? После разговора Вам стало легче? — интересуется тот. — Да нормально всё, не переживайте. Ладно, я… Я пойду, пожалуй, мне домой нужно. — Не стоит. Скажите только адрес и через пару минут мы будем на месте. — Вы слишком добры к пьяной незнакомке. Это приятно удивляет. — Я просто хочу Вам помочь. Садитесь. Парень не соврал. Буквально пару минуток и мы приехали к Роме домой. Не могу же я родителям такая показаться, а они ещё даже не знают о моем «внезапном приезде» в город. — Спасибо Вам ещё раз, добрая душа. — выхожу из салона. — Простите, мне стыдно это говорить, но я до сих пор не знаю Вашего имени. — Я — Артур, Вы? — Мария, можно просто Маша. Могу ли я с Вами как-то связаться? — Да, конечно, вот мой номер телефона. — он записывает цифры в свой карманный блокнот, после чего, вырвав листок с черной пастой, отдает мне. — До свидания, Мария. — уезжает. — Всего доброго! — поднимаюсь по лестнице в квартиру, совсем не заметив о пропаже листка. Поспешно заходя в дом, я замечаю кеды подруги, находящиеся возле обуви брата в прихожей. Что она здесь делает? Поддержать меня решила? От нее дождешься. — Ром, у него действительно были сильные чувства к Маше. — слышу голос Анны из комнаты. — Я даже представить не могу, какую боль она испытывает прямо сейчас. — Это прошлое. Маша — молодая перспективная девушка, найдет ещё себе достойного кандидата для замужества, а прямо сейчас ей нужно всё принять и отпустить. — отвечает брат. — Ань… Ты сделала тест, как я тебя просил? — Сегодня сделаю, обещаю. — она запинается. — Я это слышал вчера, а мне нужен результат. Мне что, самому проконтролировать твои действия? Как маленький ребенок, честное. — Да сделаю я, чего так сердишься? Неужто настолько не хочешь детей от школьницы? — Анна закусывает губу. — Пойми меня правильно, сейчас — не время, а твоя детская несерьёзность всё портит. — Ром, теперь ты как маленький мальчик. Признайся, тебе же хочется вцепиться в мое нежное тело и забыть обо всем на свете, верно же? — я слышу звуки поцелуев. — Вскружила голову моему парню, мгновенно охомутала брата… Признаюсь, никогда не видела настолько мерзких гнилых людей, способных на такие гадкие поступки. — захожу в комнату. — Что, Ань, нравится ломать мне жизнь, отобрав самое ценное, что есть? Мда, лучшая подруга оказалась непросто сукой, а ещё и шалавой. Это так поразительно. — сажусь на кровать Ромы. — Что за молчание, провисшее в этой прокуренной комнатке? Небось, тебе нечего сказать? Думаю, что у твоего новоиспечённого возлюбленного найдется хоть парочка слов для меня… Ах да, ты же не любишь общаться со мной на такие скудные темы. Прости, Ром, что заставила тебя «думать», ведь ты когда спал с малолеткой — совершенно забыл о такой столь прекрасной возможности. А жаль, она бы тебе пригодилась. В любом случае — спасибо, что спас от тирана, называемого отцом Анны, который неделю держал меня в заложниках. — Мой отец — не тиран… — еле слышно говорит Анна