Мой личный наркотик

Кнайф открыл глаза. Вокруг так темно... Лёгкий холодок заставлял мурашкам пробегаться по коже. Сначала, он естественно, испугался и задался вопросами по типу "Что я здесь забыл?..", "Почему рядом со мной Лампочка?...", "Почему я не на поляне с командой?...". Но призакрыв глаза и скрестив на себе руки, он принялся шевелить мозгами... Точно! Они же с Лампочкой в лес пришли погулять. На памяти было, что когда они засыпали, погода была удивительной, а небо было темно-лиловым. Но мало того, что сейчас царила полу-беспросветная тьма, так еще и неприятно похолодало. Будто он оказался в совсем другом месте... Спустя минуту раздумий он понял, что, как-бы, домой (т. е. на поляну) надо переться. Он обернул свой взгляд на рядом лежавшую подругу. Она сладко развалилась у дерева, немножко посапывая. Тот взял её на руки, и, на пару секунд крепко прижав к себе, как бы обнимая, потащил. Благо четко выделенный "выход" из тёмного леса находился прям под носом, его было видно не вооружённым глазом, ведь из-за густых деревьев в дикой местности было очень уж темно, а на выходе еще приемлемо. Нести чью-то тушку было в принципе делом не из лёгких, но Лампочка была очень изящной и худенькой девушкой (Кнайф вообще дрыщ))), так что ему жаловаться уж точно не на что было. Спустя, по ощущениям, 5 минут, они пришли. Слава богу, все спали, включая Банду. Уложив лампу на траву, он лёг рядом с ней и обнял её. С ней на душе было так тепло, ни с кем такого чувства не было. Вообще, она почти единственная, кто остался из близких для него друзей. Поэтому он очень её ценил, она была идеальным другом, и если он её потеряет, кажется, он сойдёт с ума. На утро он проснулся от толчков в спину, несильных. Его трясла Лампочка с милой улыбкой. - Кнайфи, пошли на исключение, уже большинство обджектов проснулось! Он в ответ слабо улыбнулся ей, ведь настроения утром у него всегда не было, та подала руку и помогла подняться другу. Мысли путались в комок, а голова противно болела у висков. - Кстати, спасибо за то, что отвел меня на поляну! - Я просто ночью проснулся, и решил пойти спать туда, где положено, ну и естественно, тебя я не бросил. Исключение прошло совершенно обыкновенно, но нож радовался тому, что он выиграл благодаря подруге, так что тот был в безопасности. Где-то половина команд проиграла, а исключенными оказались уже сразу два обджекта: Сока и Чарджери. Брялок, как всегда, на это слишком бурно отреагировала... После исключения уже Ёшка сказал, что завтра будет легкое испытание, Краткий снова уехал по делам, а сегодня испытания не будет. Ну и славненько, он в принципе обоих хостов ненавидел, если Ёшка бесит своей милашностью и беспомощностью, то малиновый раздражает своей жестокостью и тем, что он его (и всех в принципе) вечно обижал. Лампочка подошла к уже радостному Кнайфу, ведь можно было снова погулять, а не опять страдать и бояться исключения. Друзья решили встретиться позже около входа в лес, где растет много ромашек, это поляну сразу можно было разглядеть. Лампочка просто сказала что придёт попозже, просто она хотела полить цветы, которые посадила около главной поляны. Это было, так скажем, её хобби, и оно действительно нравилось, даже очень. Вроде бы всё нормально. Вот только Курасан не забыл той боли от смерти. Противная булка сидела в кустах и всё подслушивала. Он планировал, как бы отомстить обидчику. Уже сидя в других зарослях кустов, (у меня зависимость уже от этих кустов...) он пристально смотрел за ромашковой полянкой, чтобы когда Кнайф придёт, достать свой топор, и навалять ему. В отличии от Кнайфа, хлебный вообще не чувствовал угрызений совести, ему всё равно, что он сделает больно не только врагу, но и Лампочке, которая тут вообще не причем. Его мысли заполонила сладкая месть, затуманивая разум. Через пол часа Кнайф был уже на месте. "О, клюнула наша рыбка... " - пронеслось в его безумной голове, на лице появились жуткая гримаса. Нож сел на траву и стал упоенно рассматривать коротенькие цветки. - Приветик, Кнайфи! Кнайфа передернуло от этих слов. Мгновенно на лице вместо спокойствия и равнодушия во царил дикий испуг, он вскочил с травы с округлёнными глазами. Его испугало не только то, что кто-то его зовет, он даже больше побоялся как это наигранно сказали и какой хриплый и ужасный был голос. Курасан медленно вышел из "домика". С топором в руке. - КУРАСАН! ТЫ ЧЕ ТУТ ЗАБЫЛ?! - заорал от испуга нож. Он хотел моментально вскочить и сломя голову, убежать от сюда, но ноги, как на зло, не слушались, подкашивались и сильно дрожали, так что встать не получалось. - Тебе стоило тогда не мешать мне. Меня чуть не исключили тогда, из-за ТЕБЯ, ты отобрал наш последний предмет... Ты этого заслужил, МРАЗОТА! Раздался свист топора, громкий удар и дикий вопль на пол леса, от которого вороньё закружилось над деревьями. Взгляд упёрся во вмятину на рукоятке ножа, она была настолько огромной, что почти делила туловище бедного на две части. Ёще удары. Теперь таких вот ранений больше. Под трупом бедного уже образовалась лужа крови. Курасан решил усовершенствовать и лезвие ножа, тоже замахиваясь и пробивая голову Кнайфу. Подарок для Лампочки был готов. Осталось перевязать бантиком. Напоследок мститель встал на кровавое месиво, потоптался по нему и оттащил за остатки рук в ближайшие кустарники, коих в окрестностях было много. На зелёной траве остался прекрасный красный след, брызги и лужи крови. А из этих самых кустарников торчали на вид целые ноги. Ну-ну. Оставалось лишь бежать отсюда как можно скорее, чтобы когда подойдёт подружка проклятого ножа, она хотя бы не начала сразу думать на него. Лампочка немного задержалась. Потому что плела венок из ею выращиваемых цветов для друга. Они были прекрасны: розовые нежные, как шёлк, лепестки, двух цветов: розового и лилового. В центре виднелась пушистая желтая пыльца, вокруг неё было все белым, но за то у конца лепестков цвет был ярким. Получался очень красивый градиент, что добавляло шарма и так особенному подарку. - Фух, наконец-то, доделала... - запыхаясь, сказала стекляшка, выдвинувшись в путь. Обджект весело скакала, тихо напевая любимую песню. Ей уже не терпелось отдать такую замечательную вещицу другу, он точно удивится! Она вложила всю теплоту и яркость своих чувств, свою дружбу и заботу о нём, подбирала цветы только самые красивые, и получился цветущий шедевр, всё это дополняли необычные листья в виде сердечек. Наконец, она подошла к краю леса. Почему-то, у неё начали мелко дрожать руки, было такое чувство, что что-то тут не так. Будто судьба сама предупреждала о беде, случившейся только что. Когда она подошла к поляне, она заметила, что туда ведут красные следы, точнее, уходят оттуда (Курик изляпался). Теперь сомнений не оставалось, что что-то произошло, и она сразу поняла, что Кнайфу очень сильно досталось. В глазах даже от паники начало немного плыть. - К-Кнайфи?... - медленно подходя к тем самым кустам, спросила она. Лампочка замечала все больше крови, как бы намекающей на смерть друга. Наконец, когда она встала на место инцидента, она чуть не упала в обморок, когда увидела лужи крови, топор и чьи-то ноги. Ноги Кнайфа... Пододвинув пышные ветки, она увидела рукоятку, почти раскрошенную в щепки и настолько помятое лезвие, что было чувство, что кто-то огромный, не жалея зубов, жевал и жевал бедный кусок металла, как жвачку. Боже мой.... Какой же изверг это сделал? Но сейчас не было времени на раздумья, надо было бежать к Краткому и просить о воскрешении бедного ножика. Лампочка настолько быстро бежала, что часто чуть не падала, ноги заплетались от испуга, а слёзы сами наворачивались на глаза, настолько она боялась за друга... хоть она и знала, что он скоро будет жив. - КРАТКИЙ!! - громко крикнула Лампочка. Буква о чём-то разговаривала со Стёркой. Оба моментально обернули взгляд в её сторону. - П-ПОЖАЛУЙСТА... ВОСКРЕСИ КНАЙФА... ЕГО УБИЛ КТО-ТО.. ТОПОРОМ.... Если малиновый стоял с немного удивлённым, непонимающим взглядом, то Стёрка не на шутку перепугалась. - Лампочка.. Что произошло?...