Шанс на счастье

Паркер снится чужая безжизненная планета. Планета, что покрыта пеплом и кровью. Петра и сама пепел, разлетевшийся по воздуху прямо сквозь пальцы Железного Человека. Паркер снится бой, который они почти что проиграли. Во второй раз. И самая великая жертва. В лице умирающего Тони Старка. Паркер снятся ее прошлые дни. Смерть тети и две ее другие версии. Или же это она всего лишь чья-то версия? Не самая удачная. Не самая нужная. Прощание с друзьями и яркая вспышка, означающая, что все кончено. Паркер так много снится. И она хотела бы все это стереть из памяти. Хотела бы, что на нее так же, как и на всех, подействовало заклинание Доктора Стрэнджа. Пусть весь мир забудет Петру Паркер. Она разве не относиться ко всему миру?.. Видимо, так оно не работает. За окном ярко светит солнце, а перед глазами все ещё отголоски снов, как надоедливые мушки. В ушах все ещё эхо чужих голосов, а ноздри забыты запахами. Запах крови, слез, железа, дождя, магии, крепких объятий. Петра не хочет вставать. Она смотрит на руку почти зажившую, благодаря регенерации, и глаза прикрывает, в клубок сворачиваясь. На улице кипит жизнь. А в этой квартире нет ничего живого. За дверью что-то хлопает, но паучье чутье молчит. Оно уже давно не давало о себе знать. Как будто бы девушке-пауку уже все равно на опасности. В прочем, Пет не стала бы реагировать, даже, если бы оно кричало, оглушая. Бывают такие дни. Дни, когда жить не хочется совершенно. В последнее время таких дней все больше и больше. В дверь приглушённо стучат и девушка неохотно открывает глаза, все ещё не шевелясь. Постучат и уйдут. За аренду она заплатила. Доставку не ждёт. А знакомиться с новыми людьми даже не планировала. Так что это не к ней, ошиблись дверью. И с этими мыслями Петра вновь закрывает глаза, мечтая их не открывать больше никогда. Стук повторяется. Более настойчиво. Громко, долго. И Паркер сквозь зубы ругается, рывком подскакивая. Кто бы там не был — девушке даже не придется прилагать усилия, чтобы вышвырнуть его за шкирку по лестнице вниз. Настырный гость все не унимается. Неужели даже не думает о том, что дома нет никого? Какого черта долбится? — Сейчас! — Нервно рявкает Петра и зарывается пальцами в волосы, сжимая их у корней. Устало вздыхает и, наконец, поднимается с кровати, шаркая в сторону двери. Распахивает ее, намереваясь послать незнакомца куда подальше, и замирает, за дверной косяк хватаясь, потому что ноги резко перестают держать. — Питер? За дверью мнется, неловко улыбаясь, Питер Паркер номер два. И Петра думает, что совсем с катушек съехала. Окончательно и бесповоротно. — Здравствуй, Петра.