Глава 3
12 марта 2022 г., 14:00
У Гермионы было свидание. По правде говоря, в Париже у неё оставалось не так много времени для знакомств, поскольку она была занята и находилась по большей части в связанных с работой местах. До отъезда в Лондон оставалось полтора месяца, и она хотела хотя бы попробовать завязать с кем-нибудь общение.
Его звали Пьер. Хотя он работал в том же отделе, где и она, у них не было так много причин общаться. Так что было удивительно, но в то же время даже немного приятно и неожиданно, что в начале недели он подошёл к ней. И неважно, что его английский оставлял желать лучшего.
В дверь её квартиры тихо постучали, и когда Гермиона открыла, то увидела стоявшего на пороге Пьера, лениво разглядывающего коридор. Он одарил её улыбкой.
— Входи, — пробормотала Гермиона, на секунду сжав губы. — Дай мне, пожалуйста, ещё минутку.
Пьер кивнул:
— Ага.
Сложив руки на груди и нацепив вежливую улыбку, он невозмутимо стоял у двери, пока девушка надевала плащ и складывала всё необходимое в клатч.
Вздрогнув от неожиданности, она подняла глаза, когда в дверь снова постучали — правда, этот стук она узнала. Она застыла, а её сердце готово было выпрыгнуть из груди. На лице Пьера отобразилась растерянность, когда он потянулся к ручке двери.
Прежде чем Гермиона смогла сделать что-то кроме короткого вздоха, дверь квартиры распахнулась.
На пороге стоял Драко, и, хотя её охватили удивление и волнение, сердце девушки буквально ушло в пятки. На его лице читалась усталость, но, когда она устремилась к двери, его плечи выпрямились, а глаза широко распахнулись от удивления.
На какое-то время в комнате повисло неловкое молчание. В руке Драко была бутылка вина, а губы были плотно сомкнуты. Он пробормотал, немного усмехаясь:
— Думаю, мне следовало прислать сову.
— Драко, — вернувшись к реальности сказала Гермиона, — я не знала…
Но он повернулся к Пьеру и неохотно кивнул:
— Не хотел прерывать вас. Желаю вам двоим прекрасного вечера! — несмотря на искусственную улыбку, его глаза оставались холодными и грустными, когда он перевёл взгляд на неё. Он открыл рот, будто хотел добавить ещё что-то, но вовремя опомнился, ещё раз кивнув.
Непривычно было видеть его не в себе, ведь как правило, он мог найти нужные слова в любой ситуации. Но Гермиона заметила напряжение в его глазах и нахмурилась.
Прежде чем она успела хоть что-то сказать, он зашагал по коридору, и вдалеке она услышала хлопок аппарации.
— Прошу прощения, — усмехнувшись, фыркнула она. — Это был мой давний друг Драко. Я не знала, что он зайдёт.
Пьер выглядел обеспокоенным, но только сверкнул улыбкой, больше напоминавшей гримасу, и, по правде говоря, она не могла его винить. Ситуация казалась невероятно неудобной, и она поймала себя на мысли, что думает о Драко. Невесомо коснувшись губами щеки девушки, Пьер чуть слышно произнёс:
— Я пойду. Увидимся на работе.
Сердце девушки замерло, когда Пьер направился к двери. Она успела тихо произнести:
— Прости меня, клянусь, всё на самом деле не так. Мы с ним старые друзья.
Неопределённо пожав плечами, Пьер улыбнулся ей на прощание, направляясь туда же, куда ушёл Драко.
Сделав глубокий вдох, Гермиона захлопнула дверь и с облегчением опустилась на диван. Возможно, это было к лучшему, учитывая то, что её французский нуждался в усовершенствовании, а английский Пьера едва ли был на приемлемом уровне.
Но теперь она понятия не имела, куда исчез Драко и почему он выглядел так, словно на его плечи свалилась тяжесть всего мира. В это время суток она не смогла бы запросить международный портключ, даже если бы сильно захотела. Тем более, она не знала, вернулся ли он в Англию или нет.
Взмахнув палочкой, Гермиона вызвала Патронуса и отправила его Драко, попросив вернуться.
Через час, не получив ответ, девушка забралась в постель, чувствуя давящую пустоту в груди.
***
Спустя три недели после того, как её письма возвращались нераспечатанными, она почувствовала настоящий страх, поселившийся где-то внутри. Гермиона не знала точно: то ли Драко не получал её писем, то ли просто не хотел принимать их. Её пребывание в Париже закончилось на несколько недель раньше положенного срока, и она с искренним облегчением вернулась в свою маленькую английскую квартирку. Должность не была ужасной, однако ей больше нравилась работа в Лондоне, хотя та была зачастую монотонной и утомительной. К тому же, она скучала по друзьям, оставшимся дома. Прежде всего, она скучала по Драко, хотя никогда бы не призналась в этом Гарри. Сам по себе Париж был фантастическим, и она наслаждалась пребыванием заграницей, но чего-то явно не хватало. Гермиона начала чувствовать, как к ней подкрадывалось недовольство даже своей работой. Несмотря на все приложенные усилия, ей бы никогда не удалось оказать серьёзного влияния на популяции существ, жизнь которых она стремилась улучшить. Назначение во Франции лишь укрепило её мысли о том, о чём она подозревала последние годы. Тем не менее на её губах мелькнула улыбка, когда она бросила багаж при входе в квартиру и опустилась на диван. Приятно было снова оказаться дома; окинув напряжённым взглядом вещи, взмахом палочки она отправила их в комнату раскладываться по местам. Пару минут отдохнув, девушка снова вернулась к мыслям о Драко. Неужели он так расстроился той ночью в Париже, что просто не захотел разговаривать с ней? Когда она незаметно взглянула на него, он казался расстроенным, и не из-за её свидания. Хотя маленькая её часть не могла не задуматься, что причина была в этом. В любом случае, с его стороны было инфантильно и мелочно игнорировать её письма, учитывая, что она даже не знала о его приходе. И всё же, постепенно её охватывало чувство вины за то, что во время назначения она так и не нашла времени для того, чтобы съездить в Лондон. К тому же у неё не оказалось достаточно выходных, чтобы побольше времени провести дома. Поднявшись с дивана и подойдя к решётке камина, Гермиона нахмурилась и бросила горсть Летучего Пороха, вызывая Драко. После затянувшейся паузы зелёное пламя исчезло. И снова ответа не последовало. Она ещё больше нахмурилась. Драко не мог просто игнорировать её, даже когда был зол; для этого он был слишком задиристым. Внезапно девушка поймала себя на мысли, что начинала беспокоиться за него. Гермиона аппарировала к зданию, в котором он жил, и, покусывая нижнюю губу, вызвала лифт на его этаж. Подойдя к двери, она громко постучала. Подождав пару минут, так и не услышав ответа, девушка снова трижды ударила кулаком. Затем вздохнула и прислонилась спиной к двери. Драко мог бы быть в поместье, но она быстро откинула эту мысль. Он редко посещал дом, в котором родился; Гермиона знала, что ему плохо удавалось справляться с неприятными воспоминаниями из детства. В груди поселилась тревога; девушка вернулась домой и снова подключила камин к сети Летучего Пороха. Мгновение спустя в пламени появилось лицо Гарри, его чёрные волосы растрепались, а на лице расплылась широкая мальчишеская улыбка. — Гермиона! — воскликнул он. Девушка улыбнулась в ответ, опустившись на колени перед ним. — Ты уже вернулась? Мы тебя ещё не ждали. — Приехала домой пораньше, — сказала она, разглядывая друга. — Ты в порядке? — Замечательно! — радостно ответил он. — Зайдёшь? После секундной заминки она кивнула. И когда лицо Гарри скрылось в пламени, она очутилась на Площади Гриммо. Едва Гермиона успела оглядеться по сторонам, как очутилась в объятиях Гарри; уткнувшись лицом в его грудь и почувствовав подступающие слёзы, она обняла его в ответ. Наконец он отстранился и взял её за руки, словно осматривая: — Я скучал по тебе. — Я тоже скучала, — ответила Гермиона, одарив его дразнящей ухмылкой. — Меня не было всего пять месяцев. — И всё же, — возразил Гарри. Когда её взгляд скользнул вокруг, она увидела Тео, рот которого был искривлён в неловкой ухмылке, а руки спрятаны в карманы. Выражение его лица сменилось мягкой, немного загадочной улыбкой, и он произнёс: — Привет, Гермиона. — Тео, — ответила она, притягивая его к себе в дружеском объятии. — Не могу сказать, что удивлена застать тебя здесь. Напряжение будто спало с плеч мужчины, и он ухмыльнулся: — Тебе рассказал Драко, я так полагаю. — Да, он, — подтвердила девушка, бросив взгляд на Гарри. — Хотя я хотела бы услышать эту новость из первых уст. Проведя рукой по затылку, Гарри покраснел: — Ты права. Переводя взгляд с одного мужчины на другого, Гермиона смягчилась: — Я рада за вас. И, конечно, мы все знали, что это когда-нибудь случится, — Тео и Гарри обменялись взглядами. — Кстати, о Драко — где он? По какой-то причине Гермиона и Драко никогда не говорили друзьям о данной ими клятве, ведь эта тема даже никогда не поднималась в разговорах. Они и так слышали уже слишком много о свои отношениях, и если бы друзья узнали, что они могут магическим образом обручиться, это добавило бы ещё больше трудностей. С момента договора ни один из них не поднимал эту тему. Скорее всего потому, что они оба думали, что это всё равно никогда не случилось бы. Тео нахмурился. — Его нет уже пару недель. Думаю, что он гостит у матери. — Ну, конечно, — выдохнула Гермиона. — Где сейчас Нарцисса? У Малфоев была недвижимость помимо Мэнора. После того, как Люциуса заключили в Азкабан, за Нарциссой некоторое время пристально следили. Несмотря на это, она могла спокойно перемещаться по городу и вскоре решила покинуть поместье. На секунду задумавшись, Тео скорчил гримасу. — Лиссабон? — выражение его лица изменилось. — Удивлён, что он тебе не сказал. Гермиона не знала, как ей отреагировать на неоднозначный намёк, произнесённый Тео, и лишь пожала плечами: — Наверное, он забыл упомянуть об этом. Гарри хлопнул в ладоши, возвращая девушку к реальности: — Останешься на чашечку чая? Гермиона растерянно покачала головой: — Мне ещё нужно распаковать вещи… Может, в следующий раз? — Конечно, — ребята обменялись взглядами — они всегда понимали друг друга без слов, даже до того, как признались во взаимном интересе. Это нервировало её в течение многих лет, но всё-таки Гермиона вежливо улыбнулась. — Скоро увидимся. Выпьем в «Котле»? — под её выжидающим взглядом, они оба кивнули. — Я рад, что ты вернулась, — прошептал Гарри, прежде чем Гермиона аппарировала в Министерство.***
Спустя два часа после спора с помощником по административным вопросам в Департаменте Международных путешествий о небольшом одолжении, Гермиона очутилась недалеко от Лиссабона, столицы Португалии, глядя на огромную виллу Малфоев. Однажды она уже была в этом поместье, но, несмотря на это, что-то затрепетало внутри. Драко не ответил ни на одно письмо, хотя сейчас Гермиона поняла, что сова бы его не нашла. Её здесь явно не ждали. Сделав глубокий вдох для храбрости, она постучала, ожидая ответа во внутреннем дворике. Мгновение спустя парадную дверь открыл одетый в ливрею Малфоев эльф, который, увидев гостью, прищурился. — Здравствуйте, — заговорила она, прочистив горло. — Я ищу Драко Малфоя. Хотя у них было много эльфов, конкретно этого Гермиона не узнала. И несмотря на то, что глаза его на мгновение сузились, он кивнул: — Патрокл позовёт хозяина Драко. Девушка вздохнула с облегчением; по крайней мере, она нашла его, и он, очевидно, был жив и здоров. Драко появился в дверях с широко раскрытыми глазами примерно через минуту после того, как исчез эльф. На его губах медленно расцвела широкая улыбка, и он заключил её в объятия. Гермиона закрыла глаза от охватившего её облегчения. Она обняла Драко за талию, ощущая ритм его сердца прямо рядом со своим лицом. Она прижалась к нему, не желая выпускать его из объятий. — Как ты здесь оказалась? — спросил он, немного удивляясь. — Разве ты не должна быть во Франции? Осознав, что они всё ещё стояли в дверях, он шагнул внутрь, и, засунув руки в карманы, повёл её за собой. — Период моего назначения закончился раньше, — ответила Гермиона, прикусывая нижнюю губу и поднимая на него взгляд. — Ты не ответил ни на одно из моих писем, отправленных совами. Так что мне нужно было убедиться, что с тобой всё в порядке. Прости, что заявилась без приглашения — Тео сказал мне, где тебя найти. Драко усмехнулся: — Конечно, со мной всё в порядке. Меня не было дома, так что я не получал никаких сов. А ты в порядке? — Да, — повернувшись к нему, она нахмурилась, и между её бровями появилась маленькая морщинка. — Когда ты приехал в Париж, а затем сразу ушёл, ты выглядел так, словно произошло что-то плохое. Если бы Гермиона не смотрела на него так пристально, она могла бы упустить намёк на гримасу, промелькнувшую на его лице. — Пустяк. Мне не следовало отвлекать тебя от свидания. Он показался мне хорошим парнем. Отмахнувшись от него, она продолжила идти: — В конце концов мы так никуда и не пошли, — она увидела на его лице раскаяние и, прежде чем он смог ответить, добавила: — Ничего особенного, он даже по-английски толком не говорил. Драко надолго задумался, а затем хмыкнул: — Бывало и похуже. Помнишь того парня, который говорил только по-польски, и тебе пришлось наложить на него заклинание перевода, чтобы продержаться до конца ужина? Она сморщила нос и посмотрел на него. — Я пыталась об этом забыть, — желая сменить тему разговора, она добавила: — Как дела у твоей матери? — Хорошо, — кивнул он. — Португальское солнце идёт ей на пользу. Гермиона размеренно шла по дороге, выложенной булыжником, которая вела от входа виллы вглубь поместья, и обдумывала свои слова. Последнее, что она слышала, было то, что Драко активно выступал посредником в заключении соглашения в Лондоне. Именно поэтому для него не имело смысла проводить последние несколько недель в Португалии. Криво усмехнувшись, он протянул: — Говори уже. — Что-то случилось с собственностью в Косом переулке? — спросила она, бросив на Драко короткий взгляд. — Ага, — пробормотал он легкомысленным тоном. — Я знал, что они откажутся, но это всё равно меня задело. В ней закипела холодная тихая ярость за него, и она покачала головой, стиснув зубы: — Не могу поверить, что после всех этих лет люди всё ещё… — Гермиона, — тихо сказал он, прерывая её тираду. — Всё хорошо. — Нет, не хорошо! — воскликнула она, глядя на него свысока, забыв об их разнице в росте. — Это дискриминация, и… — И волшебный мир всегда был таким. Она не могла не заметить нечто большее, отразившееся в его взгляде. Хоть тон голоса был спокойным, а выражение его лица бесстрастным, она видела скорбь, которая будто опустилась на его плечи, как и в ту ночь, когда он навестил её в Париже. Наконец она прошептала: — Мне так жаль. Я знаю, как сильно ты этого хотел. И… Прости, что я не поддержала тебя в ту ночь, — с укором она добавила: — Я ведь послала тебе Патронус. — Да, — выдохнул он. — Я знаю. Гермиона чувствовала его подавленность, и как бы ей ни хотелось продолжить разговор, она решила не беспокоить его. — Сколько ты ещё планируешь оставаться здесь? Драко неопределённо пожал плечами: — Я ещё не решил. Когда тебе нужно возвращаться на работу? При мысли о возвращении за рабочий стол в Министерстве она почувствовала пустоту в груди и нахмурилась. — Не раньше следующей недели. Удивившись, он напряжённо посмотрел на неё. — Так ты останешься, верно? Мама будет счастлива увидеть тебя, — прежде чем она открыла рот, чтобы возразить, он ухмыльнулся: — Даже не думай, ты остаёшься. Она стиснула зубы и взяла его за руку; напряжение наконец спало.***
— Гермиона! — воскликнула Нарцисса, подходя к ней с вытянутыми руками, желая обнять девушку. Женщина расцеловала её в обе щеки, и прежде чем она ответила на жест волшебницы, Нарцисса отошла на шаг и окинула её оценивающим взглядом. — Я так рада тебя видеть! — Она имеет в виду, — протянул Драко, — что устала от моей кислой мины. Губы Нарциссы скривились в усмешке: — И то правда. Но я так давно тебя не видела, дорогая. — А я вас, — задумчиво произнесла Гермиона, устраиваясь в кресле в гостиной. — Я была занята исследовательской работой в Париже, но сейчас у меня есть несколько дней перед началом работы в Лондоне, так что Драко предложил мне остаться. — Ну, конечно, он предложил, — ответила Нарцисса, выражение её лица невозможно было понять. — Мне попросить Патрокла приготовить тебе комнату? Гермиона кивнула, покраснев от таких намёков Нарциссы. — Да, пожалуйста. Поспешив найти Драко и убедиться, что с ним было всё в порядке, она поймала себя на мысли, что даже и не подумала о том, чтобы собрать самые необходимые для поездки вещи. Это было недальновидно, однако Драко предложил отвезти её в ближайшую деревню, чтобы купить всё необходимое. Он опустился на диван рядом с ней, в то время как Нарцисса отправила Патрокла приготовить отдельную комнату. Ещё один эльф магией вкатил тележку с чаем и принялся разливать напиток. Вытянув руку вдоль спинки дивана, Драко наклонился к ней. — Я рад, что ты вернулась. — Я тоже, — призналась Гермиона, грустно улыбнувшись. — Честно говоря, не думаю, что работа в Париже превзошла мои ожидания. Или, может быть, она лишь напомнила мне, что моя работа никогда не даст тех результатов, на которые я надеюсь. Между её бровями снова проявилась морщинка, когда Драко посмотрел на неё: — Ты не думала уйти из Министерства? Она неопределённо пожала плечами, резко изменившись в лице: — Я не знаю, чем ещё могла бы заниматься. С недоумением в голосе Драко усмехнулся: — Ты могла бы делать всё, что тебе заблагорассудится, Грейнджер. Время от времени он снова называл её по фамилии, хотя с годами это стало скорее дразнящим прозвищем. По какой-то причине звук его низкого протяжного голоса снова вызывал мурашки по коже, и она зажмурилась. — Я не знаю, — размышляла она, откинувшись на спинку дивана; его рука обвила её плечи, притягивая девушку ближе. — Думаю, можно было бы рассмотреть другие варианты, просто я уже так долго этим занимаюсь… Цокнув языком, он сказал: — Это не причина продолжать заниматься тем, что больше не приносит тебе удовольствия. Знаешь, перемены — это не так уж плохо. Когда она вновь подняла взгляд, Нарциссы уже не было; Гермиона не могла вспомнить, ушла ли она с Патроклом. Девушка сделала быстрый глоток чая, который приготовил второй эльф; напиток был именно таким, как она любила. — Возможно, ты прав. — Конечно, я… Она ткнула его локтем в рёбра, он нахмурился и замолчал. Глотнув чай ещё раз, она с улыбкой оглядела комнату. — Здесь так мило, — прежде, чем он смог ответить, она добавила. — Ты ведь вернёшься со мной в Лондон? Драко утомлённо вздохнул, сжимая пальцы вокруг её руки. — Думаю, что да. Однажды мне снова придётся столкнуться с обществом. Вернусь к тому, с чего начал. — Я верю в тебя, — выдохнула она, отворачиваясь от него. — Я знаю, что у тебя всё получится. — Верно. Ответ прозвучал глухо, будто с недоверием, и она повернулась к нему. — У тебя получится. Знаешь, как я это поняла? Его губы дрогнули: — Как? — Ты проделал огромную работу и приложил столько усилий точно не для того, чтобы теперь всё бросить. — она сделала глубокий, успокаивающий вдох, крепче сжимая керамическую чашку. — Я вижу это, и другие тоже увидят. И несмотря ни на что… Я тобой горжусь. Драко лишь внимательно смотрел на неё, взгляд был затуманенным, а выражение лица непроницаемым. Ощущая его пристальный взгляд, она крутила в руках чашку и понимала, что чувствует себя неловко. Затем его губы приняли привычное выражение. Атмосфера будто изменилась, и он поцеловал её в макушку. Когда Драко отвернулся, Гермионе показалось, что она увидела блеск в его глазах, но он ничего не ответил.***
Как оказалось, несколько дней вдали от суеты были необходимы Гермионе, и при мысли о возращении на работу, в Лондон, в её голову закрадывалось что-то похожее на страх. Они заказали портключ на раннее утро. Проводить время с лучшим другом было бесценно, и хотя она всё ещё чувствовала облако уныния, преследовавшее его из-за неудачной сделки в Косом переулке, казалось, что с каждым днём это облако становится всё светлее. Каждый вечер они ужинали с Нарциссой, но в остальном она чаще всего оставляла их наедине, и Гермионе это напоминало времена, когда она навещала Рона и Гарри в Норе. Конечно, до того, как всё изменилось. Тем не менее, это было настолько беззаботно, что она ощущала, как в её душе воцарялся мир, когда Драко был рядом с ней. В их последний вечер в Португалии она почувствовала, что ей хотелось остаться там. Поместье находилось в нескольких минутах ходьбы от океана, и они с Драко шли по вымощенной булыжником дорожке, пока та не сменилась бурьяном, и Гермиона услышала плеск воды прежде, чем они подошли к пляжу. Она обняла его за спину и прижалась к нему, когда он притянул её ближе, и они спокойно наблюдали за разбивающимися о берег волнами. — Я рада, что мы провели время вместе, — протянула Гермиона, нарушая их уютное молчание. — Расслабились. — Я тоже, — пробормотал Драко, не сводя глаз с глади воды. — После твоего дня рождения я не был уверен, что у нас всё в порядке. — Нет, — слово, произнесённое шёпотом, скрутило живот в узел. — Всё в порядке. Она всё ещё не смирилась со своей реакцией, когда увидела его с девушкой, Бет, и, по правде говоря, решила не думать об этом. Он был её другом и никогда не намекал на что-то большее между ними, а Гермиона в свою очередь не хотела рушить их дружбу. Особенно, если всё, что он чувствовал к ней, было лишь платоническим, последнее, что ей было нужно, — поставить его в неловкое положение. И она сама не была уверена, испытывала ли к нему какие-то романтические чувства, учитывая, что они столько лет были друзьями. Всё это не стоило того, чтобы портить их отношения. Наконец, он сказал: — Ладно, идём. Драко потянул её дальше на пляж, подальше от влажного песка, и усадил рядом с собой. С океана дул прохладный ветерок, и она чувствовала себя уютно рядом с ним. Когда он положил руку ей на плечи, она инстинктивно опустила голову ему на грудь, успокаиваясь под ровным биением его сердца. Возможно, границы между ними были давно так размыты, что в тот момент это казалось естественным. Случайные, платонические прикосновения. Стремление защищать и заботиться о нём. Он тихо выдохнул: — Я скучал по тебе. Прижавшись к нему ещё ближе, она поняла, насколько правдивы были его слова: — Я тоже скучала. Больше, чем предполагала. — В следующий раз, когда надумаешь уехать из страны, — протянул он, — возьми меня с собой. Никаких отговорок. Мягкая улыбка тронула её губы: — Хорошо. Когда-нибудь всё между ними изменится. Один из них встретит свою судьбу. Хотя Гермиона начала подозревать, что это, скорее всего, будет он. Потому что время шло, а она даже не знала, чего хотела. Ни с одним мужчиной, с которым она встречалась раньше, она не чувствовала себя так комфортно, как в тот момент в крепких объятиях Драко. От этой мысли на щеках Гермионы возник румянец, и она была благодарна за темноту ночи, которая скрывала этот очевидный факт. Это было правдой. Возможно, ей следовало быть осторожнее, ведь он был её лучшим другом в течение долгих лет. Она оправдывала всё тем, что с ним она чувствовала себя спокойнее, чем с мужчинами, которых едва знала. — Я чувствую, как крутятся шестерёнки в твоей голове, — задумчиво произнёс Драко, глядя на неё. — О чём ты думаешь? У неё не хватило духу солгать ему, поэтому она вздохнула: — О том, что однажды всё изменится. Затем он прошептал: — Необязательно. Он произнёс это так тихо, что Гермиона не была уверена, хотел ли он, чтобы она услышала. Её взгляд сосредоточился на нём. Он тоже наблюдал за ней, складки на лбу выдавали его печаль. Она открыла рот, чтобы ответить — она даже не знала, что именно — но плотно сжала губы и вздохнула. Что-то в его взгляде пробудило в ней тепло; Драко был очень близко, его рука уверенно обнимала девушку. Гермиона не могла отвести взгляд от него, словно в глубине его серых глаз были ответы на всё, что она не знала; воздух между ними наполнен вопросами. Его лицо было так близко, что его тёплое мятное дыхание сливалось с её. Он хотел поцеловать Гермиону. Единственная мысль пронеслась в её голове. Она хотела, чтобы он это сделал. Гермиона моргнула, потрясённая назойливостью этой идеи, и всё-таки, этого было достаточно, чтобы упустить этот момент. С его губ сорвался вздох, и он отвернулся, отодвинувшись от неё так, чтобы между ними было больше свободного места. Её сердце забилось в тревожном ритме от осознания того, что могло произойти, и Гермиона поняла, что не могла больше смотреть на него. Её плечи были напряжены, и хоть он продолжал обнимать её, она не могла не почувствовать внезапный холод, повисший между ними. Он собирался поцеловать её — она была в этом уверена. А собирался ли? Его оттолкнула её реакция, или он просто понял, что это была плохая идея? Они сидели на пляже в тишине, но по его поведению Гермиона понимала, что его мысли были где-то в другом месте. Наконец он отпустил её, отодвинулся и посмотрел на луну. — Нам нужно идти. Завтра рано вставать. Это было всё, что он сказал. Гермиона не доверяла себе, поэтому промолчала; она смогла лишь сдержанно кивнуть.
