Ручной дворецкий

Этот выходной проходил донельзя лучше. Девушка уже начала задумываться, а не сон ли всё это? Королева вновь попросила Асцелину поведать о своей увлекательной жизни. "Мне нравится узнавать интересных по моему мнению людей. К тому же, став к тебе ближе, я смогла бы понять твои мысли и действия. Да и рассказываешь ты мастерски." – пояснила женщина. Крейц было только в удовольствие. Надежда на то, что её госпоже было по-настоящему интересно теплилась в сердце теперь ещё сильнее. И она рассказала! — В прошлую нашу увлекательную беседу я рассказала вам о том, что перевелась в частную школу. Добираться туда стало дольше, поэтому случилось много забавных казусов. Мой отец определенно имеет некоторое чувство юмора, так что в дороге я не скучала. Хотя первые минут сорок после пробуждения он ворчал как какой-то дед, чего, стоит отметить, мой дед не делает, — Асцелина улыбнулась, утопая в приятных воспоминаниях и тёплых ощущениях от них. Как же они с дедушкой любят друг друга. — Ты прямо засветилась при упоминании дедушки, — Нерейва дёрнула бровью и радостно улыбнулась. — Безумно люблю его. Он по маминой линии. Кстати имя у него такое красивое! Мама у меня получается Софья Владленовна, — просияла Крейц. — А я получаюсь Нерейва Родионовна. Да, мой отец определённо мастак выбирать имена в сочетании с отчеством, — Королева лютов сложила руки на груди и откинула волосы назад. — Красивое имя! И с отчеством всё более чем в порядке, — выпалила дворецкая, словно это могло помочь женщине передумать, и тут же замолкла, подумав, что это было слишком резко. — Кхм... Представьте как будет звучать, если на русский манер назвать меня "целиком". Крейц Асцелина Альвевна. Даже не "Альвовна"! У девушки получилось вызвать смех госпожи этим каламбуром. Какое счастье и удовольствие видеть её с улыбкой на лице. — Да, со мной это точно не сравнится, — смех у Нерейвы был звонким, но не слишком громким. «Она даже смеётся так, что слуху приятно,» — умилялась Асцелина. И только потом, в спальне, она будет утверждать, что этот искренний смех вовсе не принёс ей счастье. — Кстати! Чтоб вы понимали насколько сильно меня любит деда, как старшую внучку от единственной дочери из всех троих детей. Я рассказала ему о том, что перевелась в Storogrande, а потом проболталась, мол ездить далеко и неудобно. Тогда мне, конечно, путь казался тяжелее, но всё же дедушка остался не совсем доволен таким решением родителей. Привело всё к тому, что он купил нам дом рядом с моим новым учебным заведением! Просто взял, купил дом и переписал на маму! — воодушевленными тоном вещала девушка. — Твой дедушка либо не жалеет для тебя абсолютно ничего, либо ему деньги девать некуда, — чуть удивлённо прокомментировала Нерейва. — Он лучше. Он – два в одном, — хитро улыбалась Асцелина. — Сплошное очарование. Так, а с учебным заведением, ради которого всё затевалось что? — В школе меня приняли тепло, что вполне понятно, ведь теперь за моё обучение родители платят деньги, причём немалые. Я подружилась с компашкой ребят, с которыми мы в последствии часто устраивали какие-то тусовки и поднимали район на уши. Испания, регион Сторогранде, район Андалусия, восемь лет назад. — Боже, нет, зачем ты это делаешь?! — девчачий голос сотрясал воздух. От того что он был тонким и звучал высоко выходило ещё пронзительней. — Да твою мать, Инесса, успокойся! Я не собираюсь безобразничать... Так, маленькая шалость, — на ветвистом дереве висел парнишка лет 16, он лихо подтянулся на руках и перекинул мышечную ногу через ветку. Его тёмно-каштановые волосы развевались на ветру, ложась крупными кудрями. — Какая к чертям шалость?! Ты сейчас брякнешься оттуда, а нам что делать?! — продолжала верещать Инесса. Она махала загорелыми руками, призывая друга спускаться. — Ну как что? Скорую вызывать. Телефон заряжен? — приняв молчание ошарашенной девушки за согласие, он улыбнулся и показал белые зубы, — чудно. Инесса взмахнула ореховыми, совсем нетипичными для испанской девушки волосами, в знак своего недовольства. Она вообще была нетипична для жительницы солнечной страны. Не такая смуглая кожа, волосы на несколько тонов светлее. Разве что глаза тёмным отливают. Тем не менее родилась, жила, училась у Средиземного моря. — И всё же, Рэй, ты идиот, — раздался спокойный голос где-то под деревом, на котором вполне уверенно устроился названный Рэем. — Ох, Тьяго, ничего ты не понимаешь. Я проживаю свои лучшие годы так, как хочу! И никакие морали о нравственности мне не помогут, — он снова улыбнулся и встряхнул длинной чёлкой. — Ты стригся-то давно? — женский голос, не скрывающий откровенной насмешки, прервал готового разразиться вдохновляющей террадой Рэя. — У тебя чёлка до Антарктиды. — Цисси, солнце, как приятно, что тебя это заботит, — промурлыкал сорванец, на что Крейц лишь недовольно скривилась. — Тебе напомнить в каких мы отношениях? — Асцелина вопросительно выгнула бровь. — Тебе так идёт, когда ты это делаешь, — снова оскалабился юноша. — А если серьёзно, я рад, что хоть кто-то здесь не столь недоволен, как наша истеричка, — он "незаметно" покосился на стоящую под деревом Инессу. — Вот гад! — возмутилась девушка и со всей силы кинула в друга палку. — Ай! — смеялся тот, — Тьяго, скажи ей! — Что сказать? Что она дура, потому что всё ещё не поняла какой ты идиот со своим юмором? — поступил равнодушный ответ. Сантьяго запустил руку в чёрные, как угли, волосы и облокотился спиной на бетонную стену. — Ребят, давайте без конфликтов, — в разговор вмешалась доселе молчавшая Алисия, самая симпатичная девушка в школе, по мнению самих её учеников. И в первую очередь – Асцелины. — Кто-то за Рэем полезет? В ответ гробовая тишина. — Я на него обиделась, так что пусть без меня авантюрничает, — Инесса повернулась к компании спиной. — Да ладно, Несс, прости. Я ж не со зла, ты меня знаешь, — парнишка щенячьими глазами посмотрел вниз, пронзая подругу насквозь. Она несколько раз перевела взгляд с него на пейзаж впереди себя. — Ладно. Но я всё равно не полезу – настрой не тот. — Окей. Тьяго? — обратился Рэй к угрюмому здоровяку. Тот отрицательно помотал головой. — Да нахер. Я полезу, — Асцелина подняла руку. — Ты через этот пень лез? Иду. Оказавшись рядом в парнем, Крейц поправила тугой хвост на затылке и повернулась к нему. — Ну, я первый, — он осторожно поставил правую ногу на верх светлой бетонной стены. На участке, на который эти двое собирались пробраться, жила злющая псина, которую они собиралась что? Правильно, раздраконить, а потом под дикий лай и агрессивный рык стремительно улепетывать от разбешённого животного из пасти которого будут лететь слюни, пена и всё прилагающееся. План – огонь, надёжный как швейцарские часы. Когда Рэй уже крепко стоял ногами на бетоне и звал Асцелину за собой, она в последний раз обернулась на Алисию. Та подбадривающе улыбалась подруге и вместе с остальными кричала слова поддержки. Асцелина решительно спрыгнула вниз. Они с Рэем оказались на просторном участке. Тут жил одинокий мужчина в "кризисе среднего возраста", как утверждал вышеупомянутый парень. Одноэтажный дом в прованском стиле и то за чем они пришли, вернее за кем. Огромный вольер с будкой и цепью. Псина породы Тоса-Ину, которая считается потенциально опасной в стране, где проживает, по кличке Сортез. Дресирован, привит, да вот не задача – разозлить его может любое неверное движение, чем и собирались воспользоваться лазутчики. — Сортез, ути какое солнышко, иди ко мне, — звал отважный, хотя скорее пришибленный, юноша. — Ну и веса у этой псины. Кило 90, наверняка. И главное ж не толстый совсем! Нервно сглотнув, Крейц двинулась за другом. Ступала она тихо, словно в фильме про шпионов, которые терпеть не мог её отец. "Этот момент сейчас наступит," – думала единственная в компании часовщица. Сортез ощутимо занервничал, не то чувствовал волнение у объекта надвигающейся опасности, не то саму опасность. — Гуау, гуау (так в испанской вариации звучит собачий лай) , ну... — Рэй подозвал животное и повернулся к спутнице. — Ты чего? Испугалась? Давай обратно закину, сам пойду. — Не боюсь я, — буркнула в ответ девушка. — Подумаешь тоже. Шевели бурито своими. Дальше всё как в тумане. Ну или кошмарном сне, по версии Асцелины. Псина набросилась на край вольера, чуть не снося его к чертям, залаяла так, что котов, лежащих на заборах и деревьях, как ветром сдуло, а собаки с соседних дворов заскулили и замолкли. Оглушительный рык как будто разрывал воздух, становясь его частью. На секунду одной из виновников торжества показалось, что её уши начали кровоточить от непосредственной близости с Сортезом. Рэй и Асцелина ринулись к месту, через которое попали на территорию. Обоим казалось, что они ещё никогда так быстро не бежали. Выброс адреналина оказался настолько сильным, что у девушки закружилась голова и она споткнулась на пол-пути. — Идём, малая, идём, — Рэй торопливо поднимал подругу. — Рэймандо! — оглушительный рёв раздался, казалось, над всем районом и округом. — Ну, не зря говорят, какой хозяин – такой и пёс, — на скорости выдала Крейц и дала деру пока не заметили и её. Пёс всё не унимался, вставал передними лапами на стены вольера, пытался высунуть морду и сверкал яростными глазами. — Сортез! Сортез, тихо! Нельзя! — орал хозяин – сеньор Гонсалес. Люди из ближайших домов вышли на улицу в поисках источника этого адского шума. Какая-то сеньорита кричала, что у неё спит ребенок, кто-то с фобией собак завижал. Или это снова была Инесса? Чернолют, настоящее время. — Боже, как было страшно. Я думала с ума сойду, — говоря это Асцелина смеялась. — Занятно, конечно. Хотя нет, не так. Ну вы и ненормальные, конечно. Зачем полезла тогда? — с полуулыбкой отозвалась Нерейва. — Ну как же? — улыбнулась девушка. — Как же не проверить себя и свою нервную систему на стойкость и не совершить что-нибудь подобное? У нас много выходок было. А эта закончилась тем, что на нас донесли родителям, а моя мама долго вела переговоры с участковым в полиции дабы он никому штраф не выписал. — Тебе определено есть, что вспомнить, — хмыкнула Огнева. — Да! И я планирую пополнять запас подобных историй, — с энтузиазмом ответила Асцелина. — А мосты у вас там были? — загадочно поинтересовалась Нерейва. — Да. Мы прыгали оттуда, если вы про это, — довольная тем, что разгадала тайный вопрос, Крейц закинула ногу на ногу и приготовилась вещать. — Да, умница. Я про это, — снисходительно улыбнулась Королева. От "умницы" рассказать всё как можно красочней захотелось неистово, до дрожи в теле. Рассказать так, чтобы ей понравилось. Испания, ныне неизвестный мост, 8 лет назад. На город давно опустились сумерки. До моста компания добралась только ближе к ночи. Прекрасный пейзаж в тёмное время суток открывался на реку, над которой был выстроен мост. Слабый свет горел по всей длине, плохо освещая путь. — Во-во-во! — воскликнула Инесса, останавливаясь примерно на середине эстакады. — Зацените видок! Эх, сюда бы фонари нормальные. — Да нормально! Тьяго, доставай алкашку, я пить хочу, — скомандовал Рэй, закидывая отросшие волосы назад. Асцелина хотела было искать свою упавшую челюсть, ибо легче было перечислить чего в сумке не было. Ром, кашаса, текила, пиво разных сортов. — Поверить не могу, что вы достали бренди! — почти шёпотом выражала своё ошеломление часовщица. — А чего так тихо? Мы тут одни! — Инесса выкрикнула нечленораздельный звук, а Рэй, Алисия и Тьяго мгновенно подхватили. — Ты что будешь? — спросил Сантьяго, склонившийся над сумкой с запретными напитками. — Да я как-то... М, не знаю, может не стоит? — мямлила Крейц. — Ууу, струхнула, да? Пф, не боись, я приставать не буду даже если пьяный. Или ты за меня волнуешься? — поддевал Рэймандо. — Иди к черту, придурок! — Асцелина отошла на несколько метров и села прямо на земь. — Рэй, что ты несёшь?! Мы пока шли ты уже выпил? Перестань, — Алисия села рядом с подругой и приобняла её за плечи. — Не бойся, мы не станем ничего творить. Можешь пить немного! Асцелина благодарными глазами взглянула на девушку. — Ну так что? — кокетливо поинтересовалась Инесса, доставая бутылку. Крейц ещё раз взглянула на Алисию, та ласково улыбалась подруге. — Ладно, давай. Гулять, так гулять, — улыбнулась часовщица и приняла угощение. Спустя час пятеро подростков, откровенно говоря набуханые в усмерть, орали латинские песни, нарушая тишину в районе. Мост был отдален от жилых домов, но банда была уверена, что жители окраины услышали и проснулись, если спали. — Не знаю как вы, а я сигаю с моста! — с бешеным энтузиазмом орал Рэймандо. — Рэй, ты что?! Ты по-моему перебрал... — заволновалась Инесса. — Что? Я же не выпилиться собираюсь, а искупаться! Ночь, а всё равно жарко! — парень махнул рукой и направился к краю. И он действительно прыгнул. Профессиональные занятия плаваньем не прошли даром, вода словно бы принимала его. — Подожди! — кричал ему вслед Сантьяго. Секунда, и два друга наперегонки плывут вдаль, разводя рука по зеркальной глади воды. Следующим событием в этой анти-хронологии стал визг Асцелины. Её подруга с разбегу прыгнула вниз. — Алисия! — завизжала Крейц. — Да ладно, че ты орешь. Не убьётся, её там кто-нибудь из парней поймает, — довольно скалилась далеко не самая трезвая Инесса. — Я бы, кстати, тоже не отказалась от их объятий. Ты идешь? — Ну знаешь... Живу я один раз, так что... — Асцелина исподлобья посмотрела на подругу и потянула её за собой. Дальше от воспоминаний не осталось и следа. На всю жизнь часовщица запомнила момент, разбивший её молодость и её первую настолько сильную любовь. — Оо, моя любимая, погромче сделай! — перекрикивая и так на всю звучащую музыку просила Инесса и отпила из горла. Асцелина сидела на краю, согнув ноги в коленях и опираясь на руки. Атмосфера ночной Андалусии навевала спокойствие, несмотря на весь дикий ритм их маленькой тусовки. Хотя её сложно было назвать маленькой, шуму они создавали немало. Самой трезвой была конечно же Крейц. Наблюдая за своими пьяными друзьями, она лишь посмеивалась над их действиями и заплетавшимися языками. Мда, родители определенно будут не рады такому раскладу событий. По их мнению, она сейчас ночует у Алисии дома, а не пьёт на мосту в 4 утра. Что скажет мама? Она ничего не скажет. Лишь будет обеспокоенно, но строго глядеть на дочь, когда та вернётся. Не будет выказывать недовольство от её выходки. Её голубые, полные разочарования и грусти глаза скажут всё сами. Худшее наказание видеть её такой. Что скажет отец? Будет ругать. Возможно покричит немного – она не знает. Знает только, что абсолютно точно ткнет ей на её же поступок, как поступают с котёнком, когда тот сделал что-то не так. Скажет, что крайне расстроен и недоволен. Отправит к себе и скажет, чтобы извинилась перед матерью на коленях, так любит жену. Но это будет потом. Утром. Ещё есть время. Сейчас она хочет оторваться как в последний раз и не отдавать никакого отчёта своим действиям. Почувствовать ветер в мокрых от воды волосах и забыть обо всём, сказать наконец Алисии абсолютно всё, что думает о ней. О них. Тьяго вдруг заревел медведем и свистнул так, что уши заложило, а Инесса заверещала как умалишенная. Асцелина не обратила на них никакого внимания, они делали так вот уже несколько часов. «Раз, два, выдохнули. Идём. Сейчас ты всё ей скажешь.» Девушка поднялась с места, отряхнулась и подняла глаза. Сердце остановилось. Мир мгновенно потускнел, потерял все краски. Девушка пошатнулась и опёрлась о какой-то из элементов моста. Почему так жжёт глаза? И сердце... Сердцу почему так больно? Ответ неясной картинкой плыл перед глазами. Под восторженные возгласы двух её друзей Рэй настойчиво целовался с Алисией. Асцелина запомнила всё. Только это она помнила так чётко. Его руки на её бёдрах и талии. Их губы в страстном, не испанском, а самом настоящем французским поцелуе. Земля ушла из-под ног. Она не могла понять чего хочет больше: реветь навзрыд или кричать от этой мерзкой боли, что заставляла сердце сжиматься, а пульс колебаться. «За что?..» Асцелина забыла об отце. О том, что он скажет и как сильно будет ругаться. Домой. Она просто хотела домой. Закрыться от всего этого, выплакаться как следует и выспаться также. «И волосы высушить.» — Ты куда? Цисс, всё хорошо? Что-то случилось? — кудахтала Инесса. — Пусти! — слишком резко крикнула Крейц, когда подруга схватила её за руку. Та, полностью ошарашенная, лишь хлопая огромными глазами встала на месте, выпустив часовщицу. — Прости, — буркнула она и быстро убежала, прикидывая, как ей добраться до дома. Параллельно Асцелина старательно выкидывала из головы увиденное. Надеясь, что ей всё же показалось, она обернулась. Из глаз тут же брызнули пропитанные горечью слезы. Уже вот полтора года любимая ею Алисия со счастливым лицом обнимала Рэя за шею, а тот, одной рукой держа подружку за талию, свободной гладил её по спине и шее. Лучше бы не смотрела. Лучше бы просто ушла. Лучше бы никогда сюда не приходила, лучше бы никогда не соглашалась ехать с ними, лучше бы никогда не влюблялась в эту невероятную девушку, лучше бы никогда не начинала с ней дружить, лучше бы никогда они с родителями сюда не переезжали. Лучше бы она никогда не рождалась. Чернолют, настоящее время. Королева молчала.