История повторяется

Дорога до дома Эбби прошла тихо, что было благом, учитывая похмелье Аарона. Солнце посылало острую боль сквозь глаз к затылку, каждый звук был подобен выстрелу, звенящему в ушах, а пульс гулко стучал по позвоночнику. Он больше не задавал Кевину никаких вопросов, как только они добрались до дома в Колумбии, слишком уставшие, чтобы волноваться, они оба тут же провалились в сон. Эндрю был жесток. Аарон знал это, он испытал это на собственном опыте, будучи запертым в ванной в течение нескольких дней, дрожа и рвота, умоляя, чтобы его выпустили. Аарон просто не ожидал, что Эндрю сделает что-то подобное с Ники, с кем-то, кто принял их обоих и отдал свою жизнь, чтобы позаботиться о них. Судя по тому, что сказал ему Кевин, по крайней мере, Ники заслужил хотя бы часть этого. Он дремал на заднем сиденье, отчаянно желая поспать подольше, но из-за урчания двигателя и непрекращающегося ерзания Кевина это было безнадежно. Он держал глаза закрытыми, но это почти не помогало; солнечный свет все еще опалял его лицо. Что-то ударило его по щеке, и он вздрогнул, и чуть не ударился головой о спинку сиденья Эндрю. Он посмотрел на Эндрю, который просто пожал плечами. Аарон фыркнул и начал бить Кевина по руке, пока тот с неохотой не заставил себя выйти из машины. Он слишком устал, чтобы сделать что-то большее, чем кратко отметить, что Эндрю и Нил остались. Когда они вошли, Ники сидел за столом, сложив руки вокруг кружки дымящегося кофе, а Эбби сидела рядом с ним. Ваймак выглядел разъяренным, он хмуро смотрел на Аарона, ярость отразилась на каждой черте его лица, пока Аарон, прищурившись, не сказал: — Эндрю и Нил все еще в машине. Лицо Ваймака не совсем расслабилось, но знание того, что это был Аарон, а не Эндрю, казалось, успокоило его, или, по крайней мере, он разжал руки и перестал смотреть на Аарона так, будто тот вот-вот взорвется. Аарон услышал, как вошли Эндрю и Нил, он услышал повышенные голоса и что-то похожее на треск вскоре после этого, затем он услышал рыдания Ники. Он так и не услышал, как они ушли, сон уже брал верх, но когда он проснулся, Эндрю и Нила уже не было. Ники осторожно собирал осколки разбитой кружки, слезы все еще текли по его разбитому лицу, руки слегка дрожали. Трезвый и хорошо отдохнувший, Аарон вспомнил, что Кевин сказал ему прошлой ночью, как бы краток ни был ответ, он знал, по крайней мере, часть того, что сделал Ники. Аарон подумал, что, возможно, Эндрю слишком остро отреагировал, но, увидев сейчас Ники в таком состоянии, который, казалось, больше жалел себя, чем что-либо еще, Аарон был почти впечатлен тем, что Эндрю воздержался от его убийства. Если бы Ники сделал с Кейтилин то, что он сделал с Нилом, Аарон сделал бы то же самое. Он не до конца понимал отношения Эндрю и Нила, но знал, что Нил важен, и это все, что имело значение. Эндрю не стал бы прощать Ники, и Аарон тоже. Он ничего не сказал Ники до конца дня, более того, отказался даже признать его, и когда Кевин проснулся, он сделал то же самое. Эбби не могла даже смотреть на него, не съежившись, ее губы сжались в тонкую линию. Позже Аарон пошел в комнату Кевина, он сидел на своей кровати, неприятно подпрыгивая ногой, возился со своим телефоном и смотрел на него. Очевидно, он все еще был расстроен из-за того, что Нил отменил их ночную тренировку. — Так что случилось? — сказал Аарон, в нерешительности стоял в дверях. Теперь, когда они оба были трезвыми, а похмелье Аарона в основном осталось, он хотел знать всю историю. — Я уже говорил тебе, — Кевин взглянул на него. Аарон сел на кровать; он ничего не ответил. В конце концов, Кевин вздохнул и бросил свой телефон на одеяло, он начал прослеживать толстый шрам, изгибающийся вокруг его суставов пальцев, который петлей переходил к основанию большого пальца. — Я сел с ними, чтобы выпить еще, Эндрю ушел. Я помню, как мы с Ники немного разговаривали, но я не помню, о чем это было, — он глубоко вздохнул. — Затем я поднимаю глаза и вижу, что Ники прижимает Нила к стене, пытаясь поцеловать его. Нил ушел, Ники пошёл за ним. Я искал Эндрю. Потом я нашел его, а мы уже нашли Нила. Ники был весь на нем. Аарон почувствовал, как в его животе скручиваются кольца отвращения. Он не знал, что Ники выжал Нила из-за стола. Кевин только что пробормотал что-то о Ники, пытающемся поцеловать Нила, о том, что он заслуживает побоев, которые Эндрю устроил ему. Аарон покачал головой и протер глаза. Часть его хотела извиниться перед Ники, так было бы проще, но он знал, что не может. Ему было интересно, как поживают Эндрю и Нил, он думал написать одному из них, прежде чем согласился, что ни один из них не ответит и не будет заботиться. Аарон подумал о Ники, сгорбившейся и извивающейся от боли. Он заслужил все, что получил, и он поддержит Эндрю против любого, кто попытается сказать обратное.