Четырёхгранный Союз

Иногда может казаться, что мир вокруг тебя медленно сходит с ума. Ты смотришь вокруг и видишь столько диких вещей, что аж начинаешь смеяться в неверии. Жить в мире, где многое просто нельзя даже вслух сказать, — слишком трудно и больно. И ладно, если ты живёшь так много лет и тебя с самого детства учат по правилу «молчи, коль видишь чуждое», но со многими вещами это так не работает. Молчать о них не могли, но приходилось. Вот представьте, вы видите картину: она выполнена в максимально тёмных, строгих тонах, на неё даже смотреть приятно со стороны. Но в уголке есть ярко-розовое пятнышко, которое портит всё. На картину можно и дальше смотреть, полностью игнорируя это пятно, но внимание многих тянется именно к нему. Художники чаще всего это пятно зарисовывали такой же тёмной краской в тон рисунка. Иногда размазывали, списывая всё на артистичность произведения. Кто-то, конечно, добавлял таких же клякс на картину в разных углах, но происходили подобные случаи катастрофически редко. Таким образом кто-то описал отношение государств к нелюдям, нечисти и прочим существам, которые отличались от людей. Некоторые страны о них забывали, просто пуская их существование на самотёк; кто-то даже сотрудничал с ними, но это было нечастое явление. Как правило, правительство ставило крест на существовании сверхъестественных существ, а иногда даже арестовывало и казнило их, считая исчадиями Ада и отпрысками Сатаны. Обычные люди тоже не относились слишком положительно к подобным индивидам. В Союзе приходилось достаточно тяжко тем, кто не являлся среднестатистическим человеком. Прятаться по закоулочкам приходилось неимоверно старательно — иначе поймают, посадят на осиновый кол или отправят на гильотину. Мир никогда не был таким сложным местом для обуздания.

***

Сергею Шевелеву не требовалось много слов, чтобы представиться. Обыкновенный парень из Гомеля, который хотел увидеть мир. Любил читать советских авторов, смотреть старые фильмы и мечтать о том, чтобы написать сценарий к одному из них. Он даже некоторое время грезил о пионерстве, но это было в детстве. Вроде бы обычный парниша, прыкладный хлопец, как у них раньше говорили в Гомеле. Как бы не так. Самое страшное в жизни человека — осознавать, что тебе всё время врали о чём-то, что стало для тебя обычной вещью. И вот, когда ты при первой попытке покурить «Столичные» чуть ли не сжигаешь себе нос из-за выплеснувшейся магии, а твои родители говорят что-то вроде «в тебе течёт кровь магов, и таким образом ты проснулся», — не это ли предательство? Пока маленький четырнадцатилетний Серёжа ожидал, что его будут отчитывать за то, что он сажает себе лёгкие, ему сказали в лицо, что его за неправильный шорох могут убить. И тогда стало невероятно страшно. Однако, даже несмотря на то, что его интерес к природе своей силы был невероятно велик, это на его жизнь сильно не повлияло. Успеваемость Сергея оставалась непоколебимой, он всё ещё жил свою подростковую жизнь, надеясь на светлое будущее. Вопросы о поступлении оставались насущными, и приходилось задуматься над тем, чтобы выбраться в Минск. Несмотря на волнение, поступить вышло. Трансформация из бедокура Серёжи в смышлёного и перспективного Сергея прошла довольно-таки плавно — правда, детская мечтательность осталась. Плюс, он все время думал о вещах, которые ему рассказывал дедушка. Но взрослая жизнь, которая настойчиво дышала в затылок, заставляла о них забыть.

***

Учёба в ВУЗе не изнуряла: поступить на инженерию было решением хорошим, принятым самостоятельно. Минск был на голову выше Гомеля в плане красоты и уровня жизни, и юного студента всё, в принципе, устраивало. Что его больше всего удивило — он в первый же день нашёл своих. Бродя по комплексу, он обнаружил одинокого парня, который пытался что-то найти в своей сумке. Выглядел он вполне обычно: вот, человек — что может быть не так? Но интуиция — или это было проявление какой-то специальной связи? — подсказала, что этот парень какой-то особенный. После обмена несколькими фразами, Сергей присмотрелся к внешности студента внимательнее. Эти уши. Боже, почему он сразу не догадался, из-за чего этот парень искал шапку? Но, конечно, сказать напрямую, что ты эльф, нельзя, так что приходится вот так шифроваться. Заметив, насколько этот незнакомец напряжён, Серёжа решил хоть как-то намекнуть на то, что стоит успокоиться. Сначала он осмотрелся, чтобы убедиться, что вокруг них абсолютно никого нет. Щёлкнув пальцами, он создал между ними совсем крохотный огонёк и прошептал: «Смотри!». Парень напротив сначала удивился, а затем, вернув лицо, сказал: — Пойдём, одно местечко покажу, — Сергея это немного сбило с толку, но его любопытство заиграло, так и говоря: «Пойди за ним! Вдруг там что-то интересное?». Ему не оставалось ничего, кроме как послушаться. Оказавшись возле входа в институт, студенты пошли за здание и оказались возле какой-то теплицы. Эльф присел на корточки и начал приглядываться к траве. Обнаружив что-то, он попытался зацепиться за землю руками. Сергей с неподдельным интересом и волнением наблюдал за тем, что делал юноша, и удивился, когда тот поднял целый слой земли ровным квадратом и запрыгнул в нору, попросив «закрыть за собой». Эльф спешно достал фонарик из сумки и уже хотел включить его, но маг снова «зажёг» пальцы, освещая перед собой путь. Нужен был огонёк совсем недолго, ведь буквально за поворотом показался свет старого, как война, фонаря. — Откуда здесь это всё? — поинтересовался Сергей, удивляясь увиденному как маленький ребёнок. — Первое правило нелюдей: всё, что касается нас, лежит под нами, — торопливо ответил эльф, ступая дальше по тёмному коридору. …А точно ведь! Дедушка же ему рассказывал что-то подобное, когда маг был младше. На душе отчего-то стало легче. Шёл дуэт в тишине, слушая свои шаги, приглушённое падение капель стока канализации и какой-то далёкий шум. Спустя некоторое время они подошли к какой-то двери. За ней слышалась негромкая — кажется, джазовая — музыка. Эльф неспешно открыл дверь. То, что было за ней, поразило Сергея. Это была целая старинная рюмочная, в которой находилось достаточно веселого народу. По радио и вправду транслировалась какая-то джазовая песня, которую маг слышал ещё много лет тому назад дома у дедушки. Эльф, пока юноша удивлённо осматривал помещение, встал перед ним, тем самым капельку напугав мага, и протянул руку. — Я не представился, к слову. Максим Загайский — ну, или Заяц для своих — ваш домашний пикси. Починю всё, кроме мозгов, — Сергей всё же ошибся, считая студента эльфом. Сделав для себя в голове пометку, он пожал чужую руку. — А Вы кем будете? — Ой, чего это на «Вы», — со смешком сказал маг. — Я Сергей, Сергей Шевелев. Может, с прохода уйдём? — Максим удрученно осмотрелся. — Да, и вправду. В отличие от рюмочных в Гомеле, где Сергей был раза два со своими товарищами, тут не воняло сигаретами, не было пьяных вусмерть людей и неприятной атмосферы. Здесь было более мирно и приятно. Максим так же оказался достаточно приятным собеседником. Воспользовавшись шансом, маг поинтересовался у парня, что же интересного можно сделать в городе и о нюансах жизни Минска. Разговор плавно переходил из одной темы в другую. — А каким образом ты понял, что я свой? — Максим отпил из граненого стакана воды. — Просто этот момент как-то упустил, — маг пожал плечами. — Ощутил, наверное. Мы — единственные такие страдальцы, или?.. — пикси на опережение покачал головой. — Я лично только двоих знаю, и это мои давние товарищи. Они должны были подойти уже как… — голова склонилась над запястьем, на котором находились тонкие часы, — десять минут. Мы просто регулярно в «Сове» собираемся. — В «Сове»? — Рюмочная так называется, — развёл руками Максим, — «Спиртная Сова» — подходящее название для соответствующего места. «Да, но мы в нём пьем не спиртное, а воду», — пролетело в мыслях у мага. — Откуда ты это всё знаешь? — поинтересовался Сергей. — Заложено в голове коренного жителя Минска. Ой, простите, нежителя, — посмеялся Максим, довольный своей шуткой. Он не совсем-то уж и нежитель, но Серёже каламбур показался достаточно забавным, и он слегка прыснул в кулак. Позади ребят открылась дверь в рюмочную, и в помещение вошло двое парней. Максим, завидев их, помахал рукой. Оба нашли пикси взглядом и пошли к столу, где Серёжа сидел с новоиспечённым товарищем. — Задержались у Стаса, прости, что не предупредили, — неловко проговорил один из парней, садясь на свободный стул. Другой поступил точно так же. — И чего же нас о новом знакомстве не предупредили? — Много чести, — огрызнулся Максим с ухмылкой на лице. — Кхм, так вот, знакомьтесь, это Артём, — судя по очень длинным ушам, это точно был эльф. Как он их прячет, интересно? — А это Серёга Горох, — присмотревшись, маг сначала не понял, чем этот индивид отличается от обычного человека. — И это тоже Серый, но Шевелев, — проговорил пикси, указывая рукой на него. — Очень приятно, — сказал Артём, сверкнув улыбкой. Другой Сергей просто кивнул. — Хряпнем по стаканчику за знакомство? — предложил он. Максим просто толкнул его в бок локтём. — Тебе лишь бы выпить!

***

Знакомство с троицей пошло Сергею на пользу. В жизни студента появились люди, которые могли понять его некоторые внутренние терзания. Большая часть первого курса прошла, оставляя лишь хорошие эмоции за собой. Это был словно первый настоящий вдох после Гомеля. Максим, Артём и Серёжа оказались чудесными товарищами. С ними можно было и пожаловаться на бренность бытия, и помечтать о кругосветном путешествии. Но реализовать все свои желания в таких условиях было тяжко: четверка знала своё положение. Тем не менее, все наслаждались тем, что у них было. Максим был приятным, своим в доску парнем. Серёжу всегда забавлял тот факт, что пикси любил баловаться со всякими стальными безделушками. Плюс, у него всегда была сильная тяга к приключениям и бедокурничеству, но она, судя по рассказам Артёма, сейчас ещё и ослабла. «Затишье перед бурей?» — с усмешкой подумал маг тогда. Кстати говоря об Артёме, Сергею он показался достаточно умным человеком. Маг даже одалживал у эльфа книги, и они могли по несколько часов обсуждать сюжеты различных произведений — от классики до нишевой литературы. Эльф, оказывается, дольше всех был знаком с Максимом. Они оба грезили попаданием в телевизор, участием в КВНе, но реальность облила мечту серой краской. Серёжа и сам о таком думал некоторое время, но всерьёз — нет. Другой же Серёжа в их компании оказался частично орком — довольно-таки забавно. Максим с искренним восторгом рассказывал, как их друг поднял в десятом классе шкаф только своими руками. С тезкой Сергей поладил на «ура». Жизнь под землёй раньше Сергею казалась чем-то за гранью реальности, но, к счастью или сожалению, жизнь умеет удивлять. Рюмочная — или, как он привык её называть, Сова, — стала для него местом, в котором он сотворил много приятных воспоминаний. Конечно, жизнь в Минске не ограничилась исключительно общением с нелюдями: он нашел в ВУЗе людей, которые имели серьёзные намерения попасть на телевидение. Они, как и новая компания Серёжи, дружили квартетом. С одним из них — ещё высокий такой! — маг завел однажды разговор о КВНе, но ничего толкового не вышло как-то. Жизнь, вроде бы, шла своим медленным, послушным ходом.

***

Пока не запустилась целая цепочка событий. Сессия — тот кошмар, к которому студенты себя заранее морально готовят. Да, бессонные ночи и дни в библиотеке в поисках нужной информации несут за собой мало приятного. Голова ощущалась переполненным мешком, из которого вываливались монеты. И ладно, Сергей сессию закрыл сносно, только с одной четверкой в зачётке. Потом же в памяти отпечатался пожар. Серёжа сам не очень отчётливо помнил, как это случилось: в какой-то момент во время пары он обнаружил в окне рьяно пылающий огонь, который стремился уничтожить всё за собой. Он обескураженно поднялся со своего места и тем самым обратил внимание остальных студентов на происходящее. А дальше всё словно в тумане. Но юноша помнил одно точно — внутри него бурлила магия. Он боялся её как-то выпускать, опасаясь ожогов. В ситуациях, когда абсолютной уверенности в себе нет, можно ожидать чего угодно. Во время эвакуации было невероятно холодно: на улице дул сильный ветер, половина учащихся тряслась как осиновые листья на ветру. Сергей тревожно выискивал взглядом своих друзей и знакомых, но нашёл только невероятно угрюмого Максима. Тот двигался по направлению к магу. Пикси подошел и пробубнил что-то вроде «после этого всего встречаемся в «Сове» — и принялся проталкиваться дальше. Голос Максима звучал тревожно, и его лицо было искривлено в хоть и трудно разглядимой, но грустной гримасе. Эвакуация прошла сумбурно: староста, отойдя от декана, просто сказала, что пар больше не будет, и попросила не паниковать. Со вздохом Сергей направился в общежитие, чтобы оставить ненужные вещи. Его сосед — Вадим — спал с книгой на лице. Решив не нарушать идиллию, маг покинул комнату и принялся искать ближайший вход к рюмочной. Помещение было наполовину пустым. Играло что-то приятное на слух, владелец «Совы» скучающе протирал тарелки, постояльцы уже распивали водку, а из знакомых лиц Сергей смог найти только своего тёзку. — Приятного аппетита, — сказал он, садясь рядом. Иронично, что ел полуорк то, что было под стать его фамилии: рядом с картофельным пюре и сосиской был высыпан зелёный горошек. На пожелание ему промычали что-то наподобие благодарности. — Как денёчек тебе? — поинтересовался юноша, продолжая трапезу. Ответом были неопределенное пожатие плечами и не самое довольное лицо. — Невесело, правда? — А где хоть пожар начался? — задал вопрос Шевелев. Теперь уже была очередь другого парня пожимать плечами. — Не у нас явно. С чего бы у педагогов социологии что-то загорелось? — Горох посмеялся и засунул себе в рот кусок сосиски. — И не у Зайца тоже: у физкультурников нечему гореть. Они ещё ко всему в здании, что дальше других. — То же самое с Артёмом… Сзади послышалось, как кто-то открыл дверь в рюмочную. Обернувшись, Серёжи обнаружили сердитого Артёма и кого-то в капюшоне. Первое предположение — Максим, и предположение было как никогда верно. Эльф выглядел жутко озлобленным. — Честно, лучше бы сегодня не ходил, — просвистел он через зубы. Пикси угрюмо сел рядом с магом. — А это всё химики! У них электричество слетело! — И что, у всего института электричества не будет теперь? — поинтересовался полуорк, отставляя пустую тарелку. — Только, вот, у химиков и инженеров, — ответил Артём, перед этим задумавшись. — Считать ли мне это знаком свыше? — поинтересовался маг. Ему на вопрос не ответили. Неожиданно для всех Максим, который всё это время молчал, снял капюшон. На его щеке был очень большой ожог, который покрывал огромный кусок кожи. — Как? — лишь вырвался вопрос у мага. Другой Сергей просто продолжал удивлённо сидеть. — Меня задел горящий человек. Прямо после эвакуации наткнулся на того, кого уже спасти было нельзя, — раздосадовано сказал Максим, отворачивая раненую сторону от своих друзей. Между квартетом повисла тишина. Её нарушала исключительно музыка, играющая на радио, разговоры на фоне и рой мыслей в голове каждого. Серёжа переживал из-за того, как может пойти дальше их процесс обучения. Конечно, выходные близились, так что можно было подзабить, но внутреннее желание ничего не пропускать было сильнее. Его волновал Максим: как долго у него будет проходить ожог? Сколько ещё человек пострадало, раз были упомянуты горящие люди? — Это самое, я пойду, лицо сметаной намажу — хоть так, может, быстрее сойдёт, — выдохнул пикси, выходя из-за стола. И теперь уже трио сидело в полной тишине. Горох пил чай, Гаус, откинувшись на спинку стула, слушал музыку, а Шевелев думал. Только о чём он думал, для самого Сергея было загадкой.

***

О пожаре уже почти никто не помнил спустя неделю — может, больше. Единственным напоминанием о нем был шрам на лице Зайца, который выделялся на фоне слегка загорелой кожи. В остальном, всё вернулось на круги своя. Только начался невероятно скучный период в их учебной жизни: сессия закончилась, но не для тех, кого отослали на пересдачу. И оставалось только либо вариться в комнате общежития, либо вариться уже на улице. Квартет сейчас сидел в «Сове», имея возле себя стаканы, в которых было больше льда, чем воды. «Хотя и то, и то — вода, в чём разница?» — внезапно зацепился за мысль Серёжа, но отпустил её так же быстро. Другой Серёжа и Артём что-то между собой обсуждали, а Максим иногда встревал в диалог, говоря что-то невпопад. — Вот бы от этого всего сбежать… — снова протянул он, упираясь щекой в кулак. Заяц часто заводил темы, которые брал из воздуха. — Найти бы приключений себе, поймать звезду и… просто бы пожить хорошо! — Да, но мы не в мифе и не в легенде, — сказал Артём, выныривая из разговора с полуорком, — так что не выйдет. Искать-то нечего. Снова это молчание, но идея Максима — хоть и не самая своевременная — заинтересовала Серёжу. Да, его всё ещё беспокоил глупый вопрос про воду и лёд, но Максиму удалось переключить внимание мужчины с одной темы на другую. Недолго подумав, полуорк восхищённо охнул: — Зодиакальные Храмы! — и на четвёрку уже пялилась половина рюмочной. Правда, взгляды через две секунды слезли со спин студентов. Максим недоуменно посмотрел на своего друга. — Чего-чего? — А это разве не легенда? — со скепсисом уточнил Артём. Серёжа покачал головой. — У меня записи лежат в общаге, найти их — дело плёвое. — А можно объяснить мне, что это такое? — попросил пикси более настойчиво. Эльф, вздохнув, начал объяснять: — Ходила некоторое время легенда, что по нашим землям разбросано двенадцать храмов с дарами. Если бы кому-то удалось отыскать все двенадцать, ему бы открылся вход в последний, тринадцатый храм, где находятся такие богатства, которых хватит на всю жизнь. — Не совсем так! — поправил своего друга полуорк. — Говорилось не о сокровищах, кажется… Пока обсуждение нарастало, Серёжа вспомнил о том, что его дедушка рассказывал о Зодиакальных Храмах. Как и сказал Артём, о них была целая легенда: если ты найдёшь дары каждого из храмов, то сможешь открыть Храм Святой Медведицы. Что в нём находится — не знал никто. Споры шли до сих пор, примерно такие, как сейчас у Артема и Серёжи. Были мысли о том, чтобы разгадать эту тайну, но кто они такие, чтобы её обуздать? Просто четыре студента, которые смотрят слишком далеко и слишком высоко. — А представьте, как мы разбогатеем, если найдём, что в том последнем храме находится… — мечтательно протянул Максим, растягивая губы в улыбке. — Почему бы не попробовать поискать эти храмы? — предложил полуорк. — Всё равно полтора месяца ничего делать не будем. — Серьёзно? Честно, не думаю, что у нас из этого что-то получится, — с сомнением сказал Артём, складывая руки на груди. — Кто-то вообще эти храмы находил когда-то? — ответом на вопрос было молчание. Откуда они могли знать, собственно? — Может, мы и найдём? — предположил Серёжа, вклиниваясь в разговор. — Вдруг войдём в историю. Артём, услышав слова мага, закатил глаза. Казалось со стороны, что он немного боялся, но судить нельзя было. — Но я в любом случае с вами, ребят, — сказал он, опережая вопросы. Максим и Серёжи на это благодарно улыбнулись. — Вообще, встану на секунду на сторону Артёма: надо бы больше информации найти, а то единственное, что у нас есть, это память о тех легендах, — сказал Шевелев. — У меня записи есть, говорю же, — напомнил Горох, на что маг протянул многозначительное «А-а-а-а, точно…», почесывая подбородок. — Мы можем поспрашивать у Добровольского, к слову, вдруг расскажет что, — встрял Максим в разговор. Внимание Серёжи перешло на владельца рюмочной, стоящего возле прилавка. С Добровольским он, помимо заказов напитков и еды, не контактировал, но знал пару вещей о нём: у него есть жена, он живёт уже очень много лет, но выглядит невероятно молодо и любит под сильным градусом травить не очень смешные анекдоты. Он часто что-то обсуждал с другим Серёжей и Стасом — хорошим знакомым Артёма и Максима. Спросить у него о Зодиакальных Храмах не будет лишним, верно? — Мы точно уверены, что будем этим заниматься? — нервно спросил Артём. — Это требует и много времени, и много сил, так что подумайте над этим, пожалуйста. Квартет переглянулся между собой и во взглядах друг друга обнаружил одно и тоже: интерес. У кого-то более яркий и наивный, у кого-то — более спокойный. Но все они знали одно. Идея-то хороша.

***

Это было волнительно. Нелюди договорились встретиться в выходные в «Сове». У Гороха уже были материалы о Зодиакальных Храмах на руках, а у остальных — огромная куча свободного времени. Серёже даже удалось связаться с дедом и разузнать побольше информации. Старик, конечно, был по-своему горд, что внук решил полезть в поиски, но настойчиво просил быть осторожным. Выходные наступили, вечером уже четвёрка сидела в «Спиртной Сове». Друзья решили собрать информацию таким образом: сначала узнать, что думает по поводу этой легенды владелец «Совы», а после — совместить факты с записями, найденными Серёжей. — И что, просто подзовём его? — шёпотом спросил Максим, наклоняясь ближе к друзьям. — А что ещё остаётся? — пожал плечами полуорк. — Вам что-то взять, может? Я заплачу. — Чай, пожалуйста, — попросил Серёжа. После этой просьбы последовал кивок. Спустя некоторое время, как заказ был сделан, к столу подошли с двумя стаканами: в одном был чай, а в другом — что-то покрепче. Максим взял себе второй стакан, а Серёжа — первый. На лицах обоих были благодарные усмешки. — А, и можно у Вас кое-что узнать? — видимо, Сергей решил взять на себя полностью работу говорителя. — Зависит от того, о чём вы хотите со мной побеседовать, — спокойно ответил мужчина. — Я бы Вам посоветовал взять стул, так как это будет разговор не на две минуты. Добровольский недолго подумал. Затем на его лице проскочила гримаса, а-ля «я понял, что вы имеете в виду». — Тогда подождите меня, я попрошу жену меня подменить. Вы же не торопитесь никуда? Послышалось от каждого нелюдя «нет, вовсе нет», и мужчина подошёл к прилавку, крикнув что-то вроде «Ляся, подмени меня, пожалуйста!». К столу, где сидел квартет, он вернулся уже со стулом. Сев на него, владелец рюмочной начал говорить. — Слышал я, как вы обсуждали Зодиакальные Храмы пару дней назад, — начал Добровольский. — Вам повезло, что сегодня еще не очень много народу, и мы можем это более или менее свободно обговаривать. — Многие верят в существование Храмов? — поинтересовался Заяц. Мужчина кивнул. — За свою жизнь и не-жизнь я видел очень многое, особенно целеустремленных людей. Был у меня верный товарищ, который очень загорелся мыслью поиска Храмов и целью разбогатеть, но во время обуздания Весового, кажется, погиб, — этот факт незначительно сбил настрой друзей. — Но, как говорится, без труда не выловишь и рыбку из пруда. — А Вы сами что-то знаете про них? — поинтересовался Артём. — Не очень много, на самом-то деле. Только про местонахождение Овнового Храма — не больше. — Даже это бы помогло, — заверил Добровольского эльф. Тот, осмотрев каждого, тяжко вздохнул. — У меня есть карта, но она не очень точная. Вам повезёт, если я её найду. Честно, не помню, где она, но точно знаю, что где-то в подсобке лежит. Поищу, когда смена кончится. — Да, конечно, — сказал Серёжа, отпивая чай с шиповником. — Ладно, молодняк, — вздохнул Добровольский, поднимаясь со стула. — Надеюсь, что хоть чем-то вас выручил. Веселитесь! Квартет отблагодарил мужчину за минимальную помощь. Максим вызвался забрать карту после смены, так что споров о том, кто будет жариться в летнюю ночь, не возникло. Добровольский со спокойной душой отошёл к прилавку и, поцеловав свою жену в щёку, отослал её отдыхать, а сам принялся обслуживать нового посетителя «Совы». — Неплохой мужик, так-то, — прокомментировал Заяц, кивая в сторону Добровольского. Серёжа не мог с этим не согласиться. — Так вот, давайте вернёмся к нашим баранам, — сказал другой Серёжа, открывая параллельно с этим записную книжку. — Возникла проблема, причем довольно-таки существенная. — А ну? — заинтересованно бросил Максим, наклоняясь ближе к столу. — Записи-то в книжке есть, — палец полуорка указал на страницу, — но я их не могу разобрать. Лицо Артёма обзавелось раздосадованной гримасой, пока Максим и Серёжа лишь сидели, ожидая хоть каких-то объяснений. — В каком смысле? — эльф выдернул из-под рук друга книжку, и стал рассматривать страницу. Выражение его лица не изменилось от слова совсем. Краем глаза маг обнаружил какие-то закорючки, кружочки и квадратики вместо обычных букв на родной кириллице. Это ощущалось какой-то оборванной надеждой. Серёжа ожидал, что в записной книге будут хоть какие-то записи, которые смогут им помочь с расследованием Храмов, но, увы, приходилось довольствоваться тем, что было. Его не удивлял тот факт, что большая часть информации была зашифрована: это было вынужденной мерой, так как не было гарантии того, что эти записи будут всё время в безопасности. Голову мага посетила одна мысль: а что, если они во время своих странствий будут вести дневник? Во-первых, хороший способ сохранить воспоминания о том, что с ними происходило во время странствий, а во-вторых — даже если у них не выйдет закончить их путешествие и ответить на вопрос, который они себе поставили в начале, то выйдет у тех, к кому потенциально попадёт книжонка. — Ну так что? — попытался разбавить тишину расплывчатым вопросом Максим. — Честно, я начинаю очень сомневаться в этой затее… — искренне сказал Артём, складывая руки на груди. — Да и слишком внезапно мы ко всему пришли. Пикси, услышав эту фразу, вздохнул. — У нас впереди есть полтора месяца отдыха, считай. Мы можем его провести с приключениями, а можем тухнуть в общаге, изредка выходя на пьянки. Что тебе бы больше понравилось: получить незабываемые эмоции или потратить кучу времени впустую? — Ну, умереть чёрт знает где мне тоже не особо хочется, знаешь ли, — протараторил Артём. — Плюс, это может затянуться на подольше, чем полтора месяца. Я просто пытаюсь быть осмотрительнее! — Мне кажется, что это не так плохо, как может выглядеть со стороны, — сказал маг. — Главное — быть готовыми ко всему, ведь, как ты и говоришь, мы можем и погибнуть, насколько пугающе бы это ни звучало. Я хоть и знаю вас меньше года, но думаю, что могу довериться вам. Артём посмотрел сначала на Серёжу, а затем на Максима. Можно было понять, что он колебался. Слишком беспокоился за других и себя, что не есть плохо, конечно. — Мы тебя не втягиваем насильно, — сказал Серёжа, закрывая записную книжку. — Если не хочешь с нами — не нужно себя заставлять, ты нас не обидишь отказом. — Я просто не хочу умереть в погоне за сокровищами, — честно изъяснился Артём, — потому что волнуюсь, что никто не будет знать, что со мной. Переживаю из-за последствий, в общем-то. Максим закинул эльфу на плечо руку после услышанного. — Ты это говоришь так, будто бы мы обречены на смерть. Посмотри на ситуацию с хорошей стороны! Если у нас всё получится, то у нас будут и сокровища, скорее всего, и будет, что вспомнить о нашем прошлом. — Тем более, будет что внукам рассказывать, — поддакнул полуорк, посмеиваясь. Артём, услышав слова своих товарищей, расслабленно улыбнулся. — Покоя с вами не будет. Но если что-то пойдёт не по плану, то возвращаемся сразу же. И аптечка на мне! — отметив такую суетливость у себя в голове, маг улыбнулся. Не зря ему на пути повстречались такие замечательные товарищи.

***

Летние вечера были приятными: дул слабый ветер, по дорогам ездили время от времени «Жигули», а небо заполняли звёзды. Подобный расклад успокаивал и имел свой приятный шарм. Серёжа сидел на лавке рядом с Максимом в довольно позднее время: стрелка часов послушно указывала, что было без пятнадцати одиннадцать. Так как пикси вызвался забрать карту, он должен был к назначенному времени подойти к «Сове», и было в принципе понятно, почему не находился в общежитии. Сергею же было невероятно скучно, и он просто решил составить компанию своему другу. Пугала огромная куча рисков, которая могла помешать им — даже смерть, о которой говорил Артём. Было страшно до дрожи, но, как Серёжа думал, отступать от идеи уже было очень поздно. Он, безусловно, был живым существом, способным на чувства, поэтому даже его мог достичь некоторый страх — как неприятный осадок. — Чего тухнешь? — спросил Максим, наклоняясь так, чтобы видеть профиль своего друга. Серёжа ответил не сразу, только быстро взглянул на пикси, выдохнув сбивчивое «а?». — Устал немного, но спать не хочется, — приврал маг, зевая. Он заметил, что Максим смотрел на небо. — Сколько бы мне кто ни говорил про созвездия, я ни разу их не видел на небе, — задумчиво проговорил он, откидываясь на спинку лавки и даже немного запрокидывая голову. — Вот показывают и говорят «О, Малая Медведица!», а я вот смотрю, но не вижу. Серёжа тоже уставился на небо, на звёзды, распластавшиеся на нем. Он никогда не обращал внимания на их расположение, сколько раз ни гулял ночью и ни вглядывался в тёмное полотно над головой. — Я где-то слышал, что по положению звёзд даже можно путь найти, — продолжил говорить пикси, усаживаясь поудобнее, чем секунду назад. — Честно, представления не имею, как, но мне кажется, что нам бы это понадобилось, — Сергей согласно промычал, продолжая сверлить звёзды взглядом. — Мы с матерью были в поле как-то, и она таким способом нас вывела, — добавил он. — Как это у неё вышло, не знаю. — Научиться бы… — протянул Максим со вздохом. — Вместе научимся, — спокойно сказал Серёжа, кинув короткий взгляд на товарища. Тот взглянул на часы и поднялся с насиженного места. — Ладно, мне пора идти за картой. Не скучай, — после этих слов он направился за угол здания, возле которого они сидели. Там был подземный ход, маг это отчётливо запомнил. Сергей, попрощавшись с юношей, тоже встал с лавки и медленным шагом направился в общежитие. Этот вечер показался ему довольно-таки мирным и приятным, так что хотелось растянуть удовольствие на более долгий срок. И этот день он мог пометить как начало путешествия, которое перевернет его жизнь с ног на голову.