Сборник драбблов по Undertale.

      "Я так рада, когда ты понимаешь мои жалкие намеки! Я так рада, что мне не приходится произносить эти вещи вслух", - хрипит Фриск, задыхаясь от слез полного бессилия, душащих её. Подавленная, бьющаяся в лихорадке и совершенно беззащитная малышка Фриск. Для Чары это скорее мерзко, чем умильно. "Я когда-то могла рассказать каждую из них", - снова признается Фриск безо всякого труда, (помимо борьбы с мерзким кашлем), произнеся это так, будто эти некогда важные слова если и имеют ныне какой-то вес, то явно не в данный момент. Это уже настолько заученно, что совсем не сложно говорить.       "Тц. Хах! У всех есть свои секреты, верно, Партнёр?" - Чара переводит свой взгляд на девочку, теперь смотря в упор. Она давно разгадала причину происходящего с шатенкой. И сейчас, когда это явление, достигшее на данный момент своего пика, вновь пробудило в девушке с волосами цвета карамели интерес, она решила пока что остаться наблюдателем, сухо отвечая своему Партнёру, не сочтя нужным серьёзно вмешаться.       Она поможет. Спасёт, потому что способна на это. Спасёт, потому что это для неё мало что значит. Спасёт, чтобы продлить извечную круговерть мучений, которую Фриск зовет жизнью.       "Верно. Я делаю это только ради того мгновения, когда у меня их больше нет", - Фриск поджимает губы, произнеся это. Она не может остановить э т о . Она не может жить со всем, что свалилось на неё, что кажется девочке неподъемной ношей и что для Чары просто как дважды два. Её совсем не успокаивает даже то, что Чара наперёд знает все её тайны. Почти, ведь в ином случае было бы совсем скучно.       Жалкая марионетка запуталась в нитях собственных мыслей, окутывающих её. Кто-то закрывает ей глаза ладонями. Проникает пальцами в рот, позже зажимая и его. Закрывает уши, сдавливая и виски. Взращивает цветы внутри её лёгких. Фриск не ощущает никаких вкусов, кроме их горечи. Фриск не может дышать. Всё тело онемело, и теперь нечувствительно. Жалкая тряпичная кукла лежит на полу. Пять. Четыре. Три. Два. Один. Нуль... Девочка знает только то, что жизнь на поверхности ужасно на неё влияет.       "Что же... Сыграем в шарады, Фриск?" - с каждым новым словом о н и отступали, ослабевая хватку. Вопрос был риторическим, не требовал ответа. Чара с лёгкостью расплетает нити. Она могла бы плести из них цветы, фенечки, но оставляет это Фриск. Иллюзию выбора. Она ранит. Маленький гений не спускает с губ улыбку. Тихие и краткие, но такие веские фразы - странный диалог в полуосознанности: Фриск, кажется, совсем не отражала действительность, а Чара никогда не была "здесь" не сто процентов. Наконец-то, промямлив что-то уже совсем неразборчивое, Фриск засыпает. Чара же никогда не спит.       "Пора бы тебе заканчивать с Кока-Колой, Партнёр!" - не скрывая усмешки (уже незачем) вполголоса произносит Чара.       Что ж, видимо вред лимонадов, (особенно, если к букету не очень полезных веществ, содержащихся в составе, добавить наркотик), недооценен.       Не зря Фриск их не любила.