однажды случаемся «мы»

      «Ебануться», — прилетает следующим вечером.       Лучше не скажешь, конечно. Смерть Исаевой, которую транслировали на весь интернет, «Чумной Доктор» этот недоделанный — явно тянет даже на «пиздец», но «ебануться» тоже сойдёт.       «Меня отстранили», — набирает Гром.       «Хуй тебя это конечно остановит», — сразу прилетает ответ.       Игорь хмыкает. Проводит большим пальцем по боку телефона. Желание спросить «что тебе от меня надо?» звенит на подкорке, зудит в кончиках пальцев. Хазин как большая вредная кошка, которая тычет лапой в недобитую мышь, призывая продолжить игру. У Игоря сейчас на это нет ни сил, ни возможностей.       «Я приеду потом», — набирает он, но тут же стирает. Зачем? Когда потом? Нужен он там вообще? Нет, точно не вариант, к чёрту. Хотя при мысли о квартире Хазина, картинно залитой светом закатного солнца из панорамных окон, с незаправленной кроватью и раскиданной по полу одеждой, внутренности привычно сжимает в тиски. Гром запихивает эту картинку куда-то ещё глубже, чем она пряталась раньше. Не время сейчас.       «Стрелкова знаешь?», — спрашивает вместо этого он.       За пару минут тишины Игорь успевает снова развалиться на диване. Вряд ли имело смысл покидать участок, интуиция подсказывала, что сегодня этот маньяк с огнемётами снова выйдет убивать, но и просто так просиживать штаны и привлекать лишнее внимание московского гостя тоже было бессмысленно.       Да и не зря пошёл домой, девчонку, вон, отбил от придурков. Хотя Игоря до сих пор не покидало чувство неприятного послевкусия: кажется, его где-то попытались наебать, но он был слишком уставшим, чтобы уловить, где и зачем.       «Повезло тебе. Это максимальный утырок», — прилетает, наконец, СМС.       «Заметил».       «Везёт тебе на московских мудаков».       Игорь усмехается, пятернёй взъерошив волосы. Разговаривают, словно не молчали два месяца как долбоёбы, заныкавшись по своим углам.       «Я фартовый».       Представляет, как Хазин улыбается в свете экрана своего смартфона.       Сука, ну что ж ты делаешь.       «Говорил сегодня с Разумовским», — вспоминает и печатает он. Начинает всё-таки всерьёз задумываться о покупке мало-мальски нормального смартфона, чтобы не печатать вечность одно слово. Или можно просто позвонить, но Игорь гонит от себя эту мысль. Рано. Ещё рано. Без того тошно и тоскливо, а если голос Пети услышит, так там уж хоть сразу вешайся.       «Нихуя себе. Узнал что?».       «Нет».       Ничего не взломать, нигде не подрыть. Кибер-анонимность, чтоб её.       «Ну и хер с ним. И так разберёшься».       Удивительная демонстрация веры и поддержки от человека, который только недавно, казалось, как раз за такую вот самоуверенность и послал Игоря нахуй.       Этого он, конечно, не пишет.       Отправляет лаконичное: «Да». Замечает, что неосознанно трёт грудь. Где-то под ней гулко и так не вовремя стучит.