Сборник всякого по БС

Мартин изголодался по прикосновениям. Но рядом был только Малкольм — его родной сын. И как же он хотел сжать его в объятиях. Поцеловать в щеки, губы, шею, плечи. Спуститься ниже. Туда, куда нет хода нормальным родителям. Мартин не мог сказать, что он такой уж ненормальный, но иногда его тянуло к сыну. Неважно, что Малкольма могло это пугать. Он был для Мартина всем. И он был единственным, кто мог понять его. Малкольм был умным мальчиком. Он видел как плохо отцу. Но не мог себя пересилить. Подойти, обнять. Все это было слишком сложным для него. Потому что Мартин необычный. Он… — Тебе нужна помощь? — Малкольм мягко кладет руку на плечо отцу и даже улыбается. — Как ты сможешь мне помочь? — Мартин давно бы набросился на сына. Завладел бы. Подчинил. Но он не может. Не настолько монстр. И не настолько человек. Малкольм говорит: — Я могу помочь. Ты можешь доверять мне. — Мартин смотрит на сына. В его синие глаза. И на руки, которые так легко и бережно касаются его плеч. — Почему ты хочешь мне помочь? — Мартин не понимает. Искренне. Неужели его мальчику настолько жалко отца? — Потому что я сам через это проходил, — Малкольм не ждёт ответа Мартина и обнимает. Крепко. — Я знаю, что значит нуждаться в контакте, — Мартину отчего-то жарко. Сын просто обнял его, а ему уже плохо. Но так хорошо. — Я не обещаю, что сделаю все, что ты захочешь, — Малкольм утягивает отца в сторону спальни. Сердце Мартина на миг прекращает биться. Ему вдруг становится стыдно от того, что Малкольм представляет себе. Нет, нельзя. Нельзя портить сына окончательно. Мартин чувствует себя беспомощным, ему стыдно за себя, за то, что он думает о таком. Он должен остановить Малкольма. — Просто обними меня, — говорит Мартин, когда губы сына в нескольких сантиметрах от его. Малкольм вдруг смотрит так, что Мартин чувствует себя последним дураком. — Хорошо. Да, я сделаю это, — Малкольм толкает отца на кровать и садится рядом. Из его движений тут же пропадает былая «невинная» игривость. Он медленно ложится рядом и обнимает отца сзади. Крепко. Так, что тот не может пошевелиться. Или не хочет. Мартин закрывает глаза. Ему кажется, что он просто спит и видит сон. Но это не сон. Это реальность. Забытая реальность, вернувшаяся в его жизнь. Отец и сын были равны. Как приятно. Правильно. — Ты сделал все, что нужно, Малкольм, — Мартин закрывает глаза и чувствует мягкий поцелуй в волосы. Он прощён.