Часть 4
29 декабря 2021 г., 21:03
В комнату меня доставили заклинанием после того, как я попрощалась с Гарри. Почему-то девочки странно смотрели на наше прощание, а некоторые, кажется, плакали. Я просто сказала ему, что он очень хороший, и я очень рада, что мы подружились, даже если я завтра не проснусь, то он все равно будет самым лучшим, что случилось в моей жизни. А Гарри обнял меня и сказал, что я обязательно проснусь. У меня почему-то от этого появилась надежда.
Когда пришла Падма, она как-то странно посмотрела на меня и сказала, что если мне будет плохо, то нужно сразу ее разбудить. Я удивилась, а она сказала:
— Твой Гарри мне полчаса рассказывал, как для тебя может быть опасно, поэтому я лучше не высплюсь, чем буду бояться.
— Не надо бояться, — сказала я ей. — Я знаю с детства, что каждый день может стать последним, поэтому не бойся, это не страшно, только холодно очень.
— Вот только не умирай мне тут, — сказала она и обняла меня. — Ты нужна нам живой.
А потом я лежала и не могла прийти в себя. Гарри подумал и об этом, он подумал, что ночью может быть плохо, а ведь мальчикам нельзя в комнаты девочек… Он такой хороший, я бы, наверное… Впрочем, об этом думать не ко времени, надо готовиться ко сну. Написала папе ежедневный отчет, даже про то, что меня пришлось тащить. Это же папа, я от него ничего не скрываю, да, и про Гарри написала. И даже про ту книжку, которую читал Гарри, чтобы меня… мне… Ой, я сейчас, кажется, заплачу.
Засыпала я с мыслями о Гарри, отчего мне хорошо засыпалось, как-то спокойно… Вот просыпалось тяжело. Тяжело было на груди, не вдохнуть. Я пыталась вдохнуть, пыталась, в ушах шумело. По рукам и ногам побежало много мурашек, очень много, как будто они толпами по мне бегают, но я не могла даже позвать никого, потому что не дышалось. Вдруг стало светло, и рядом оказался Гарри, он помогал мне вдохнуть, давил на грудь и делал искусственное дыхание, я такое видела в одном учебном фильме.
Пока Гарри мне помогал, я дышала, тянулась к нему, хотя понимала, что, наверное, умираю. Это потому, что было очень холодно и шумело в ушах, но мальчик не останавливался. Холод начал медленно уходить, и когтистая лапа, которая сдавливала что-то в груди, тоже меня отпустила. Значит, получается, он меня спас, отнял у смерти, как папа. Вокруг стало больше людей, пришла мадам Помфри. Она улыбнулась мне и помахала палочкой, отчего мне стало легче дышать, но я очень боялась остаться без Гарри, поэтому нас с ним переместили куда-то в другую комнату, где никого не было, и положили на стоящие рядом кровати. Потом я, кажется, уснула.
***
— Альбус, так дело не пойдет, мы получим труп, — сказал Филиус Флитвик, заходя ранним утром в кабинет к мирно попивающему чай директору. — Что случилось? — всполошился директор школы. — Девочка ночью чуть не умерла, — ответил декан факультета умных. — Ее мальчик этот, Поттер, спас. Соседка ее панику подняла, когда услышала, как хрипит девочка, и девочки парня заклинанием перенесли. — Мобиликорпусом? — улыбнулся Альбус Дамблдор. — Да, помню… Что ты предлагаешь? — Ну, домой отпустить мы ее не можем, чары Основателей, да и убьет ее это, значит… — Филиус сделал паузу. — Надо их поселить вместе. — Чары Основателей, Филиус, — напомнил директор. — Ну есть один вариант… — задумчиво проговорил профессор Флитвик. — Хочешь предложить Поттеру помолвку? — спросил все понявший Великий Светлый. — Не вижу другого варианта, Альбус, — вздохнул профессор чар. — Дома ее убьет собственная магия, если колдовать не будет больше двух месяцев, сам же знаешь. — Знаю, друг мой, знаю, — вздохнул директор. — Ты прав, другого выхода нет. Каждое дитя магии — на вес золота, а не то, что некоторые чистокровки считают. Хорошо, я не возражаю и благословляю, но только, если мальчик сам согласится.***
Просыпаться было на удивление легко, дышалось спокойно, а рядом был Гарри. Оказывается, он положил свою руку на мои и, стоило мне проснуться, тут же открыл глаза. Я, кажется, сразу в них утонула. Гарри, который меня спас, который не дал умереть. Сильная слабость наполняла тело, а мальчик быстро поднялся и задумался. Потом посмотрел на меня, еще подумал, вздохнул и с трудом взял на руки. Ему было тяжело, я это чувствовала, но он отнес меня в туалет и посадил на унитаз. — Справишься? — спросил меня Гарри, заставив покраснеть и закивать. — Позовешь, хорошо? Ну вот как он так может? Я же сейчас от стыда под землю провалюсь. А он спокойный такой, как будто ничего не случилось. Стыдно-то как… С трудом спустив пижамные штаны, решила утренние проблемы. Натянуть их обратно было другой проблемой, не так просто решаемой. Ноги просто не хотели напрягаться, как будто отнялись. Я справилась и некоторое время думала — звать или не звать? Попробовала встать сама и упала. Вбежал Гарри, посмотрел на меня укоризненно, опять взял на руки и отнес в кровать. Ему очень тяжело, я же вижу, а он улыбается. Необыкновенный он, на самом деле. — Не будешь слушаться — по попе получишь, — сказал он мне. — Меня нельзя по попе, я девочка, — объяснила ему, а он улыбнулся. — Тебе опасно напрягаться сейчас, знаешь, как я ночью испугался? — Кстати, а как ты попал в нашу спальню, мальчикам же нельзя? — спросила я его, он засмеялся и начал рассказывать: — Я засыпал плохо, волновался за одну непослушную девочку, и тут посреди ночи в спальню влетают девочки, представляешь? Целых трое, я даже хрюкнуть не успел, как болтался в метре над полом. Вот так и оказался. Я улыбнулась: действительно смешно, хотя ему вряд ли смешно было. Ой… Он же испугался за меня и спасал же, а я непослушная. Мне опять стало очень стыдно. — Если хочешь, то можешь отшлепать, — тихо сказала я. — Только переворачивай сам, а то я не могу. — Глупая ты моя, — погладил меня мальчик. — Не буду я тебя шлепать, ты же хорошая. — А я твоя? — мне почему-то стало очень важно услышать его ответ, чему-то внутри меня это было очень важно. — Конечно, моя, — обнял он меня. — Никому не отдам. — А ты тогда мой, — сказала я. — Мой ангел… Я себя не понимаю. Вот совсем не понимаю, почему мне так важно было услышать его ответ и почему я назвала его своим. Что-то странное со мной происходит. Может быть, это любовь? Ну как в книжке про принцессу было. Не знаю, и посоветоваться не с кем, папы тут нет.***
Стоило нам задуматься обоим, как в комнату, постучавшись, вошел декан. Я его запомнила, хотя не очень хорошо лица запоминаю. Вот текст хорошо, а лица не очень. Декан пришел, помахал палочкой, и перед нами возник стол, а потом лопоухое создание принесло чай и пирожные, у меня прямо слюнки потекли. Надо будет потом разузнать про этих созданий. — Так, дети, — сказал нам профессор Флитвик. — Сегодня ночью тебе, Гермиона, было плохо. — Простите, сэр, — пролепетала я, потому что опять стыдно стало. — Это не твоя вина, — ответил он мне. — Но проблема в том, что так может случиться любой ночью, а мальчиков в девичьи спальни не пускают чары Основателей. Каждый раз поднимать полфакультета — это, конечно, интересно, но очень для тебя опасно. Поэтому вариант, который мне видится — тебе ночевать с Гарри. — Я согласна, — сказала я ему, а Гарри просто кивнул. — Чары Основателей против такой ночевки, даже на половине мальчиков, — продолжил профессор, — поэтому существует только один вариант. — Выгнать меня? — на моих глазах появились слезы, а Гарри сразу кинулся меня обнимать и успокаивать. — Никто тебя не выгонит, — категорично заявил декан. — Я предлагаю вам заключить помолвку. Сразу скажу, что это не обязывает вас к женитьбе, но дает право на совместное проживание. Гарри, что скажешь? — Да я только за, — улыбнулся мальчик. — Если, конечно, Гермиона не против. А других вариантов точно нет? — Точно нет, — ответил наш профессор. — Я согласна, — прошептала я и почувствовала, что заливаюсь краской. Даже если профессор не был с нами до конца честен, мы это не узнаем, а мне… Наверное, только Гарри и нужен, ведь он отобрал меня у самой смерти и готов быть со мной, даже несмотря на то, что я… Ну… Я же одной ногой там, где холодно, а он готов, хотя знает это, в его книжке это точно написано.
