Маленькое сердце

      Слабость, эта постоянная слабость… Я понимаю, конечно, что это значит, но не хочу принимать. Мадам Помфри освободила меня и Гарри от уроков на три дня, так стыдно, что Гарри из-за меня пропускает, я даже извинилась, а он опять улыбнулся и сказал, что я важнее. Так тепло от этих слов стало. Теперь вот лежу, потому что так Гарри сказал. В туалет он меня носит, а в душ… В душ пока никак, я не могу стоять… Пока я думала, что с этим делать, Гарри сказал, что отлевитирует меня в душ. Ну, заклинанием. Мне было стыдно, но он…       — Солнышко мое, нам с тобой жить всю жизнь, — сказал он мне. — Поэтому заканчивай стесняться и дай мне тебе помочь.       — Но… Неприлично же… — попробовала возразить я, а он просто поцеловал меня и помог…       Только помыться я не смогла. Как только оказалась в вертикальном положении, в глазах потемнело, и Гарри меня вытащил. Он подумал и принес стул, поставил его в душе и посадил меня. Странно, я не застеснялась того, что я… ну… не одета. И он не смутился совсем, просто сказал, что любит меня. Это придало мне сил, и я вполне нормально помылась, потом мой ангел завернул меня в полотенце, как маленькую, и отнес на руках на кровать. Не заклинанием, хотя ему тяжело… Я, наверное, его люблю, хотя не знаю… Жалко, что иначе никак. Заметила, что когда сижу, то в глазах не темнеет и могу вполне нормально уроки делать. Это если я перед этим лежала, а если стояла, то слабость.

***

      — Хм, любимая, — обратился к жене мистер Грейнджер, разглядывая пергамент, принесенный незнакомой совой. — Тут пишет тот самый Гарри Поттер, помнишь, Миона писала?       — Интересно, — улыбнулась миссис Грейнджер. — И что же он пишет?       — Извиняется за то, что Миона не пишет, — хмыкнул мистер Грейнджер. — Пишет, что у нее слабость постоянная, и совета нашего спрашивает.       — Совета? Нашего? — удивилась женщина. — А какого?       — Ему кто-то дал специальную литературу, — посуровев, произнес мужчина. — Миона писала, кстати, он понаблюдал за нашей принцессой и пишет, что если она лежит или сидит, то слабости почти нет, а вот если стоит, даже не ходит, то после этого…       — Он понял, — опустила голову миссис Грейнджер, стирая слезу. — И что?       — Спрашивает, правильно ли понял, что ей передвигаться лучше сидя?       — Да, правильно, — всхлипнула женщина. — Надеюсь, он ее не оставит из-за этого.       — Судя по письму, — улыбнулся мужчина, — точно не оставит.       — Дай-то бог…

***

      — Ну что, любимая, — сказал Гарри, получив какое-то письмо. — Теперь мы будем играть в игру.       — А в какую? — спросила я, мне было очень любопытно.       — Ты будешь принцессой и сидеть на троне, а я буду носить твой трон, — улыбнулся мальчик.       — Но… — я поняла, почему он так сказал, но принять это…       — Ну пожалуйста, — попросил меня мой ангел. — Неужели тебе жалко?       — Я тебя люблю, — неожиданно даже для себя самой сказала я.       — Я тебя тоже люблю, — ответил мне Гарри. — Не плачь, все наладится.       — А тебе не странно, что мы друг друга так быстро полюбили? — задала я давно мучивший меня вопрос.       — Понимаешь, котенок, — как-то очень нежно улыбнулся мой ангел. — Мы полюбили друг друга раньше, иначе бы помолвка не удалась. Это же магия.       — Ты что-то знаешь, — насупилась я, хотя мне было интересно.       — Прочитал в книге по ритуалам, — не стал отрицать Гарри. — Понимаешь, профессор нам не всю правду сказал. Помолвка проверяет нашу симпатию, а потом просто подстраивает нас друг под друга, и получается, как в сказке.       — И ты мне не сказал? — решила я обидеться.       — А ты бы отказалась? — спросил мой ангел. — Нет же, только мучилась от того, что, по твоему мнению, меня к чему-то принуждаешь.       — А разве нет? — удивилась я.       — Нет, конечно, — ответил мне самый любимый мальчишка на свете. — Ты — самое лучшее, что случилось в моей жизни.       — А ты… Я люблю тебя, — снова повторила я. — А как в сказке — это как?       — Это настоящая любовь, душа моя, — сказал он, и мне стало так хорошо, что я сразу забыла про стул и про то, что он значит.       — Надо написать родителям… Ну, что мы помолвлены, — прошептала я.       — Надо — напишем, — улыбнулся Гарри и предложил: — Давай уроки делать?       Мы сели за уроки. Долго писать было непросто, но я справлялась, а Гарри меня теперь носил на стуле, и слабости не было. Факультет принял это с пониманием, а декан улыбнулся и сделал для меня удобное кресло, которое можно носить, и из которого я не выпадаю. А еще профессора МакГонагалл уволили, и у нас будет новый учитель.

***

      — Ну что, коллеги, будем делать с братьями Уизли? — поинтересовался директор Дамблдор. — Ваши предложения.       — Воруют, травят… — профессор Снейп был склонен к лаконичности. — Я бы отчислил, честно говоря, но это не наш метод.       — Может, домовика приставить? Пусть следит и дает по рукам, — предложила Помона.       — Заняты домовики, — вздохнул директор. — Замок старый, ремонт нужен постоянно. И так едва добились, чтобы везде было тепло. Поэтому надо своими силами.       — Может, их заинтересовать чем? — предложила Аврора. — У кого они воруют?       — У меня ингредиенты, — сообщил Северус. — Альбус, дашь согласие на полный ученический контракт?       — Слизеринец, — улыбнулся Альбус Дамблдор. — Даю согласие, действуй.       — Да, это, пожалуй, выход, — протянул профессор Флитвик. — Приятного, коллега.       — Вы так говорите, как будто я их есть собрался, — улыбнулся профессор Снейп.

***

      Готовилась ко сну я с некоторым страхом. А вдруг опять? Только хотела попрощаться с Гарри по привычке, как он меня поцеловал и сказал, что больше прощаться не надо, потому что мы не расстанемся. Я ему поверила, конечно, потому что это же Гарри. Разве можно ему не верить? Но тем не менее немного страшно мне было, поэтому я попросила… ну…       — Гарри, а можно мы вместе ляжем? А то мне страшно…       — Можно, конечно, — сказал мой ангел и улегся рядом со мной, положив свою руку на мою. — Спи, любимая.       — Сладких снов, — прошептала я и закрыла глаза.       Когда я просыпалась, то ожидала тяжести или даже, может быть, боли, но ничего не было. Я открыла глаза, за окном был день, и мой Гарри уже раскладывал принесенный не знаю кем завтрак. Ночь прошла очень спокойно, в последний раз такое было только дома, как будто целую вечность назад.       На самом деле прошло совсем немного времени, а кажется, как будто целая жизнь. Я познакомилась и подружилась с Гарри, а потом мы, кажется, влюбились и обручились. Гарри начал очень хорошо разбираться в том, что со мной происходит, и если бы не он… А еще он спас мне жизнь. И спасает каждый день и каждую ночь. Это такое чудо, просто не передать какое, гораздо большее, чем махание палочкой.       — Ты мой ангел, — сказала я Гарри. — Ангел-хранитель.