родной

Очередные размытые пятна, обрывки фраз и дымчатые силуэты. Три - один взрослый, почему-то очень настораживающий - вдалеке, в снежную крупу наполовину зарыт, судорогами тело сведено, остальные два поближе. «Пойдём. Мы можем…» «…мама?..» «он был прав…» «Подожди!..» И какое-то имя…не запомнила. А надо бы. Корра решает подумать об этом, раз развлечений других явно не наблюдается. Магия крови. Да, определенно, человек в снегу под ее действием. Это точно не тот, кто поменьше - он сам запуганный до ужаса и судя по тону против происходящего. Или так просто кажется. Размышления снова прерывает очередной уравнитель, пришедший по понятным причинам. Прежде, чем аватар успевает предпринять попытки сбежать или как-то ей - а это девушка, по всей видимости - навредить, ее конечности уже немеют под точными ударами. Каждые четыре часа, как удалось выяснить, ей блокируют магию. -Эй, скажи мне, где Амон? Он помер что ли? -Меня зовут не «эй». И вообще, обращайся ко мне на «вы», я старше тебя лет на десять. И нет, он не умер. Он занят. Но если ты так хочешь быть уравненной, я ему об этом доложу. -С чего я вдруг должна к тебе уважительно относиться? И нет, -копирует ее речь, таким же командующим голосом,-не надо меня уравнивать. Перебьюсь. Женщина в ответ хмыкнула, развернулась и покинула помещение, гордо вздёрнув нос. Значит, все-таки он в штабе. Или нет? Не факт, что ей сказали правду. Да и зачем? Это только создало бы лишних проблем, слухов и попыток побегов среди заключённых. Если бы лидер уравнителей был здесь, он бы наверняка капал ей на мозги своим присутствием и бесконечными муторными разговорами о равенстве, чего точно бы не хотелось. Или послал бы за ней кого-то для допроса. Скорее всего этого не происходит по той причине, что его нет, а сами немаги принимать решения без участия главы не могут. Вывод из этих наблюдений следующий: Амона нет в штабе, также как и связи с ним. Вот и хорошо. Перелом неприятное чувство холода в конечности вызывает, да и в целом концентрироваться в такой стрессовой ситуации сложно. Аватар решает подождать ещё. Может, следующий циблокер задержится и ей удастся вырваться на волю. —- Ноатак изо всех оставшихся сил старается отстраниться, увернуться от рук, норовящих маску сорвать, но далеко отползти не выходит, конечно же. Нет. Пожалуйста, духи, пусть грим ещё на месте, прошу- «-Ну и уродище…это Красный Кулак с ним сделал? -Да не знаю, он вроде отошёл от дел уже тогда.» Пронесло, слава духам. Не дошло. Маг огня пару секунд пялится на него, хмурясь задумчиво, а потом выдаёт: «А хочешь я тебе подправлю лицо немного?» Что? Подправить? Да нет, спасибо, хватает уже травм. «Да не бойся ты, я не буду тебя бить.»-и как бы по-дружески в предплечье толкает. Сломанная рука подгибается, уравнитель теряет оставшееся равновесие и головой слабо бьется о поверхность. Встать сил не хватает. «Не подняться? Давай помогу» Хватает за ворот, тянет на себя, и тут же ладонью обзор закрывает, буквально в паре сантиметров от лица останавливается. «Ещё раз повторяю. Где держат Золта и Шина?» Собирает последние крупицы здравого рассудка и силы воли. «Не скажу.» «Как хочешь.» И жжение. Нестерпимое просто, как иголками всего проткнули раскалёнными, вырубает практически сразу. Он успевает только зажмуриться, прежде чем языки пламени с шипением въедаются в кожу и дальше в мышечную ткань. И воет истошно, как не выл пожалуй с момента расставания с братом. Повезло, что веки не сплавились и глаза не задело. Гореть перестало через несколько минут, но осталось ощущение онемения. И ещё пришла мысль, что, пожалуй, не стоило царапать и расчесывать ожоги. Наверняка на их месте скоро появятся нарывы. Ну, по крайней мере сюда не попадает солнце. Хотя это тоже не особо хорошо. Срочно промыть раны. Тут уже нет смысла думать о моральных принципах. Если он сдохнет здесь, то уже никому помочь не сможет, а если не сможет, то зачем тогда об этом беспокоиться? Уцелевшей рукой вытягивает из сырого воздуха - хоть что-то хорошее здесь есть - частицы воды и внимательно вслушивается в стучание крови за стенами. Далеко. Сил не то чтобы много, к тому же все тело жутко ломит и выкручивает. Удается едва ли снизить температуру и снять раздражение. Вновь очищает жидкость от посторонней грязи - наверное стоило сделать это раньше - и в три глотка осушает. Хорошо. Хочется выкурить пару сигарет. Да. Точно. Когда вернётся первым делом потребует пачку. Если вернётся. А потом перед всеми извинится. Хотя…нет. Нет. Никакого огня больше. Никогда. А потом запах дерева и лака. Амон хорошо помнит, как вырезал своё новое лицо - ещё несколько дней все ладони были перевязаны, а на языке оставался медовый вкус краски. Алый, как восходящее солнце нового мира, как кровь, как символ признания духов. И застывшая чернеющая на белом улыбка. Ноатак любил рассматривать ее под разным углом, и получалось так, что его отражение то ухмыляется, то наоборот, уголки рта вниз опускает. «Как ребёнок, честное слово.» Сам-то он не терпел зеркал. Последние несколько лет обратились в сущий кошмар. Вечные сравнения себя с Яконом. Лицо похожее. Голос похожий, когда злится. Ещё и Таррлок. Все переплетается в душащие петли воспоминаний, как руки на дно тянут. И вот сейчас, когда в воздухе витает запах горящей древесины, они сильны как никогда. У костра. «Где же твоя магия, папа?»-и потом ещё раз тысячу проклянет себя за то, что не увидел. Что проглядел момент, в который из просто строгого родителя отец стал помешанным на мести монстром. —И ты такой же. —Нет. Неправда. Я не заставляю людей, что зависят от меня, страдать. —Но тебе же нравится, когда на тебя полагаются. —И что? Что с того? Все ценят доверие, это нормально. —Разница в том, что ты не заслужил их доверия ни коим образом. Ты лицемер. —Это ради их же блага. —Маг крови, сын преступника, преступник и обманщик управляет немагами ради их же блага. Себе-то хоть не ври. Ты просто любишь чувствовать себя всесильным. Понравилось же кровь брата подчинять, да? А он тебе верил. Подумай об этом как следует. Может появятся какие-то проблески разума. -Стой, не уходи- —- «Я тебя ещё раз спрашиваю. Где держат Золта и Шина?» Руки у Ноатака трясутся заметно, но он молчит. Из последних сил. «Понятно.» Ноготь вырывают плоскогубцами без особых усилий, прямо под корень. Глава уравнителей дёргается,- как внезапный заряд энергии прошёл,- пытается тщетно отпихнуть от себя как-то своего нового мучителя, но безрезультатно. По спине тут же прилетает, и его снова скрючивает пополам от боли. Она тупая, постоянная, во всем теле, но когда снова бьют, усиливается многократно. Как если бы здоровый саморез в кость вкрутили насквозь. Его снова тошнит, и он снова сглатывает кровь вперемежку со слюной. —- У уравнителей есть преимущество. Причём не одно. Их, что характерно, больше, они лучше знают где что в штабе находится, а значит им будет гораздо легче ориентироваться на местности. Что до боеспособности…Эффект неожиданности. Тут будет сложнее - наверняка маги предполагают, что планируется диверсия. Нет, это даже очевидно. С другой стороны, вполне возможно создать видимость беззащитности. Рыба гниет с головы. Если обезвредить лидера, остальные вскоре сдадутся или будут также повержены. Нет. Никогда такого не будет. Амон важен, правда, на его плечах лежит множество задач, но и остальные не лыком шиты. Один Сато с его мозгами чего стоит - если собрать все его эскадры, Триады можно далеко за пределы города откинуть, а если думать дальше, то и полицию. Лейтенант может и не так хорош в публичных речах, но и драться, и людей организовывать вполне себе умеет. Пять отрядов по пятнадцать человек с каждой стороны. У каждого своя карта со всеми возможными значениями, запасная электрическая перчатка, боласы, все на месте. Главное не опоздать. «Ну, ни пуха» —- «Вперёд, вперёд, вперёд, двигайся, мать твою, быстрее!» Прошерстили чуть не весь штаб. Потери бойцов не особо серьёзные, хотя тут каждый на счету. Жертв пока нет и на том спасибо, что называется. На обычно собранного и серьёзного уравнителя это вообще не похоже. И говорил же себе: «не привязывайся ко всем подряд, не привязывайся»… Лидера своего находит первый отряд, тот, что шёл с севера. По пути попадалось больше всего мафиози, магов огня и земли. И понятно почему. -Мы..домой? -Да. Да-да-да-да-да, домой, точно.-и он удивлён, что до сих пор сдерживает тошноту от запаха горелого мяса и волос. Юисинь никогда не видел лица своего товарища, но предполагал, что шрамы уже не такие страшные должны быть. Он надеялся, что однажды Амон разрешит ему их разглядеть, хоть и понимал, что это маловероятно. Получилось то что получилось. Стиснул зубы, присел на корточки рядом. -Ты, если можешь, говори со мной, хорошо? -Мгм. -Только не думай о боли, ладно? И поднимает на руки. В ответ свистящий болезненный вздох. — Зрачки реагируют, мозговая деятельность заметна. -Что значит нет обезбола?! Куда делся весь? -После рейда… А. Ну понятно. Все потратили. И что делать? Его там по косточкам собирать, точнее даже по кусочкам костей. Он точно от болевого шока помрет. К тому же придётся все обрабатывать фурацилином и перекисью на случай заражения, а потом и шины ставить. Да, опасно. -Местной анестезии тоже нет. Колоть не получится, да у него и вен не видно, сплошные кровоподтеки. «Где анатоксин?»-какая-то безликая медсестра рыщет по полкам в поисках препаратов. -Его в неотложку надо срочно. -Сдурел?! Его ж сразу повяжут, а то и добьют! -Да нет выхода другого. -Его магией лечить будут. -И что с того? Хочешь, чтоб он умер тут? Тогда нас всех переловят за неделю. -А напоить его не вариант, чтоб не так больно было? -Ты где видел тут алкоголь? «Тише, пожалуйста, голова раскалывается.» Без своего лидера уравнители не так сильны - да, Амон может и учил их работать слаженно, но в подобном положении все сотрудничество идёт крахом. -Ведите Аватара. Выбора нет.