Spring

Don't let me in with no intention to keep me Jesus Christ, don't be kind to me Honey, don't feed me, I will come back

      

Hozier — «It Will Come Back»

      Время тянулось медленно, подобно дешёвой жвачке. Ребекка не могла вспомнить название, зато напряжение в челюсти от ожидания было такое же, как когда она в детстве пыталась раскусить этот проклятый ярко-красный шарик из автомата.              Они проторчали в засаде уже час — и не увидели ни единого живого человека.              Сидя в высокой траве, возле пары валунов, женщина следила за охотничьим домиком внизу: двухэтажный, с облезшей деревянной вывеской, где часть букв отвалилась за годы простоя. Рядом — маленький сарай, небольшой навес, под которым висели цепи и деревянные поддоны, чуть дальше — ангар с раскрытыми настежь дверьми, а внутри — один-единственный ржавый квадроцикл без колёс.              На первый взгляд заброшенное место, но намётанный глаз сам находит маленькие признаки человеческого присутствия: несколько свежих троп, аккуратно сложенные под навесом дрова, висящее на крыльце полотенце — слишком целое, как для ткани, которая за годы уже б порядком разлезлась.              Последнее — или откровенная недальновидность, или хорошо продуманная приманка.              Одураченный охотник сам легко может стать жертвой, а уж Флетчер с её прошлым это знала чересчур хорошо.              Сжав-разжав ладонь, снимая львиную долю напряжения, Ребекка глянула на повязку: чистая, намотана плотно и ровно — Джоэл перевязал без лишних слов и намертво, чтоб точно не подвела. И хотя та не мешала, мысли раз за разом возвращались к маленькому, назойливо зудящему порезу.              Хотя ей скорее зудело от того как повязка там оказалась.              Миллер почти сразу вышел за ней из дома на ранчо Дэниэлсов. Подошёл, когда женщина осматривала тела чужаков на земле. Молча приметил кровоточащую линию на ладони — от ножа, который она перехватила за лезвие, когда пленник подался вперёд. Так же молча он вытащил из рюкзака аптечку, обработал всё и перевязал заранее нарезанной чистой тканью, ничего не говоря. Многозначительная тишина между ними запала вплоть до заправки на полпути — потом уже перекинулись парой фраз по делу.              Коротко и спокойно.              С этим мужчиной в принципе всё было спокойно — и вот это Ребекку тревожило больше всего.              Джоэл сидел в метре от неё, так же неподвижно, будто часть ландшафта. Он внимательно наблюдал за охотничьим домиком — взгляд тяжёлый, прицельный, следящий за окнами и раскрытой настежь дверью в поисках малейшего намёка на людей внутри.              Она же ловила себя на том, что слышит его ровное дыхание, реагирует на малейший шорох, краем глаза поглядывая как плавно двигается грудная клетка под рубашкой, а на лице отражаются мысли — то сощурится, то сожмёт губы, то нос сморщит, ястребом приглядываясь к на первый взгляд безжизненной постройке. Даже сидя на месте камнем, он оставался в её поле зрения почти ежесекундно, словно все органы чувств так или иначе настроены на мужчину рядом.              И было в этом что-то правильное, почти что необходимое, отчего в голове у женщины зрел тысяча и один вопрос к самой себе.              Потому что она не имела права искать спокойствия.              Не с ним.       Не с её секретом.       Не с их прошлым.              Ребекка снова сжала кулак — чуть сильнее, так, чтоб режущая боль отрезвила мысли.              Она всё ещё слышала стоны пленника и этот булькающий звук, когда нож уже по рукоять в горле. И собственный голос — безэмоциональный, безжизненный осколок её самой — который перечислял, что можно сделать с каждым органом, в красочных деталях описывая нюансы приготовления, сколько дней человек продержится в сознании и с чего начать, чтобы «мясо» как можно дольше оставалось свежим.              Когда-то это всё говорил Дэвид.       Теперь — она сама.              И где-то глубоко внутри весь процесс, от начала до конца, Флетчер ощущала крошечную, мерзкую частицу себя, которая хотела чтоб Миллер-старший понял. Чтоб разобрал, раскусил, посмотрел на неё знающими глазами, стянул с глотки сжимающий в тиски секрет, обнажил всё самое грязное и гнилое в её прошлом.              Это больное желание пугало даже больше, чем сама перспектива раскрытия и возможные последствия.              — Движений ноль, — тихо сказал Джоэл рядом, привстав с земли. — Мы тут час точно.              Ребекка кивнула, в который раз окинув территорию взглядом.              — Слишком тихо. Либо ушли, либо знают о нас, — таким же полушёпотом пробормотала она. — Либо — если учесть вон тот кровавый след на ступеньках, который мы видели в бинокль — там трупы. Любой вариант не ахти.              — Трупы не умеют убивать.              — Да. Но их кто-то убил — и если тот хрен не солгал, то у нас тут бродят заражённые либо ещё одни чужаки.              Они вздохнули — почти синхронно, принимая решение.              — Придётся идти внутрь. — Ребекка повернулась к напарнику. — Ещё немного — и начнёт темнеть. А Томми… не сказать, что в восторге от всей этой затеи.              — Угу, — подтвердил Джоэл еле слышно. Он медленно поднялся и в который раз проверил пистолет. — Пора.              Флетчер тоже встала и проверила оружие. Вздрогнула, когда от более резкого движения снова отозвался порез под повязкой. Миллер это заметил, поэтому бросил через плечо:              — Я пойду первым. Держись ближе к укрытиям.              Она глянула на эту широкую спину, за которой тот пытался спрятать целый город, — и вздохнула, давя в себе все лезущие на ум саркастические мысли о спокойствии.              — Ты тоже не геройствуй.              Мужчина хмыкнул — вышла почти улыбка, в самых уголках рта, на секунду. Что-то мимолётное, словно у самого немного теряется контроль. Может потому он и дёрнул головой, шагнув вперёд с оружием наготове.              По склону спустились быстро, от укрытия к укрытию — дерево, куст, дерево. Открытую местность пересекали аккуратно, не забывая поглядывать по сторонам. Слабый ветер игрался с травой, шелестом перебивая шорох их шагов. Ребекка повторяла за Джоэлом — тот шёл уверенно, будто знает каждую кочку и завалявшийся под ногами камень. Была у него эта способность мгновенно «осваивать» пространство и ориентироваться в нём, она это приметила ещё на горнолыжном курорте.              И от этого тоже было спокойнее.              К крыльцу подобрались с двух сторон. Вблизи кровавый след на ступеньках оказался размазанным отпечатком ладони — женской, судя по размеру и тонким длинным пальцам. Он потемнел, впитался в трухлявое от времени дерево — значит, кто-то раненый прошёл здесь несколько часов назад.              Ребекка переглянулась с Джоэлом — тот кивнул, коротко и мрачно, после чего дошёл до распахнутой двери и заглянул в дом. Поджал губы, глубоко вдыхая. Потом дёрнул головой, чтоб не отставала, и нырнул внутрь.              Флетчер пошла за ним, шаг в шаг, прикрывая спину. В помещении стояла неестественная тишина. В нос мгновенно ударил уже знакомый запах: смесь многолетней пыли, старой древесины и недавней смерти. На полу валялись банки, всякое тряпье, несколько использованных гильз.              И тело.              Молодой парень лежал в луже крови почти у входа, под лестницей, ведущей на второй этаж. Горло перерезано. Рот открыт — пытался что-то сказать, может предупредить своих о вторжении. На коже — ни единого укуса, от чего Ребекка внутренне выругалась — лучше б были заражённые.              — Тут ещё, — шепнул Джоэл, уже пройдя гостиную и добравшись до двери в кухню.              Флетчер обернулась и шумно втянула воздух, мгновенно перестав чувствовать вонь. Возле перевёрнутого дивана лежал мужчина с простреленной головой. Чуть дальше — парень-подросток, лет четырнадцати, не старше. Скрученный в позе эмбриона, футболка вся пропиталась кровью, ладонь так и закрывала одну из дырок — пальцы держались за ткань мёртвой хваткой.              В середине гостиной, между камином и кофейным столиком, на ковре лежали ещё двое: женщина, вся в колото-резаных ранах, накрыла собой залитый кровью плед, из-под которого выглядывали бледные детские ладошки — маленький ребёнок, наверное, года три-четыре.              Ребекка на негнущихся ногах обошла их и присела на колено, поддев пистолетом край ткани. Девочка. Совсем малышка, со светлыми кудряшками и застывшим ужасом в безжизненных глазах. Женщина резко отвернулась, не в силах полноценно вдохнуть. Холодок пробежал по спине, всё тело передёрнуло, руки задубели.              — Ты в порядке? — спросил Джоэл одними губами, стоило ей поднять глаза. Было в его чертах что-то тяжелое, личное, будто у самого внутри всё рвёт на куски.              Женщина кивнула, чувствуя всё тот же ком в горле, и резко встала, игнорируя мгновенную боль в колене. Дальше, как можно дальше от этого зрелища. Она обошла тела спешно, но остановилась у кофейного столика. Ещё один размашистый след от ладони, рядом — окровавленный нож.              И стойкое ощущение: они не одни.              Джоэл осмотрел кухню, заглянул в соседнюю дверь — туалет, пустой. Ребекка тем временем прошлась по комнате, взгляд стал цепляться за детали: то тут, то там следы крови и борьбы; разбросанные вещи — сломанный пластиковый динозавр, перевёрнутая на пол тарелка с остатками сомнительного вида похлёбки, брошенный на полу пистолет (как оказалось, с пустым магазином); на камине висела детская одежда — комбинезон в мелкий горошек, несколько маек, носки.              Кем бы ни были эти люди, их застали врасплох — и скорее всего кто-то из своих.              Может и соразмерная плата за смерть Эстер, да только взгляд женщины снова и снова возвращался к телам детей. Особенно к девочке, которую пытались закрыть пледом, будто надеялись таким образом уберечь. Внутри раненным зверем скреблось некогда похороненное чувство — материнская горечь, боль утраты.              — Осмотрим второй этаж и на выход, — прошептал Джоэл, загородив своим телом весь вид. Ребекка посмотрела на него и увидела лишь пропитанный пониманием взгляд. — Идём.              Мужчина не дал ей опомниться — сразу двинулся к лестнице. Спустя пару шагов обернулся убедиться, что напарница идёт следом, и продолжил подниматься, держась у самого края. Осторожно, каждую ступеньку проверяя весом ноги. Некоторые тихо поскрипывали под ними.              На втором этаже был узкий коридор и четыре двери — три спальни, ванная. Джоэл проверил первую комнату. Ребекка пошла дальше, поглядывая то на распахнутые двери, то на гостиную снизу — на телах не было укусов, они больше не встанут, но чувство неладного не покидало.              — Пого… — начала было женщина, поравнявшись со второй спальней, но тут же осеклась.              Не шорох. Не вздох.              А резкое, нервное, сорвавшееся дыхание — как у зверя, загнанного в угол.       И следом — нечеловеческий вопль.              Ребекка повернулась — только чтоб увидеть как на неё из темноты второй комнаты вылетает женщина. Лохматая, грязная, с дикими глазами и кровью на лице. Флетчер и сама вскрикнула от неожиданности, еле успев перехватить за запястье руку с ножом. Лезвие рассекло воздух возле шеи.              Громыхнул выстрел — то ли она спустила курок, то ли Миллер успел. Кровь брызнула на лицо, вмиг обмякшее тело долетело, отталкивая к перилам — и перегородка громко треснула.              — Ребекка! — рявкнул Джоэл.              Невесомость. Мир переворачивается перед глазами. Воздух разом выбился из лёгких. Женщина успела лишь вцепиться в тело нападавшей — и через секунду обе рухнули вниз, на первый этаж.              Острая боль в плече и по всему боку.       Гул в ушах.              Флетчер резко вдыхает и со стоном скручивается, пытаясь коснуться рёбер. Поздно почувствовала рассыпанное по полу стекло — предплечье резануло ниже закатанных рукавов, от чего она зашипела, взглядом находя и бездыханное тело нападавшей с пробитой головой, и разбитый её телом кофейный столик.              Глаза на автоматизме выцепили из общей картины распухший укус на коже незнакомки, чуть выше колена, там, где задралась ткань сарафана. И выше — слегка выступающий округлый живот.              За короткий миг пазл сам сложился в единую картину.              В ушах ещё гудело, когда где-то далеко раздался вопль, даже не один. Ребекка чертыхнулась, попробовала опереться на правую ладонь — и тут же взвыла, когда кровь тонкой струйкой потекла по предплечью. Она сцепила зубы, осматривая руку: порез неглубокий, но кривой, почти от запястья до локтя.              — Сука… — процедила женщина, слыша как хлопнула об пол подошва — тяжело, резко.              Джоэл перескочил через перила лестницы и мгновенно оказался рядом, хватая её за плечи. Осмотрел быстро, сам — встревоженный, будто на миг подумал, что не успел.              — Цела?! — Он громко выругался, видя кровь. Но времени возиться не было — крики звучали почти у дома. — Вставай!              Миллер рывком поставил напарницу на ноги и подхватил сбоку, стоило пошатнуться. Где-то на полу остался выроненный ею пистолет.              Первый бегун влетел в дом через открытую дверь — взбудораженный, он кинулся сразу на выживших. Джоэл выстрелил — тот рухнул к телу у лестницы.              Второй забежал следом, снося лежавшие у входа поломанные игрушки. Миллер удержал Ребекку на ногах железной хваткой, утягивая за собой, в сторону, свободной рукой целясь. Первая пуля лишь раззадорила бегуна, чиркнув по щеке, разрывая ткани. Следующая — в лоб. Парень в рваном худи отлетел в стенку, снося висящие там охотничьи трофеи и газеты в рамках.              — Справа! — крикнула женщина, когда уловила движение со стороны кухни. Третий бегун выскочил оттуда, как снаряд из катапульты. Ребекка выхватила раненной рукой нож, готовясь принять удар.              Джоэл среагировал быстрее — отпустил её, чтобы закрыть собой, и выстрелил в последний момент — заражённый отлетел назад с пробитой грудью и споткнулся о тело подростка на полу.              С новым воплем монстр попробовал встать, но мужчина придавил его ногой и потратил ещё одну пулю. Чётко в лоб.              — Порядок? — он обернулся к ней, проверяя. Через окно кухни внутрь попробовал пробраться ещё один — Миллер отступил на два шага, прицелившись.              — Не… — начала было Ребекка и тут же вскрикнула. — Сзади!              Пятая тварь оказалась самой быстрой. Она влетела в открытые двери и кинулась на Джоэла. Тот обернулся, выстрелил — пуля зацепила бок, но бегун рванул вперёд, сбивая мужчину с ног. Пистолет упал на пол. Миллер упер предплечье в глотку заражённого в последний момент, не дав себя укусить — зубы клацнули почти у носа.              — Нет! — Ребекка за секунду оказалась рядом. Одной рукой вцепилась в длинные волосы, оттянув голову назад, второй — вонзила лезвие в горло. Она стащила тварь с Джоэла, вытащив нож и снова ударив, пока тело не перестало вырываться. Только потом разжала пальцы — и бегун рухнул к ногам, пока сама женщина глянула на Миллера.              Глаза мужчины красноречиво метнулись к её предплечью, с которого всё ещё капала кровь.              — Этой держала, била левой, — прохрипела Флетчер, тяжело дыша. — Риск минимален.              И всё равно заражённая кровь могла попасть в рану.       Чёрт.              Джоэл вскочил на ноги, хватая пистолет с пола. Одна тварь так и билась в окне кухни, напоровшись на стекло пузом. Бегун отчаянно цеплялся за край тумбы, пытаясь подтянуться, но на деле только сильнее вспарывал себе брюхо.              Миллер при виде этой картины чертыхнулся, зашёл на кухню, достал свой нож — и добил заражённого, после чего прислушался.              Ребекка тоже притихла. В образовавшейся тишине они простояли с полминуты, пытаясь различить хоть намёк на вопль или крики, но на деле слышали лишь редкие порывы ветра и как кровь капает на деревянный пол.              — Думаю, отбились, — на выдохе прохрипела Флетчер, встречаясь с Миллером взглядом. Он сощурился, снова посмотрел на её руку — женщина спрятала её за спину, не желая даже думать о том, что случится, если заражённая кровь или слюна попала в открытую рану. Чтоб не стоять столбом, она отыскала взглядом свой пистолет, выпавший ещё при падении — вон, лежал возле камина, — и пошла за ним, пытаясь унять подступающую панику.              А если таки заразилась? И ради чего? Спасая человека, который ей сам должен за отнятую жизнь брата? До чего же глупая будет смерть…              — Это было безрассудно, — доходит до Ребекки голос Джоэла, пока та прятала пистолет в кобуру. Флетчер хмыкнула, обернувшись. Конечно, она не ждала от него пламенных речей с благодарностью, но мог бы и соль на рану не сыпать. — С твоей рукой…              — С моей рукой всё нормально, а если даже и… — женщина прикусила язык, не желая продолжать фразу — и так увидела как у него лицо перекосило. Она б и не начинала — как-то само вырвалось. Может потому, что у неё внутри и без того тревожность сейчас выкручена на максимум. — Просто сделай мне одолжение и впредь так не рискуй. Я не хочу потом возиться с твоей девчонкой.              Флетчер хотела бы закрыть на этом тему, оттолкнуть его от себя подальше жестокостью слов, да только Миллер как-то чересчур быстро оказался рядом, перекрыв ей дорогу.              — Что это значит? Объяснись. Сейчас же.              Ребекка вздрогнула, посмотрела ему в лицо — каждая линия стала резче, глаза — прищурены и горят огнём, до конца ей непонятным. Это была злость… но какое-то шестое чувство подсказывало, что проблема тут вовсе не в грубости. Она попробовала шагнуть в сторону, обойти. Он — двинулся зеркально, рука всё так же у пистолета. Скорее по привычке — оружием Миллер не давил, только наседал телом, требуя хоть раз не убегать от ответа.              — Хочешь повыяснять отношения? Здесь? — едко уточнила женщина, махнув на комнату, усеянную телами.              — Повторять не стану.              Голос сбился, сорвался чуть ниже — почти рык. Флетчер снова посмотрела в его потемневшие глаза. Не отступит. Не сейчас. Устал уже спускать ей с рук такие ситуации.              — А что тут непонятного, Джоэл? — Она сделала полушаг вперёд, почти вплотную, не отводя взгляд. — Или ты думаешь, что случись что-то с тобой, я вернусь в Джексон, поглажу твою дочурку, которая якобы «не дочурка», по головке, скажу «извини, он не справился» и пойду жить свою жизнь? Ты этого от меня ждёшь?! — Ребекка сжала кровоточащую руку в кулак и взмахнула им на уровне его груди, борясь с желанием стукнуть, толкнуть, да хоть как-то физически внести ясность в это всё. — Не смей, чёрт побери, скидывать на меня свою девчонку!              Миллер даже не шелохнулся от её всплеска — только схватил за локоть, подтянув совсем близко, и удержал, стоило попытаться вырваться. Он глубоко вздохнул, устало, смотря ей в самые глаза.              — Элли — не твоя забота, — отрезал мужчина коротко.              — Мне это ей и сказать в следующий раз?              — Следующего раза не будет. — Ребекка фыркнула, снова дёрнула рукой — он сильнее сжал пальцы на локте, игнорируя её злое шипение. Не пустит. Не сейчас. — Сегодняшняя вылазка — исключение из правил. Разовая акция. А будешь такой же легкомысленной…              — Да кто бы…              — Хочешь ночью порвать Энн? Или сразу возьмёшься за Хелен? — грубо рыкнул Джоэл, наклонившись ближе. — Ты, с открытой раной, полезла голыми руками убивать бегуна. Я тебя даже близко к городу подпускать не должен, пока не убедимся, что ты не заразилась! Ты это понимаешь? Ты думала о последствиях?              — Я думала о том, чтоб тебя не укусили! — рявкнула Ребекка в ответ. — И атаковала левой рукой! Не правой! Риск минимален!              — Уверена? — спросил он резко. — После падения на стекло в обнимку с заражённой? После того, как кинулась оттаскивать бегуна? Ты понимаешь какому риску теперь подвергла всех?              — Если заразилась — ты просто сделаешь, что должно.              Она не сразу даже сообразила, что произнесла это почти что шёпотом. Зато Джоэл помрачнел мгновенно, сжав губы в одну плотную линию, будто вместо слов прилетела пощёчина. Он громко вдохнул и выдохнул, обжигая ей лицо своим дыханием — Ребекка только сейчас сообразила насколько близко они стоят, чуть ли не соприкасаясь носами.              — Не упоминай Элли, — глухо потребовал Миллер. — Вообще. Не приплетай её сюда.              — Не стану, если ты впредь не…              — Ребекка.              Она прикусила язык, давя в себе желание продолжить. Упереться. Настоять на своём. Да только тот надлом, с которым он произнёс её имя, вынудил притормозить и снова посмотреть в глаза. Уставший. Мужчина перед ней — такой же измотанный сегодняшней погоней за призраками, как и она сама. Не супергерой из пафосного кино, не любитель харахориться — нет, он просто человек, который меньше всего сейчас хочет продолжать этот разговор.              Так что Ребекка коротко кивнула — уступит.       По крайней мере сейчас.              Адреналин понемногу отступал, от чего всё, что могло болеть, стало напоминать о себе. Флетчер уже чувствовала каждый синяк и ссадину, но рука… Ох, её она ощущала особенно ярко из-за чужих пальцев, сжимавших кожу совсем близко к ране.              — Идём, — уже на тон сдержаннее сказал Джоэл, потянув её к креслу в противоположном углу комнаты, подальше от трупов и разрухи.              Дальше он действовал молча: опять достал аптечку, обработал сначала собственные ладони, потом занялся её порезом. Как и в прошлый раз — касался аккуратно, но перевязал надёжно, чтоб наверняка. Использовал бинты — это уже не царапина, лучше потратиться. Ребекка наблюдала за его пальцами какое-то время, потом — отвела взгляд, еле уговаривая себя не смотреть на тела в той половине комнаты.              Эта погоня за призраками им обоим могла сегодня стоить жизни.              — Не так глубоко, как я думал, — наконец озвучил вердикт Джоэл, завязав концы бинта. — До города хватит, там Майкл переделает.              Хотелось бы ей легонько подколоть, бросить что-то привычное, да не смогла. Слова застряли где-то между рёбрами, словно осколок стекла.              — А сам-то? — тихо спросила Флетчер, подняв на мужчину взгляд — глубокие тени на лице никуда не делись, но всё же какие-то черты расслабились, будто напряжение внутри так и осталось пружиной, просто не такой закрученной. — Цел?              Он кивнул. С заминкой, будто неуверенно.              — Цел.              Его пальцы задержались на коже чуть дольше требуемого. Джоэл думал о своём — взгляд ненадолго расфокусировался. Потом, как ни в чём не бывало, мужчина просто убрал руки и встал, собирая аптечку. Только движения были медленнее, будто тяжелее.              Словно тянул время.              Ребекка посмотрела на бинты, снова прокручивая в голове все свои действия после падения. Не заразилась. Не должна была. А даже если… Женщина качнула головой, отгоняя очередной поток тревожных мыслей. Если заразилась — решение есть, найдёт наиболее подходящий вариант и сделает что должно.              Она глянула на спину Джоэла — и в который раз подумала, что поступила как надо.              — Скоро закат, — пробормотала Флетчер, когда встала с кресла и глянула в окно. — В темноте придётся сбавить темп.              — Успеем, — бросил Миллер, закидывая рюкзак на плечо. — Если без остановок, то успеем.              «Не хочу оставаться здесь дольше» перевела себе в мыслях Ребекка… и молча кивнула, направившись к выходу. Только по дороге к лошадям заметила, что Джоэл держится ближе, чем днём.              Будто ему тоже так спокойнее.