Мёртвый город

      Очередная вспышка фотоаппарата резанула по глазам, заставив Оливера недовольно поморщиться. — Ты можешь отложить в сторону свою игрушку и начать уже осматривать здание? — раздражённо поинтересовался он у маниакально снимающего всё вокруг Пауля. — Эдак на тебя зомби из-за угла выскочит, а ты и не увидишь.       Наверное, из всех возможных вариантов Пауль казался Риделю самым неподходящим напарником. С гораздо большим удовольствием он отправился бы осматривать выбранные дома, а точнее, один из двух высотных домов, с Александром, Ахимом или Рихардом. Алекс казался ему интересным собеседником, у которого представления о мире разительно отличались от представлений самого Оливера, но тем не менее не злили и не бесили его. Удивительно, но даже выдвигаемые им со всех точек зрения сомнительные версии не вызывали у него желания презрительно закатывать глаза.       Ахима и Ришу он считал ещё лучшей компанией. Без друга Ридель не мыслил своей жизни, даже их постоянные споры и противоречия были скорее способом общения, чем действительно руганью, Риха же он и вовсе воспринимал как «своего парня».       Положа руку на сердце, даже Тилль казался Оли более подходящей компанией. Подначки и издёвки перестали быть обидными, он больше не старался действительно его задеть. Во всяком случае, Оливер видел своё поведение именно так.       И всё же отказать Паулю, когда тот захотел пойти с ним, он не смог. Восхищение, которое студент испытывал по отношению к нему практически с первого дня совместной поездки около полугода назад, когда Рих отказался участвовать в их расследованиях, откровенно льстило ему, а Оливер всегда был падок на похвалу.       Ландерс, ничуть не обидевшись на резкий тон, закрыл объектив фотоаппарата и принялся увлечённо обводить лучом фонаря ободранные стены квартиры на третьем этаже, куда они уже успели подняться. Это была типичная двухкомнатная квартира с крошечной кухонькой и совмещённым санузлом. Точно в такой же квартире жили его бабушка и дедушка по материнской линии, у которых он проводил все свои каникулы, когда ещё учился в школе. В коридоре, ведущем к санузлу, под потолком висело что-то наподобие антресоли, где бабушка всегда хранила заготовленные на зиму помидоры, огурцы и варенье, а дедушка прятал там «заначку»: припасённую на чёрный день бутылку водки. Сам Пауль засовывал туда свои самые любимые игрушки, чтобы уберечь их, когда в гости приезжали двоюродные братья и сестры. Чтобы залезть на антресоль, ему приходилось ставить два стула друг на друга. Однажды он всё же свалился с них и сломал руку.       Повинуясь внезапному порыву, Пауль схватил сломанный стул, валявшийся в углу, и, ежесекундно рискуя свалиться с него и сломать себе шею, залез наверх. Старая дверь антресоли открылась с противным скрипом, представив его взору кучу пыли и паутины, среди которой валялся забытый кем-то экземпляр газеты «Техника — молодёжи». — Что ты там нашёл? — поинтересовался проходивший мимо Олли. — Газету, — Пауль продемонстрировал ему свою находку. — О, я такую в школе выписывал, — улыбнулся Ридель, прочитав название. — Забавная штука была. С появлением Интернета, конечно, потеряла свою прелесть, но лет двадцать назад я по сто раз к ящику бегал в тот день, когда её приносили, — он вернул газету и скрылся в соседней комнате.       Пауль положил газету на прежнее место и уже собрался закрывать антресоль, как его внимание привлёк какой-то предмет в самом углу. Что-то крупное было завёрнуто в грязно-синюю тряпку. Он попытался дотянуться до неё рукой, но достать не смог. Оглянулся, поискав взглядом ещё что-нибудь, что можно было бы поставить на стул, но ничего не увидел, поэтому ему пришлось отложить фонарь и немного подтянуться на руках, чтобы повиснуть на антресоли и вытащить то, что было завернуто в синюю тряпку. Спустившись вниз вместе со своей добычей, Пауль развернул тряпку и в ужасе отбросил её в сторону, не сдержав какой-то девчачий, на его собственный взгляд, вскрик: в тряпку был завёрнут скелет то ли кошки, то ли какой-то мелкой собаки. — Чего орёшь? — громко спросил из другой комнаты Оливер, и в голосе его слышалась заметная тревога. — Скелет нашёл. — Чей? — он показался на пороге комнаты. — Кошачий. Или собачий, чёрт его знает, я в них не разбираюсь. — М-да, не Айболит, не Айболит, — хмыкнул Олли, отворачивая ногой кусок тряпки, которая приземлилась в углу, чтобы рассмотреть рассыпавшиеся кости. — Айболит у вас уже есть, — немного нервно огрызнулся Пауль. — А я в ветеринары не записывался, — он тоже подошёл ближе, с опаской косясь на свою находку. — Как думаешь, как он там оказался? — А чёрт его знает, — пожал плечами Ридель, присаживаясь на корточки. — Залез туда и сдох. — Кто-то завернул его в тряпку. — Значит, сначала сдох, а потом его туда положили. — Немного странно хранить труп животного дома, тебе не кажется? Почему не похоронили? — Откуда я знаю? — Олли резко выпрямился и отошёл на два шага назад. — Пойдём отсюда, здесь ничего интересного. — Камеру ставить не будем? — Пауль не тронулся с места. — Тилль же сказал ставить их везде, где заметим что-нибудь интересное. — По-твоему, труп животного — это что-то интересное? — Труп животного, тщательно спрятанный в бывшей квартире, намекает на какой-нибудь сатанинский ритуал. А это может быть интересно. — Хочешь — ставь, — Олли кинул ему коробку с одной из камер, а сам направился к выходу, одновременно нажимая на кнопку на передатчике: — Ахим, как вы там? Всё в порядке?       Он распаковал камеру и штатив и установил их таким образом, чтобы камера снимала не только большую часть коридора, но и захватывала тот угол, где остался лежать завернутый в тряпку скелет животного, как будто ожидал, что тот по ночам вылезает наружу и бродит по городу в качестве призрака.       Оливера он догнал уже на следующем этаже. Тот стоял у разбитого окна, из которого немилосердно дул ледяной декабрьский ветер, и что-то рассматривал на улице. За окном уже сгустились сумерки и стало довольно темно, отчего густой лес, начинавшийся в сотне метров от дома, казался ещё более мрачным. При наличии определенной фантазии можно было представить, что за каждым стволом стоит кто-то и наблюдает за шестёркой непрошеных гостей. — Телефон вообще не ловит, — пожаловался Пауль, демонстрируя Риделю свой мобильный телефон, который успел достать из кармана минутой раньше. — Что, фотки в Инстаграм не загружаются? — хмыкнул Олли. — Потерпи, найдём подходящее для ночёвки место, разложим вещи, будет тебе Интернет. — А ты здесь что высматриваешь? — Пытаюсь понять одну вещь. Пойдём, покажу кое-что.       Оливер отвёл его в соседнюю комнату, разительно отличавшуюся от всех остальных, которые они уже успели посетить: она была совершенно чёрной, с обгоревшими стенами и закопченным потолком. В одном углу стоял обугленный диван, никакой другой мебели не наблюдалось. — Ого! Неслабый тут пожар был, — почти восхищённо выдохнул Ландерс, машинально расчехляя фотоаппарат. — В этом и интерес, — Олли задумчиво почесал подбородок, снова рассматривая комнату, хотя уже успел это сделать до прихода Пауля. — Сгорела только эта комната. Ни в коридоре, ни в соседних комнатах, ни снаружи дома нет следов огня. — Успели потушить? — Поверь мне, при таком пожаре следы всё равно остались бы. — Там отремонтировали, а тут почему-то не тронули? — Пожар был недавно. — Как ты узнал? — Я же всё-таки физик по первому и давно ненужному образованию, — Оливер прошёлся по комнате и, подходя к дивану, присел на корточки, что-то рассматривая, затем вернулся на середину комнаты. — И пожар начался здесь. Не возле дивана, как если бы кто-то курил на нём и уснул, не потушив сигарету. — Кто-то ночевал здесь и развёл костёр посреди комнаты? — Разве что совсем идиот. Впрочем, может быть и так. Давай поставим здесь камеру. Не нравится мне это.       Они установили одну камеру в сгоревшей комнате и другую — в соседней, нетронутой огнём. Поднявшись ещё на несколько этажей выше, они поняли, что им повезло: одна из квартир оказалась в достаточно хорошем состоянии, чтобы в ней можно было устроить «штаб». По крайней мере, в ней сохранились стекла в окнах, а входная дверь изнутри закрывалась на железный засов. — Вот здесь и бросим кости, — предложил Ридель, снимая с плеча уже пустую сумку и оглядываясь по сторонам. — Надо только немного прибрать мусор, а то грязновато, — усмехнулся он.