Мёртвый город

— Оливер, не надо!       Ахим вцепился в руку брата, не давая тому ещё раз ударить сидящего на стуле мужчину. Теперь он зеркально повторял положение Тилля несколькими часами ранее. Ридель попытался стряхнуть брата с руки и продолжить своё дело, но к Ахиму присоединился и Алекс. — Оливер, прошу Вас! Бить человека, который не может Вам ответить, — низко. — Неужели? Судя по лицу Линдеманна, его, — Олли кивнул на пленника, который наблюдал за ними исподлобья, — это не остановило. — Не надо уподобляться тем, чьи действия Вы сами же и осуждаете, — ничуть не смутился Вессельски.       Этот аргумент его в какой-то степени убедил. По крайней мере, он опустил руки и разжал кулаки. Его взгляд при этом продолжал обещать пленнику долгую и мучительную смерть. — Тогда что мы будем с ним делать? Думаете, он добровольно расскажет нам, кто он и зачем нас сюда заманил? — А нам это и не нужно, — осторожно возразил Фербер. Он тоже сверлил мужчину взглядом, но совсем по другой причине. Он видел, что Михаил его тоже узнал, и пытался убедить его держать язык за зубами и не говорить лишнего. — Единственное, что нам нужно выяснить, — это как выбраться отсюда. — А, ну конечно же, это-то он сейчас в подробностях расскажет, он ведь для этого всё здесь и устроил, — фыркнул Олли. — Мы не знаем наверняка, он ли это устроил, — возразил Алекс. — Здесь столько всего намешано, и вполне вероятно, что его присутствие — лишь совпадение. — Нет, не совпадение, — подал голос пленник, насмешливо глядя на напряжённого Ахима, его нервного брата, неожиданно спокойного Алекса и любопытного пацана, имени которого он не помнил. — Вы все здесь, потому что это было нужно мне. — Ничего, если я спрошу зачем? — язвительно поинтересовался Оливер. — Затем, что все вы пересекли черту, которую никогда не должны были пересекать, — мужчина с едкой ухмылкой посмотрел на Фербера. — И некому вас больше остановить. Впрочем, буду честен: некоторые из вас пойдут ко дну просто за компанию. Могли бы жить.       Олли бросил быстрый взгляд на брата, а затем снова повернулся к незнакомцу. От него не укрылось, с каким выражением те смотрели друг на друга, и Риделю это крайне не нравилось. Впрочем, если бы этот псих желал зла Ахиму, то утащил бы его, когда подвернулась такая возможность, но ни его, ни Риха он так и не тронул. — А теперь давай подробнее, — предложил Олли, всем своим видом показывая, что от очередного удара его удерживают только Ахим и Алекс. — А зачем мне это? — насмешливо уточнил пленник, демонстрируя, что не боится угроз. — Расстановка сил, конечно, поменялась и я не смогу сделать всё, что задумал, но и вы не сможете покинуть это место. Уж точно не с моей помощью. Оно сожрёт вас и не подавится. — Разве вас оно при этом не сожрёт? — Вессельски удивлённо приподнял брови. Мужчина в его глазах выглядел как фанатик, но неужели он готов даже к смерти? — Сожрёт, — на лице того на мгновение проскользнула печаль. — Теперь уже точно. Но это жертва, на которую я готов пойти. — Ради чего? — удивился Ридель. — Вот чего я не понимаю. Какую такую черту мы пересекли, что ради нашей гибели ты готов собой пожертвовать? — Да он просто ненормальный, что тут не понимать? — поспешно фыркнул Ахим. — Не скажи, — Олли покачал головой. — Для ненормального у него слишком чёткий план. Он ничего не сделал ни тебе, ни Риху, хотя мог, вы оба были у него в руках и едва ли могли оказать какое-то сопротивление. Но вас он использовал только как приманку. — Значит, ему нужны только Тилль и Александр! — радостно воскликнул Пауль, как будто только что решил очень сложную задачу и ему теперь полагался за нее приз. — Или до нас с тобой он ещё не добрался, — возразил Ридель, пристально глядя на пленника, как будто хотел по его лицу понять, кто прав, но тот оставался невозмутим. Это внезапно взбесило Оливера, и он едва сдержался, чтобы не отвесить очередную оплеуху. — Ну, отвечай! — Вы умрёте все, — спокойно повторил пленник и посмотрел на Алекса. — И мир снова будет в относительной безопасности. На том стоим и стоять будем. А больше вам знать не нужно.       Прежде, чем кто-либо успел что-то на это ответить, из коридора донёсся приглушённый шум и в комнату вошли Цвен с Тиллем. Последний выглядел уже чуть менее страшно, по крайней мере, без запёкшейся крови на лице, но последствия пребывания в плену всё равно прослеживались и на лице, и в острожных, нарочито медленных движениях.       Рихард заметно вздрогнул, увидев прикованного к стулу мужчину, из носа которого тонкой струйкой к подбородку стекала кровь. На мгновение стало его жаль, однако один взгляд на Тилля, который минутой раньше не смог даже самостоятельно одеться, избавил его от этого чувства. Да и собственное запястье отзывалось глухой болью. — Не все, кто попадал в этот город, погибали здесь, — заметил Ридель. — Значит, выбраться отсюда можно, что бы ты там ни говорил. — Что-то мне подсказывает, что дело здесь не только в городе, — мрачно отозвался Рихард. — Ведь никто, как я понимаю, не рассказывал раньше, что встречал здесь своих двойников. — Он говорил мне, — подал голос Тилль, — что это дурное место, но недостаточно сильное, чтобы убить. Сказал, оно проецирует страхи человека и пугает его, поэтому каждый видит что-то своё. — И всё-таки он заманил нас именно сюда, — Ахим нахмурился. — Почему?       Все снова посмотрели на пленника, но тот только ехидно улыбался, чувствуя себя вполне уверенно. Это очередной раз взбесило Риделя так, что он схватил того за шиворот и сильно тряхнул. — Тебе задали вопрос! — Оливер! — тут же одёрнул его брат. — Может быть, он заманил нас сюда, чтобы это место усилило влияние чего-то другого? — предположил Пауль. — Например, есть две вещи, которые сами по себе недостаточно сильны, чтобы убить, но если их соединить, то… — Последствия ритуала? — предположил Алекс. — Если мы подверглись какому-то негативному воздействию во время проведения ритуала, но это воздействие оказалось недостаточно сильным, он мог попытаться использовать негативную энергию этого места для усиления эффекта. Например, в обычной ситуации наши двойники были бы просто пугалом, а из-за ритуала они стали действительно смертельно опасны? — Постойте, — Тилль нахмурился. — Причём здесь вообще ритуал? — О, ты же не знаешь! — мгновенно оживился Ландерс. — Когда вам всем снились кошмары, мне приснились зеркала, стоящие по кругу. Они, — он кивнул в сторону друзей, — сказали, что это зеркала из какого-то ритуала, который вы проводили месяц назад. Между прочим, не позвав меня, — его тон стал обиженным. — Что теперь вполне может спасти тебе жизнь, — напомнил ему Фербер. — Нет, не может, — заметил Тилль, продолжая хмуриться и рассматривать их пленника. Ему казалось, что тот сказал ему что-то важное, когда их роли были противоположными. То, что поможет им выбраться. — Этот человек уверен, что мы все умрём. Мы все. И Пауль тоже. Значит, дело не в ритуале. Или не только в нём. Это ведь всё очень ненадежно, да? — он вопросительно посмотрел на Алекса. — Негативные последствия, помноженные на негативное влияние… Кто знает, как оно сработает? — В этом Вы правы. — А он, — Тилль снова посмотрел на пленника. — Он уверен в исходе. Причём он уверен, что шансы покинуть город живыми тем меньше, чем дольше мы тут находимся. У него есть что-то, что убивает гарантированно. — Ах ты, мерзкий ублюдок, — выдохнул Ахим, тоже посмотрев на прикованного к стулу мужчину. В свете ламп и фонарей он, Фербер, и так выглядел бледным, но сейчас на его лице отразилось понимание, смешанное с паникой. Он едва не бросился на него с кулаками, но удержал себя в последний момент. — Что? — испуганно спросил Круспе. — Что ты понял? — Он притащил сюда это проклятое зеркало, — хрипло пояснил Фербер, глядя на пленника с ненавистью. — Ведь так?       Тот не ответил, но в лице заметно изменился, отвечая ему теми же «тёплыми» эмоциями. — Но где он его взял? — не понял Оливер. — Там же, где и я. — Твой друг такие вещи налево и направо раздает? — Оливер, мы с Вами выкрали зеркало без особого труда, — напомнил Алекс, поглядывая на Ахима с тревогой и гадая, могло ли действительно его Общество организовать подобное, обрекая сразу двух своих агентов на верную смерть. — Слушайте, какая разница, где он его взял? — прервал спор Рихард. — Давайте лучше думать, что теперь с этим делать. Ахим, когда ты брал его для ритуала, — он поморщился, произнося эти слова, очередной раз чувствуя свою вину: он виноват в том, что происходит сейчас, ради него парни связались с проклятым зеркалом. Радовало теперь только одно: по всей видимости, Агнет всё же ничего не угрожает. — Твой друг не говорил тебе, что с ним делать в крайнем случае?       Фербер знал, что с зеркалом ничего не сделать: если бы его можно было уничтожить, то Общество давно бы так и сделало. Раз оно лежит в хранилище, значит, по какой-то причине уничтожить его невозможно. Однако сказать об этом он не мог, поэтому только пожал плечами. — Он велел вернуть его в целости и сохранности — вот и всё. — Лучший способ лишить магический предмет силы — это разрушить его, — сказал Алекс. — Правда, не всегда это получается. — Давайте начнем с того, что найдём его, — предложил Оливер. — И я даже знаю, кто нам может подсказать, где искать, — он недвусмысленно посмотрел на сидящего перед ним мужчину. — Он не скажет, — возразил Тилль. — Разве что под пытками, но этого мы позволить себе не можем. — Ага, давайте все сдохнем здесь только потому, что не можем двинуть ему по морде, — проворчал Ридель. — Уж кто-кто, но ты должен бы первым это сделать. Он, небось, не стеснялся. — Может, начнём с того, что проверим то помещение, где я видел зеркала во сне? — предложил Пауль. — Вот этот план мне нравится, — Тилль кивнул в сторону Ландерса. — Прежде чем прибегать к грубой физической силе, постараемся использовать наши мозги. Мы же не фанатики. — Конечно, вы простые наёмники, — с презрением бросил пленник. — Поэтому у вас ничего не выйдет. Вы не верите в то, что делаете.