Образ

— Здесь, — сказал Филза, выводя Ранбу из транса, когда он смотрел в окно на падающий снег. Шторм утихал, но сугробы все еще скапливались у стен хижины. Ранбу обратил свое внимание на мужчину, который держал в руке книгу в кожаном переплете, карандаш был зажат под большим пальцем, где он лежал на обложке. Когда Ранбу не взял его сразу, Фил кивнул ему, побуждая его продолжать, пока он не протянул руку, чтобы взять его. Фил все еще не совсем привык к почти человеческим чертам лица мальчика. Он взял книгу в левую руку, ту, что на темно-фиолетовой и черной стороне его тела, и, несмотря на то, как устрашающе выглядели острые ногти на его пальцах, он всегда был таким шокирующе деликатным во всех своих движениях. Это не было исключением. Он осторожно держал книгу, как будто она могла разбиться в любой момент, и открыл ее, обнаружив, что она пуста. — Это для того, чтобы записывать вещи. То, что вы помните, или то, что вы хотите запомнить, — Ранбу слегка кивнул и снова посмотрел на страницы, листая их, несмотря на то, что они были пустыми, — ты сказал, что тебе казалось, что ты что-то забываешь, так что… Ранбу снова посмотрел на него, в его глазах было замешательство, и Фил уже знал, что он собирался сказать. — Я сказал? — он не мог не улыбнуться сочувственно. — Да, приятель, — Ранбу торжественно кивнул. — Спасибо, — тихо сказал он. Фил удержался от того, чтобы похлопать мальчика по плечу, вспомнив, как тот вздрогнул от этого движения в прошлый раз, и вместо этого просто кивнул ему. — Нет проблем, — он прошел на кухню, снимая чайник с плиты, когда тот начал закипать. — Кто-нибудь из вас хочет чаю? — он спросил. Он налил воды в кружку рядом с плитой, прежде чем посмотреть на Техно, ожидая его ответа. Он уже давно понял, что, когда в его книги вкладывается Техно, ничто не может оторвать его от страницы. Он так незаметно покачал головой Филу, что его едва можно было заметить. — Ранбу? Филза посмотрел на мальчика и обнаружил, что он уже начал писать в книге. Он не мог видеть, что было написано с кухни, но, похоже, он уже заполнил по крайней мере одну страницу темным углем. Филза поднял чайник в качестве объяснения. — Конечно, — сказал он, и его взгляд смягчился. Филза еще не видел улыбки Ранбу, понял он. Глаза мальчика были такими выразительными, в этом не было почти необходимости, они были полностью наполнены каждой эмоцией, которую он испытывал. К сожалению, до сих пор эта эмоция была в основном замешательством. Фил надеялся, что это скоро изменится. Он все еще пытался понять, что именно случилось с мальчиком, из-за которого он оказался в лесу в тот день, когда начался шторм, что заставило его так кричать, и сделать еще один шаг вперед, что это был за крик в первую очередь. Техно читал истории Верхнего мира, Преисподней, Войны, мифологии существ, описанных только в сказках и фольклоре, полевые блокноты с рисунками и заметками охотников и исследователей, все, что могло намекнуть на то, каким именно гибридом был Ранбу. Если Техно и нашел что-то до сих пор, он еще не раскрыл это. Когда Филза спросил, знает ли сам Ранбу, каково его гибридное происхождение, он встретил то же самое искреннее замешательство в глазах мальчика, прежде чем он спросил: — Что такое гибрид? — в ответ Филзе пришлось провести несколько неудачный урок биологии, но, тем не менее, на его первоначальный вопрос был дан ответ; Ранбу также не знал своего собственного происхождения. Техноблейд всегда любил тайны. Это оставалось верным с того момента, как он и Фил встретились. Он не был тем, кто, скажем, хотел знаний, как Филза, читал ради обучения, ради практических навыков и информации. Вместо этого он читал истории, разбираясь в мифах, журналах и фрагментах истории, чтобы собрать воедино давно забытое прошлое этого мира. У Филзы было подозрение, что он втайне наслаждался этими штормами, когда каждое мгновение бодрствования можно было потратить на чтение страницы за страницей. Теперь, в этом шторме, ему нужно было разгадать новую тайну. Было бы не совсем точно сказать, что Ранбу и Техноблейд уже познакомились. На самом деле, вряд ли можно сказать, что они даже встречались. При малейших признаках первого пробуждения Ранбу он ушел в свою комнату, полностью избежав всего испытания. Фил предполагал, что так и будет. Техно был не из тех, кто любит незнакомцев, и уж точно не из тех, кто настроен дружелюбно. Вероятно, к лучшему, что он держался на расстоянии. От того, как он вел себя, до того, как он говорил, до спокойного презрения, которое он обычно носил на лице, Техноблейд был не совсем утешительным зрелищем для тех, кто его не знал. Даже сейчас, спустя несколько нечетных дней после того, как Ранбу проснулся, по-настоящему проснулся, эти двое еще не взаимодействовали. Фил был искренне впечатлен тем, что мужчина полностью игнорировал нового гостя в их доме. Он вел себя так, как будто Ранбу был призраком, которого большую часть времени мог видеть только Фил, лишь мельком замечая мальчика, когда ему нужно было пройти мимо него, чтобы разжечь огонь, или бросал взгляд в его сторону, когда он издавал одно из своих странных щебетаний или гудений во время сна на диване. Техно действовал исходя из предположения, что он всегда делал, когда дело касалось незнакомцев, в те несколько раз, когда они сталкивались с другими гибридами в их лесной глуши; что их присутствие было лишь временным, так зачем беспокоиться? Хотя предположение, что это было временно, не было надуманным. Фил собирался поговорить с Ранбу о том, что будет дальше. Он принес чай в большой керамической кружке. При приближении Фила Ранбу закрыл книгу, держа ее закрытой обеими руками. Его пальцы были достаточно длинными, чтобы они перекрывали обложку. — Жарко, — предупредил он, когда Ранбу положил книгу рядом с ним, взяв кружку. — Спасибо, — сказал мальчик. Ранбу был ничем иным, как вежливым. Фил задумался, сколько слов он произнес до сих пор, было «спасибо». Должно быть, половина, по крайней мере. Он сел на стул лицом к камину, чтобы немного согреться, пожимая плечами. Осторожно, чтобы ничего не опрокинуть, он расправил крылья за спиной. Темно-черные перья расправились, когда он это сделал, обнажив более светлые угольные и серые под ними. Когда они выстроились веером позади него, они захватили тепло от огня. Он встряхнул их, прежде чем прижать к своему телу. Ранбу уставился на него с благоговением. — Я начинаю чувствовать себя стесненным, застряв здесь так долго, — сказал Фил. Ранбу моргнул, слегка опустив взгляд, прежде чем заговорить. — Они очень красивые, — сказал он, — ты действительно можешь летать? Филза усмехнулся над этим. — Да, я могу. Я могу показать тебе, как только шторм утихнет, если хочешь, — глаза Ранбу загорелись интригой. — Это сложно? — он спросил. — Эх, — сказал Фил, обдумывая вопрос, — сначала это была кривая обучения. Теперь это просто естественно. Нравится ходить. Ранбу кивнул, его глаза изучали места, где крылья Филзы выглядывали из-за его спины. Фил позволил им развернуться и немного расслабиться. — Я не думаю, что я когда-либо видел что-то подобное раньше, — сказал Ранбу, — тот, кто умеет летать. Он сделал паузу, слегка нахмурив брови. — Или я не думаю, что у меня есть. — Это, конечно, необычно, — сказал Фил, — я не удивлюсь, если ты больше никогда не встретишь ни одного из нас. Ранбу слегка промурлыкал. Звуки, которые он издавал, всегда интриговали Фила. — Знаешь, я тоже никогда раньше не встречал такого, как ты. — Как я? — спросил Ранбу, глядя вверх. Когда они разговаривали, Ранбу никогда по-настоящему не смотрел Филу в глаза, всегда глядя чуть в сторону от лица Фила или чуть ниже его взгляда. — Ты помнишь, когда я рассказывал тебе о гибридах? — Ранбу кивнул. — Я думаю, да, — сказал он. — Есть несколько более распространенных, в зависимости от их происхождения. Свинолюди повсюду в Преисподней, так что гибриды, такие как Техно… — Фил мотнул головой в сторону Техноблейда, и Ранбу тоже посмотрел в ту сторону, не поворачивая головы, как будто он не хотел, чтобы его поймали за разглядыванием человека. Если Техно и заметил, что произнесли его имя, он никак этого не показал. — Их не так уж редко можно увидеть. Фантомы, подобные мне, немного более редки. Но ты… — Филза не мог не позволить своей интриге сквозить в его голосе. Ранбу расправил плечи, выпрямляясь по стойке «смирно». Его уши слегка оттянулись назад. — Я просто никогда раньше не видел такой толпы, как вы. — О… — сказал Ранбу. Пушистый кончик его хвоста щелкнул по лодыжкам. — Интересно. — Это на самом деле подводит меня к следующему вопросу, — сказал Фил, — есть ли шанс, что ты вспомнил что-нибудь о том, откуда ты пришел? Твой дом? — Ранбу еще больше оттянул уши назад. Выражение почти стыда пересекло его лицо, и он пошевелился, опустив взгляд на чашку чая в своих руках. Филза уже знала ответ. — Все в порядке, — сказал он, — мы разберемся. — Мне жаль, — торжественно сказал Ранбу. Фил пожал плечами, пытаясь оставаться беззаботным. — Это не твоя вина, — сказал он. Он имел в виду это. Просто не повезло и не вовремя Ранбу застрял здесь с ними на время шторма, время, которое они могли бы потратить, пытаясь найти его друзей или вернуть его домой в целости и сохранности. Фил не мог не чувствовать себя плохо не только за него, но и за того, кто, должно быть, скучал по нему, пока он был заперт здесь с ним и Техно. — Я пытаюсь, — сказал он, — вещи просто продолжают ускользать. Я не могу собраться с мыслями. Он выглядел расстроенным. Филза мог понять почему. — Шторм утихает. Как только это произойдет, я осмотрюсь. Если есть какой-то признак того, откуда ты пришел, это будет легче увидеть сверху в любом случае, — сказал Фил, подчеркивая это глотком чая. Ранбу кивнул, некоторое напряжение покинуло его, когда он немного расслабился от этой идеи. — Спасибо, — сказал он. Он посмотрел на кружку в своей руке, слегка покрутил ее, прежде чем сделать глоток. Когда он пил, он закрывал глаза, и это напоминало Филу о Техно. Мужчина всегда закрывал глаза, когда пил чай, вдыхая пар, что он делал очень особым образом, чего Фил ожидал каждый раз. Филза рассеянно задавался вопросом, как работает чувствительность Ранбу к воде. Очевидно, что он мог его выпить. Тогда, должно быть, проблема с контактом с кожей. Как странно. — Это хорошо, — сказал Ранбу, оглядываясь на Филзу. — Спасибо, — сказал он, улыбаясь. Он гордился своим чаем. Это его приготовление. Тепло было простым удовольствием в холодном ландшафте тундры. — Я получаю листья из деревни в нескольких милях к северу, — Ранбу кивнул, делая еще один глоток. Когда он это сделал, его хвост мягко щелкнул, обернувшись вокруг его лодыжки. — Могу я задать тебе немного странный вопрос? Ранбу промурлыкал, поглядывая в его сторону. — Какой… — он пересмотрел свою фразу. — Ты знаешь, сколько тебе лет? Ранбу обдумал это, явно напряженно думая. Его глаза переместились вверх и влево, как будто он решал загадку в своей голове. — Я не уверен, — сказал он. Краем глаза Филза увидел, как Техно оторвался от книги и посмотрел на них двоих. Выражение его лица ни в малейшей степени не изменилось, но каким-то образом Филза все равно знал, что означает этот взгляд. — Я чувствую, что молодой, хотя… Я думаю. — Ты выглядишь молодо, — сказал Фил. — Действительно? Фил посмотрел на Ранбу, но Ранбу пристально смотрел в чашку в своей руке, моргая на нее. Фил подумал, что, может быть, он пытается посмотреть на свое отражение в воде. Он подумал, стоит ли ему упомянуть, что у входной двери было зеркало, но эта мысль заставила его понять, что он еще не видел, как Ранбу встал со своего места на диване. Когда он или Техно перемещались, он наблюдал за ними, или смотрел в окно, или иногда поворачивался лицом к огню. Фил предлагал ему книгу два или три раза, но Ранбу качал головой и вежливо отказывался. Прошло шесть дней с тех пор, как они нашли мальчика, и почти три дня с тех пор, как он действительно стал отзывчивым. Он задавался вопросом, встает ли Ранбу ночью, чтобы размять ноги. Он обнаружил, что хочет сделать больше, чтобы мальчику было комфортно, чтобы он чувствовал себя как дома… Это временно, напомнил он себе. В хижине снова воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием огня и воем ветра снаружи.