Белая Ведьма

      Лемари кротко взглянула на Эмиля, напряжённо подняв подбородок. Повисла неловкая тишина.       — Ваше Величество… Разрешите задать вопрос?       — Задавайте, — парень без интереса взглянул на девушку.       — Почему Вы держите возле себя полуэльфа? Люди в Совете сейчас те, кто был избран ещё при старом императоре, люди, презирающие другие расы, так?       — Ха-ха, из всех возможных вопросов именно этот? — император слегка улыбнулся, а затем полностью развернулся в сторону Лери. — Этот человек помогал мне тогда, когда все хотели моей смерти. Добряк, согласитесь?       — Но старики из Совета наверняка возмущаются, кто-то даже пустил слух о вашем романе, — Лери прикрыла рот рукой, чтобы скрыть улыбку.       — Они ему завидуют, вот и всякие гадости творят, как дети. Если бы Хван был посредственностью, они бы ничего и не говорили. Им неугоден умный человек подле меня.       — Получается, господину советнику с успехом удаётся выполнять свои обязанности, раз старики с ума сходят, — девушка коснулась аккуратно своих волос, поправив миниатюрный локон, который нелепо выбился.       — Что ж, раз Вы задали вопрос, я тоже имею на это право, — император чуть подался вперёд, загадочно прищурившись.       — Да… конечно, задавайте, — к Лери вернулся уже позабытый из-за атмосферы страх к этому мужчине.       — Как Вам удалось узнать и о кампании в Олию, и о чёрном входе? Это не то, что по силам узнать даже самым лучшим теневым прислужникам.       — Вы ведь и сами уже знаете, верно? Магические существа, конечно. Я загадала желание джинну, если точнее.       — Джинну? — Эмиль удивился, а затем рассмеялся. — Как же до нелепого легко!.. Ха-а, прошу прощения, — он глубоко вдохнул, успокаивая смех. — Матушка говорила, что их тяжело призвать или найти даже самым сильным магам, потому что у них единственных загадывается желание, не требующее оплаты, вот и скрываются лучше всех.        За окном заиграл дождь. Сначала удары капель даже и не слышались, но дальше становились всё тяжелее и звучнее. Может, это из-за пустоты в помещении?       — Верно, — Лери подумала, прежде чем продолжать, — но мне сильно повезло. Я нашла его, когда искала мемуары. Всё, что не имеет отношения к жизни и смерти, джинн исполнит.        — Поразительно! — Эмиль зааплодировал, а на его лице играла улыбка. Он был похож на хитрого лиса. — Полагаю, сотрудничая с Вами, я смогу больше узнать об этом мире. Может, станете моей «удачей»?       — Ваше Величество, Вы должны были понять это ещё с нашей первой встречи, — Лери хмыкнула, чувствуя, как страх ушёл. Может, она и не доверяла ему, но теперь точно поняла, что император не такой страшный, как она представляла.       — Ладно, на этом хватит, — резко улыбка на лице светловолосого сменилась серьёзным и даже уставшим выражением. — Я Вас провожу к экипажу.        Он поднялся, а вслед и Лемари, незаметно поправив белое платье. Беседа прервалась до неловкого внезапно. Эмиль воспользовался колокольчиком на своём столе, вызвав дворецкого. Он приказал Сарсу принести широкий зонт и всем удалиться из коридора. Такое вызвало у Лемари… некий восторг? Предвкушение? Сам император лично её проводит до кареты! Быть может, он даже положительно расположен к ней? Или это для того, чтобы ослабить бдительность юной ведьмы? Какие только предположения не посетили голову герцогини, пока непримечательная служанка не принесла в кабинет зонт и не ушла. За минуту или две девичью голову посетили даже чуть ли не варианты заговора против неё.        Эмиль очень галантно подошёл к Лемари, покрутив в руке зонт. Он выразительно посмотрел в зелёные глаза ведьмы, настолько выразительно, что девушка поняла — он хочет, чтобы она взяла его под руку. Лери так и сделала, обвив своей худой бледной ладонью сверху запястье Эмиля. Парень был выше неё где-то на полторы головы, если убрать каблуки девушки, может, чуть выше даже будет. Ведьма почувствовала аромат сигар и чего-то терпкого, но лёгкого. Светлые ресницы задрожали в лёгком смущении, и Лери не подняла взгляда на императора. Словно он сейчас и не император вовсе, а обычный дворянин, сопровождающий её, смущающий, будоражущий.        Коридоры и впрямь оказались пусты, даже звуков не было, словно и они повиновались уйти отсюда. Шаг Эмиля был размеренным, подстать темпу ведьмы. Пару раз она ощущала взгляд цепких серо-голубых глаз на себе, но делала вид, что не замечает. «О чём думает?» — интересовало Лери, но вслух она спросить так и не решилась. Может, ей и показалось, что их отношения стали более партнёрскими и тёплыми, но явно не настолько.        Когда им пришлось выйти с коридоров на открытое пространство, Эмиль ловко расправил зонт и укрыл им девушку от холодного дождя. Неприятный влажный холод ударил в кожу, отчего Лемари слегка поежилась и, сама того не заметив, чуть ближе прижалась к кавалеру. Тот незаметно наклонил зонт в её сторону ещё немного. Карета Лафренцо оставалась верно ждать хозяйку там же. Неукрытые от дождя лошади часто переминались с ноги на ногу, уткнув носы к земле, будто их это как-то спасало от острых капель. Кучер, получше натянув накидку и капюшон, сидел неподвижно, не отпуская вожжи.       — Было приятно видеть Вас в моём дворце, — негромко проговорил Эмиль. Эти слова удивили Лемари.       — Рада, что смогла… позабавить Ваше Величество, — девушка медленно отпустила руку парня и встала перед ним. Зонт следовал за ней, не давая плечам промокнуть; теперь светловолосый парень, именуемый императором, промокал ещё и со спины.       — Будьте уверены, герцогиня, я пришлю гонца к Вам в скором времени с последующими указаниями, — он открыл дверцу кареты, а затем протянул руку, чтобы помочь девушке подняться по коротким ступеням. Внутри уже покорно сидела Элиза с поклажей, в которой, видимо, была та самая одежда. Горничная была словно тень, потому господа не обратили на неё особого внимания. Лери же подала руку учтивому молодому императору. Их холодные руки соприкоснулись так интимно близко, будто непозволительно было так себя вести именно им двоим. Каждый ощутил друг от друга тепло, словно их не окружал этот серый промозглый дождь.        — Удачного пути, герцогиня Лафренцо, — император с лёгкой лисьей улыбкой в последний раз взглянул в зелёные девичьи глаза и, получив в ответ прощальный кивок, закрыл дверцу кареты. Экипаж тронулся. Зашумели лужи, и дождь будто усилился в такт непонятному трепету в груди. «Его это поведение… явно мне польстило. Негодяй, получается?» — Лери хмыкнула своим мыслям, глядя на немного испачкавшийся подол своего светлого платья. Если бы он не был императором, а она — ведьмой, этот момент стал бы романтичным началом чего-то необычного, о чём пишут в романах. Но она прекрасно понимает, что их взаимоотношения — шахматы, в которых либо они король и королева, либо один из них ферзь.

Иногда то, что мы знаем, бессильно перед тем, что мы чувствуем.

       Дождь не прекратился и по прибытии в имение Лафренцо. Кучер, как полагается, над госпожой нёс зонт до самого входа. Правда её это не совсем уберегло от грязи и влаги, отчего уже внутри длинное платье оставило за собой следы дождя. Было тепло. Вероятно, с первыми каплями слуги затопили печи. Элиза распорядилась о сохранности «формы», выданной Хваном, а также о ванной для госпожи. Приготовили её достаточно быстро — Лери даже не успела допить тёплый ароматный чай с молоком.       В ванной вода была смешена с травами и какой-то парфюмерной настойкой. Пахло не неприятно, но ведьме аромат не пришёлся по вкусу. В её голове всплыло короткое воспоминание о запахе сигар. Две служанки и Элиза, переодевшаяся в «домашнюю» форму, закатали рукава и принялись раздевать Лери. Бледная кожа быстро становилась красной даже из-за пара от горячей воды. Погрузившись в ванную, Лемари устало выдохнула. Лёгкие волны, созданные ей, выплескали травы на пол. Служанки приступили к делу: кто-то поддерживал температуру и аромат воды, кто-то занимался белыми волосами. Лемари же погрузилась в свои мысли.        «Захотел произвести какое-то впечатление на меня? Только вот зачем? Или и правда был просто вежлив?.. Ха-а, тяжело довериться этому императору, пугает он меня достаточно. Кто знает, вдруг он, как отец, тиран, но пока не показывает этого? Буду как Ирен, виновница новой ведьминской охоты!.. А вообще чувствую себя глупо. Разве своими действиями император не вызовет войну? Энгельс, конечно, выиграет, но политическая репутация будет испорчена в какой-то мере. Или же они настолько уверены, что Олия будет молчать о краже их принцессы? Надо было спросить, раздражает! Ну, почему я не додумалась там, когда была возможность?! Вдруг они меня с советником этим обдурили?! " — гневные мысли заставляли хмуриться. Элиза, видя это, вывела свою госпожу из мыслей, окатив её полным ковшом, смывая мыло с волос. Лери закашлялась из-за попавшей в нос и рот воды, но даже не подняла глаз на горничную. Она просто резко поднялась и вышла в свою комнату, совершенно не обращая внимания по скатывающимся струям воды со всего голого тела. Смуглая девчушка — личная горничная Элиза — тихо приказала младшим служанкам уходить, а сама осталась. Мягким полотенцем она стала вытирать нагую Лемари, пока та уставилась на собственное тело в зеркало. Ведьма, чтобы привести взбудораженные чувства в порядок, пыталась концентрировать магию по всему телу равномерно.        Мана — источник магии, и в отличие от неё распределена по всему телу. Высокая концентрация — умение покрывать свой организм пеленой магии равномерно и одновременно, словно зажигаешь костёр огнём, не упуская ни единого сантиметра. Этот навык может стать отличной защитой и толчком в повышении не только выносливости, но и силы и многого другого. Но этот процесс сложен. Как зажечь сто спичек абсолютно одновременно и заставить их гореть в одинаковом темпе. Лемари пока не освоила это умение, но уверенно шла к нему. И использовала как успокоительное.        Когда Элиза закончила обмакивать полотенцем тело ведьмы, помогла надеть лёгкое платье и причесать длинные непослушные волосы, Лемари потребовала внезапно к ней их дворецкого — Августа — для того, чтобы он заказал ей оружие. Перед мужчиной ставились два условия: герцог Мэйкон об этом знать не должен, оружие должны изготовить в течение трёх дней. Внезапное решение? Не идти же ей с пустыми руками в кампанию и сразу всем показывать, что она ведьма. Пусть её примут за мага.        Лемари вовсе не владела боевыми навыками, но знала теорию, которая ей позволит постоять за себя, не раскрыв ведьминской сущности. Но обычное оружие для неё не имеет никакого смысла. Было бы хорошо, будь у неё время обратиться к ремесленнику-чародею. Они единственные, кто делает магическое оружие. Придётся самой наложить хотя бы простые чары. И снова — мало опыта. В последнее время она только и сталкивается со своими бесполезностью, бессилием, незнанием. Как котёнок, который начал ходить, но пока не может встать твёрдо и идти уверенно.        Впереди её ждала будто шахматная доска. Она ферзь на этой доске, и следующий шаг либо выкинет её с доски, либо сделает королевой.