Белая Ведьма

      За окном щебетали птицы. Цвели цветы во всех садах, и дул свежий ветерок, попадая в открытые окна дворца. Попал он и в кабинет императора, где вовсю звучал аромат чая.       Элиза и Лемари сидели на одном диване, Хван и Эмиль — напротив. Ажурные чашки были наполнены чёрным чаем. В комнате царила атмосфера радушного дружеского приёма.        — Мы так и продолжим молчать? — задала вопрос Лемари, отпив немного чая. Всё это время Эмиль смотрел на неё, не отрываясь и улыбаясь.        — Я думал, Вы начнёте, мой гениальный и красивый друг, — по-лисьи прищурился Эмиль.        — Ха-а… Ваше Величество, Вы ведь изучили документы?        — Да, чуть ли не выучил их содержание. Гвинерва Олье очень глупа, оставив такие бумаги без присмотра.       — А их подлинность доказана?       — Конечно, я бы не стал доверять странным источникам.        — Тогда не думаете, что самое время сделать короля Олии своим должником? — ухмыльнулась Лери. Хван, сидевший рядом с Илем, задумчиво сложил руки на груди.        — Мы, конечно, спасём его от переворота. Но тогда и раскроется то, что мы похитили Рею. Независимо от причины, наша политическая репутация пострадает.        — Но никто ведь не говорил, что нам нужно это раскрывать, — глаза девушки блеснули.        — Хо-о? И что же Вы придумали?        — Ваше Величество, — Лери вздохнула так, как делают это матери, когда знают о лжи ребёнка. — Вы ведь уже знаете, что будете делать, хотите, чтобы я озвучила эти мысли?              — Ха-ха! — рассмеялся император, прикрывая свое покрасневшее лицо рукой. — Что правда, то правда. Прошу прощения.        — Так и быть, я их озвучу. Вы используете принцессу. Заставить её свидетельствовать сейчас ужасный поступок, но её побои — главный козырь. «Бедная принцесса подверглась избиениям, а когда не захотела выходить замуж за старого герцога, решила бежать! И заодно прихватила с собой доказательства, чтобы помешать злодеяниям матери». Какая ужасная история!        — И что же в эту историю хотите добавить?        — Когда я спасала её, пришлось ранить и Гвиневру, и того герцога. Жанье, вроде. Скажите, что они пытались помешать принцессе бежать, и она их ранила. Элиза, прошу, — после этих слов горничная достала маленький кинжал с тончайшим лезвием, обернутый в шёлк. — Я таким лезвием атаковала их, отдайте принцессе. Продырявленные колени герцога объясните его же мечом.       — Вы… ему колени продырявили? — император удивился и просто широкими глазами обвел каждого.        — Кхм, — девушка смутилась. — Это ведь не будет трудно?        — Ваша Светлость, в этом проблем не будет, — вмешался в разговор Хван, — но у нас есть проблемы в том, как заставить молчать участников заговора. Они будут утверждать о краже принцессы. Такие высказывания будут порождать сомнения уже в нашей истории. — после слов Хвана Лери кивнула Элизе.        — Король Олии очень добродушный человек. Его будет достаточно попросить заставить молчать всех тех, кто может проговориться. Поможем ему заставить особо вредных. — сказала Лиза.        — Я тоже считаю его слишком добрым для повелителя, но как Вы хотите это устроить? — Эмиль удостоил Элизу смиренным взглядом.        — Это, конечно, слишком, но все зависит от Её Высочества принцессы. Если король увидит, как избитая и униженная девочка просит помощи, его сердце дрогнет непременно. И тут можно заставить всех молчать, даже если придётся отрезать язык, — девушка говорила так спокойно и непринуждённо, словно о чем-то обыденном ведут беседу.        — Мы думали об этом, но до последнего надеялись, что не нужно будет впутывать принцессу, но такой вариант и вправду самый лучший и простой, — вздохнул Хван, задержав взгляд на Элизе. Но, в отличие от Эмиля, его был ласковый и добрый.        — Ваша задача, как братьев, поддержать её. А пока давайте я поговорю с ней об этом, — Лемари подняла руку, вызываясь на это ответственное дело.        — Я не против. Думаю, Итан тоже будет согласен, — выдохнул Эмиль. Он до сих пор не отводил взгляда от Лемари.        — А где сейчас герцог Эстер?        — Он вернулся в герцогство. У него ведь там осталась невеста, скоро у них свадьба, подготовка там, дела-дела. Но на суд явится, куда денется.        — Его Высочество женится? Не знала. Он, если так подумать, живёт очень скрытно. А кто невеста?        — Ирен Андвари, дочь герцога Андвари, скоро объявят, — ответил Хван, убрав серые волосы за острые уши.        — Что?! — Лери не сдержала эмоций, а потом смущённо опустила взгляд.        — Что-то не так? — Иль склонил голову на бок.        — Она повела себя дерзко и требовала присутствия на своём чаепитии после моего дебюта. Но мне пришлось отказать из-за кампании по спасению принцессы. И я не знала, что она помолвлена… Ещё и за принца! — Лемари прикрыла глаза, осознавая ситуацию. Вероятно, она потеряла сильного союзника.        — Не думаю, что Вы потеряли расположения моей невестки. Хотя женщина она отнюдь не глупая.        — Мне тоже не показалось, что она так проста, чтобы её задел обычный отказ, — подхватил мысль советник.        — Хм-м, вот как? — задумалась Лери. Это немного обнадеживало. Наступила небольшая тишина, каждый принялся за чай, пока тот окончательно не остыл. Но от того, что император до сих пор не сводит глаз с ведьмы, было неловко.        — Э-эм, леди Элиза, Вы столь хорошо понимаете политику, выросли в аристократической семье? — Хван немного неловко улыбнулся, покосившись на друга, из-за которого всем неуютно.        — Я из баронской семьи, но выросла в семье Лафренцо. Мы рано обанкротились, но чтобы не опозорить семью и госпожу продолжила обучение с разрешения герцога, — мечтательно улыбнулась Элиза, смутившись и прислонив ладонь к щеке.        — А чем занимались Ваши родители? — советник смотрел на императора, который все ещё сверлил взглядом ведьму, а та в свою очередь спокойно пила чай.        — Отец торговал многим, а моя мама — выдающийся врач, — девушка ответила гордо, заглянув прямо в глаза полуэльфа. Он явно засмущался.        — А Вы, случаем, не занимаетесь медициной?        — Знаю многое, — отвела взгляд горничная, — могу даже операцию провести.        — Э? Правда?! — по-настоящему удивился Хван.        — Да, господин советник, — ответила Лери, — я лично ручаюсь за способности Лизы. А Вы тоже врач?        — Только экспериментальный. В свободное время разрабатываю новые лекарства для рыцарей. Это меньшее, что мы можем сделать в благодарность за защиту.        — Как невероятно! — Элиза хлопнула в ладони, восхищенно посмотрев на парня. Оба залились краской. Это было забавно. Но император не сводит с ведьмы глаз. Беловолосая уже раздражалась.        — Ваше Величество, Вы хотите что-то сказать мне? — язвительно обратилась к нему герцогиня, ядовито улыбаясь.        — Всё жду, когда Вы потребуете то, зачем подписали контракт со мной. А все тянете и тянете. Набиваете себе цену? — хмыкнул парень.        — Не переживайте, как только закончим с Олией, я непременно Вами воспользуюсь, — теперь она открыто отвечала на бесстыжий взгляд голубых глаз. Хван вздохнул. Все попытки разрядить ситуацию прошли даром.        — Поверьте, я жду этого с нетерпением. Но сначала и вправду нужно уничтожить недостойных жить, — глаза императора блеснули наичистейшей ненавистью. Это именно тот взгляд, от которого ведьма ощутила мурашки по всему телу. С таким врагом долго не проживешь.       — Раз мы закончили на сегодня наше чаепитие, я бы хотела отправиться к принцессе, — на просьбу Лери Эмиль просто кивнул. Никаких промедлений. Чем быстрее ублюдки окажутся в заслуженной агонии, тем лучше.       

Ну разве это не прекрасно? Мы эгоистично используем друг друга.

***

       В саду, где повсюду росли гортензии, в беседке, которую обвивал пушистый плющ, сидела Минерелия. Она пила чай со сладостями, обнимая игрушку, и читала какую-то книжку. Две служанки стояли позади неё. Картина была столь мирной, что хотелось наслаждаться ей вечно. Девочка была невероятно красивой, похожей на фарфоровую куклу. Её прямые чёрные волосы лоснились, серые яркие глаза были пронзительными, а сама девочка была очень аккуратной. Она очень завораживала. «Насколько я знаю, все их матери были невероятными красавицами. Почему же принцы получились самыми обычными, а принцесса такой куколкой? Невероятно!» — подумала Лемари, пока шла к ней. К принцессе её сопроводила служанка дворца. Свою спасительницу Рея быстро заметила и встречала её с широкой улыбкой.        — Госпожа Лемари, добрый вечер! — голос девочки звучал звонко.        — Добрый вечер, Ваше Высочество, разрешите присоединиться? — Лери сделала реверанс.        — Угу! — она закрыла книгу и отложила её в сторону. Одна из служанок немедленно стала организовывать ароматный чай герцогине. Беловолосая села напротив, меланхолично и искренне улыбаясь. Ей нравилась принцесса. Этот прекрасный ребёнок не заслужил того, что пережил.        — Вы встречались с Илем?        — Верно.        — Вы… говорили о маме, да? — улыбка почти сошла на нет, а глаза Рея опустила, глядя на плюшевого кота в руках.        — Да… Ваше Высочество, нам нужна будет Ваша помощь. Разрешите я выскажусь.        — Я знала это, но… мне очень страшно, — она подняла взгляд на свою спасительницу, сощурив глаза, будто пыталась не заплакать. Вся боль, которую держала эта девочка, отразилась в сером тумане. Сердце Лери сжалось.        — Вы должны дать показания в суде, который мы откроем против дамы Гвиневры и… того герцога. Против всех, кто желал Вам зла… Иначе справедливости не будет, — Лемари говорила спокойно, но слегка с волнением. — Мы будем с Вами, я и ваши братья. Непременно всё получится. Но нам нужно сохранить факт того, что мы Вас выкрали. Придётся много лгать.        — Я хочу помочь… правда… Это все, что мне нужно сделать или?..        — Вы должны будете убедить короля Олии… заставить молчать тех, кто захочет сопротивляться нам… Не хочу Вам врать. В худшем случае, им не просто отрежут язык, даже вашей матери. Другого выхода нет, — Лери нахмурилась. Лучше пусть она будет готова заранее, чем потом узнает, что от неё утаили такое. Ведь её мать непременно будет той, кто лишится языка.       Девочка сжала игрушку до побеления пальцев. Несмотря на то, что творила с ней Гвиневра, она все ещё была мамой Реи. Девочка любила её. И осуждать за это было невозможно. Она всего лишь ребёнок, попавший под ужасные обстоятельства.        — Я-я должна буду обвинить маму, так? — голос Минерелии дрожал. Ведьма так и хотела сказать: «Не обвинить, а сказать правду». Лери жестом приказала уйти служанкам, а затем, сама сдерживая эмоции, коротко ответила простым «да». Принцесса заплакала сначала бесшумно. Крупные слезы с тихим звуком падали на стол. Лемари незамедлительно встала и села перед Реей на колени прямо на землю. Ей было плевать, если испачкается платье. Ведьма взяла в свои руки маленькие дрожащие пальцы девочки и ласково их погладила. Рея подняла взгляд на неё. То, что в них увидела девушка, поразило её всю. Боль, обида, отчаяние, надежда, унижение, благодарность — все чувства и эмоции перемешались в этой маленькой душе. Девочка тут же опустилась к Лери на пол и прижалась к ней как только могла и зарыдала во весь голос. Её дрожащее тело и пронзительный плач налили глаза ведьмы пеленой слез. Она спрятала лицо Минерелии у своей шеи, согнувшись так, будто прятала от всего мира. Словно этот крик души не должен был услышать никто другой.        Боль, которой поделились с Лери слезы малышки, останется отпечатком в её сердце навсегда. Но она подарит свободу Рее, уничтожив тех, кто заставил её страдать.