Да кто есть смерть?

В это самое время Гробовщик — как бы это помягче выразиться — едва сдерживал приступ искреннего смеха, и всё из-за того, что перед ним предстала поистине удивительная картина. Маленький граф Фантомхайв буквально-таки выступал перед ним с торжественной речью, всячески пытаясь выудить больше информации о недавних событиях в мире сверхъестественного. Но не это послужило причиной едва сдерживаемого веселья. Позади юного аристократа, нервно переминаясь с ноги на ногу и наивно полагая, что в тени колонны его не заметят, стоял небезызвестный дворецкий. Тот самый элегантный джентльмен дьявольски усердно пытался отвести взгляд от хозяина ритуального заведения, словно не узнавая старого знакомого. »То-то же он не заговаривал со мной вот уже несколько веков!« — с пониманием подумал седовласый. »А я-то, глупец, думал, что ко мне просто охладели с годами«. Видимо, некоторая избирательная амнезия настигла не только его дражайших жнецов, но и этого изысканного демона. Весьма любопытно. А что же, неужели вы полагали, что у Гробовщика не имелось вековой подружки? Разумеется, демон не столь светловолос, как приятель Гарольда, но скуку древнего существа он скрашивает уже ой как давно — добрых несколько столетий, если не больше. История их знакомства, по правде говоря, была довольно странной — впрочем, как и все значимые истории того бурного времени. Да и сами герои не блистали тем, что можно было бы назвать нормальностью. Если бы вы попросили графа Фантомхайва высказать своё беспристрастное мнение о подобных личностях, он бы определённо сказал, что они.... скажем так, весьма своеобразны. Гробовщик.... хотя нет, пожалуй, не совсем так. Лучше начать с самого начала. Ещё не Гробовщик в те далёкие, стародавние времена — а сама Смерть во всём своём древнем величии — всегда с неподдельной радостью расхаживала по земле, наблюдая за человеческими делами. Не обходилось, конечно, без мелких неприятностей и недоразумений, но что не поделаешь ради встречи с одним весьма интересным гостем, что ступал по встречающимся на пути поселениям, оставляя за собой.... любопытнейший след. Смерть, как известно, ходит повсюду — таков её удел и предназначение. Кажется, именно в тот раз это была неприметная румынская деревушка, затерянная среди холмов Валахии. Его издавна привлекали людские страсти во всех проявлениях, и сия местность не стала исключением. Ведь где страсти — там и смерть недалеко. Наряд древнего существа мало чем отличался от нынешнего: седые, длинные, нарочито спутанные волосы, живописно закрывающие лицо, да чёрный просторный балахон, целомудренно скрывающий тело. Классический образ, проверенный веками. Тогдашнее время отличалось лишь тем, что он не столь тщательно скрывал свою дорогую возлюбленную — Косу Смерти. Поэтому общий образ дополняла элегантная в своей зловещности тросточка с изысканным набалдашником в виде тернового черепа. Зачем понапрасну пугать простых людей, пока час сенокоса ещё не наступил? Как уже говорилось ранее, люди и их замысловатое общество его весьма привлекали. Да, неземной шарм мёртвых тел он по-прежнему горячо любил, но и у живых существ находились свои неоспоримые прелести. Можно сказать, что он даже начал их своеобразно коллекционировать, тщательно делая записи о каждом встреченном, создавая архивы. Подобно тому, как жнецы также составляли и сохраняли подробные записи о всех, кто когда-либо был и будет причислен к посмертным. В нынешней же деревушке на первый взгляд не наблюдалось ничего особенного. Как, впрочем, и на второй. Обычное поселение, обычные люди, обычные заботы. Однако едва уловимый, но безошибочно узнаваемый запах демона наводил на определённые размышления. По всей видимости, тот не предавался откровенному бесчинству, но и безгрешным назвать его было решительно нельзя — чего, собственно, и следовало ожидать от представителя подобной породы. Пройдя чуть вглубь поселения, Смерть собственными ушами увидела, что демон, движимый молодостью и неопытностью, решил промышлять пожиранием душ соблазнённых им девиц. Весьма банальное занятие для его сорта, надо сказать. Не требовалось подходить слишком близко, чтобы услышать, как из ветхого домишки на окраине раздаются приглушённые, но красноречивые звуки. Стоны, вздохи, шорохи.... всё то, что обычно сопровождает подобные.... встречи. А заглянув в оконце — что Смерть из любопытства и проделала — можно было услышать поистине занимательное зрелище. Разметавшиеся рыжие локоны юной особы, которую теперь уж точно местные жители обвинят в связи с нечистой силой, живописно лежали на простой холщовой простыне. Какая горькая ирония заключалась в том, что недоучившиеся инквизиторы окажутся правы в своих подозрениях, но никогда не узнают, сколь буквально она »якшалась« с демоном. Затуманенные глаза девушки, на мгновения ставшие мёртвыми для окружающего мира, невидяще смотрели в такие же бездонно пустые — вот только эта пустота была вечной. Яркие, пылающие алые глаза демона, способные выжечь душу одним взглядом, в то же время дарили столь сладостное, губительное наслаждение. — Девочка, посмотри на меня, — твёрдо, почти приказным тоном произнёс он. И это веление тут же было беспрекословно исполнено. Она пыталась удержать себя в рамках приличий, пыталась сохранить хотя бы каплю своей человеческой скромности и достоинства, но всё разбивалось в прах, тонуло в глубине глаз, постепенно наливающихся зловещей фуксией. Демон принуждал её смотреть на себя, не давая отвести взгляд. Ласковое в своей обманчивости лицо приближалось всё ближе к другому, внимательно вглядываясь в заплаканные черты. Одна из его рук решительно скользнула по изящной шее, затем принялась нежно поглаживать влажную щеку большим пальцем, не позволяя оторваться от гипнотического взгляда. Другая рука медленно вела по обнажённым бёдрам, удерживала, помогая сохранять размеренный ритм. Громкие, прерывистые вздохи приносили обеим сторонам очевидное удовольствие. Она тихо скулила, окончательно сломавшись под напором нечеловеческих чар, молила о большем, о продолжении этого сладостного кошмара. Она задыхалась, чувствуя горячее дыхание у себя на коже, ощущая, как реальность расплывается по краям. Ловкие пальцы скользили всё ниже, останавливаясь на мягкой груди. Сердце колотилось от непривычных прикосновений. Острые ногти медленно впивались в нежную кожу, оставляя тонкие кровавые следы. Она вздрагивала всем телом, трясясь от нарастающего желания. Он же продолжал безжалостно вбиваться, каждым движением приближая её к грани. »Такая хрупкая, такая уязвимая, такая жалкая....«, — мог размышлять демон, наслаждаясь властью над человеческой душой. Тяжесть чужого тела, прикосновения горячей кожи — всё это охватывало её всё сильнее, затягивая в воронку наслаждения и погибели. Черноволосый демон даровал неописуемое блаженство, которое в конечном счёте будет оплачено самой жизнью. Такова цена сделок с нечистой силой. Он довёл несчастную до самого предела, на этом завершив свою тёмную работу. Осмотревшись и мельком взглянув в окно — где заметил подозрительную фигуру в чёрном балахоне — он тут же принялся торопливо приводить себя в порядок. Если честно, Смерть никогда не понимала подобных любовных ухищрений и демонических уловок, поэтому вся ситуация представлялась ей весьма курьёзной. Зачем такие сложности, когда можно просто.... взять и забрать душу? Демоны — странный народ. А Себастьян.... хотя нет, пожалуй, не совсем так. Лучше сказать правильно. Ещё не Себастьян на те далекие года — просто молодой демон, не так давно покинувший преисподнюю — заметив фигуру почтенного старца, направляющуюся прямо к его временному пристанищу, решил проявить максимальную учтивость с нежданным гостем. Авось, подумал он, удастся усыпить бдительность, дождаться естественной смерти от старости, да и полакомиться на славу.... План, надо сказать, вполне разумный для демона его уровня. Именно поэтому он поспешно выпроводил приходящую в себя после »встречи« даму через заднюю дверь. Наспех отряхнувшись и придав лицу выражение невинности, он вышел на скрипучее крылечко: — Ну здравствуй, дедушка, — радушно поприветствовал он. — Не желаешь ли чаю с дороги? Услышав столь фамильярное обращение, Смерть слегка опешила, но вскоре вспомнила, как именно сейчас выглядит в глазах, и решила подыграть своеобразному демону. — И тебе не хворать, молодой человек, — ответила он, не сумев сдержать тихого смеха. Игра обещала быть увлекательной. . . . . Что же произошло дальше в той румынской деревушке столетия назад? Но пока граф Фантомхайв продолжал свои расспросы, а Гробовщик продолжал сдерживать смех, наблюдая за попытками Себастьяна слиться с тенью.