Окрылённый

Юноша сидит на кровати и читает книгу, что взял в библиотеке. Солнце клонилось вниз и вечер скоро перейдет в ночь. Подозрительная тишина царила уже второй час. Да и пернатый не объявлялся. Парень задумчиво прошелестел страницей, понимая, что уже несколько минут читает одну и ту же строчку. Сосредоточенность сошла на нет. Какая-то тревога в груди поселилась. Такое бывало при будущей неприятности. Да и слова Птицы об однокласснице отчеканились явно, что их забыть уже нельзя. Шум за окном отвлек от задумчивости. Сережа не спеша поднялся с кровати, дабы размять конечности и подойти посмотреть на источник звука. Резкое головокружение сбило с пути. Разумовский пошатнулся, пытаясь зацепиться рукой за стол. Предметы попадали на пол. Парень выругался. Слишком неожиданно затошнило. Холод распространился рядом с левым ребром. Ладонь закрыла рот. Сергей распахнул дверь и выбежал из своей комнаты. До туалета, благо, было близко. Почти влетев в кабинку, Сергея стошнило. Красные капли потекли с уголков рта. Сережа с ужасом обнаружил кровь, а боль в боку заставила согнуться. Он кое-как через несколько минут оклемался. Неизвестный приступ прошел, будто его и не было. Но теперь Сергей знал точно, с Птицей что-то случилось. Наверное понимание подсознательно пришло. По приходе в комнату, на верхней полке Разумовский нашарил аптечку. Как-то раз взял без разрешения и не вернул. Руки от непонятной паники задрожали, когда парень попытался распределить всё содержимое на столе. Он не знает, что происходит, да и разбираться не хочет. Ворону нужна помощь и Сережа знал об этом. Чувствует всем нутром. В дверь тихо постучали. Сережа удивлённо уставился на неё, не зная кто это. Обычно Птица просто проходит без стука или уже в комнате находится. — Войдите. Дверь распахнулась, явив не шибко приятную картину. Птица держался за левый бок, сам он выглядел уставшим и разбитым морально. Ссадины и порезы отразились на его лице. Сережа подбежал к пернатому, свободную руку его перекинул через свое плечо, поддерживая. — Я и сам мог.— Скривился болезненно ворон и зашипел от соприкосновения крыла с полом.— Поаккуратнее можно?— Сережа лишь закатил глаза и поджал губы, чтобы не расплакаться. Он как можно плавнее дошел с другом до кровати и помог сесть. Разумовский положил ладони на щеки Птице и прямо взволнованно взглянул.— Отцепись.— Язвит обессиленно ворон, понимая, что больше не сможет ничего другого выразить. Слишком неловко от такого взгляда. Сережа отрицательно мотает головой и отстраняется. Птица расслабляется немного и шипит от боли в крыле. — Походу крыло вывихнул.— Пернатый любопытно осматривается, пока Сережа запирает плотно дверь. От внимания Птицы не укрывается приготовленный ассортимент аптечки.— Готовился что ли?—Сережа рассеянно пожимает плечами и берет ватку с перекисью. Над вороном возвышается тень, а затем Сережа придвигает стул к нему и садится. Птица фыркает и голову отворачивает, не дав себя полечить. Не хочет он получать помощи от кого либо. — Птица, ну пожалуйста.— Тянет гласные умоляюще и получает озорной смешок с шипением. Птица всё же подставляется под лёгкие касания. Парень усердно и аккуратно проводит ваткой по ранам, стирая кровь попутно. Он настолько увлечен занятием, что прикусывает язык. Пернатый наблюдает за таким серьёзным личиком, за ещё детской внешностью. Замечает в уголке губ красные высохшие дорожки. Птица хмурится и хватает парня за подбородок. — Откуда? — Твои раны не проходят бесследно.— Парень указывает взглядом на стол и дальше продолжает своё дело.— Так что мы связаны даже слишком. — Я не знал.— Тускнеют черты лица и тени под глазами появляются. — Ты и не мог. Но теперь знаешь.— Останавливает парень от лишних мыслей, немного успокаивая. Своего волнения от такой реакции он не выдаст. Сережа обрабатывает перекисью последнюю рану в районе губ.— Больше не надо драться. Я переживаю.— Он задумчиво рассматривает ошарашенные янтарные глаза и закусывает нервно губу. — Так, с этим покончено. Теперь крыло. — Нет, спасибо конечно, но дальше я сам. — Дай мне помочь. — Я же сказал, что сам. — Но вдруг… — Нет.— Отрезает строго и враждебно, прослеживает за погрустневшим Сережей. Тот отходит к столу и собирает потихоньку всё в аптечку. За спиной слышатся шуршания и кряхтения. Несколько попыток Птицы остались тщетны, а крыло начинает ныть сильнее. Он сдается с пятого раза и виновато опускает взгляд.— Помоги.— Разумовский расплывается в довольно улыбке, но сразу принимает сосредоточенный вид. Торопливая походка всё равно выдаёт с потрохами. Он залезает на кровать, встаёт на колени за спиной Птице. Плечи напрягаются, и парень с интересом наблюдает за неподвижным крылом.— Возьмись за плечо крыла…— После нескольких уточнённых вопросов и раздраженных вздохов пернатого, Сережа мягко берется за крыло.— Нежнее. — Готов? — Да.(Нет) Сережа не ждёт Птицу, а сразу вставляет сустав где ему самое место. Пернатый приглушенно вскрикивает, кусая руку. Крыло отдаётся болезненной пульсацией по спине. Разумовский наблюдает за ним и в мыслях возникает желание погладить. Внутренний тормоз уже твердит, что так делать не нужно. Рука погружается в оперение, чувствуя его мягкость. Птица замирает, а после дёргается и почти выгибается от прострела приятного ощущения. Пернатый скрывает крылья, дабы не выдавать себя. Рано ещё. Сережа изумлённо смотрит на реакцию, ещё держа руку на весу. — Я же просил.— Рыкнув в ответ и противоречиво зло нахмурюсь, Птица испаряется в воздухе. Пернатый понимает, что нельзя так поступать. Ничего не может с собой поделать. Напоследок ворон оставляет презент своему другу в знак благодарности. Чёрное пёрышко летит вниз и падает прямо на колени юноше. Улыбка окрашивает губы, пальцы поглаживают пух, как бы делали это с крылом.