Святая четвёрка

      Как и обещал, Мартин приезжал к Барбаре по каждому её звонку, но его терпению подходил конец, ведь он живёт в другом районе.       Девушка старалась не выделяться из толпы и быть максимально незаметной и осторожной. Перед тем, как завернуть за угол, она начала поступать так, как полицейские — не заворачивать сразу, а идти по большей траектории, чтобы видеть, не прячется ли кто-то за углом. Её стиль одежды с яркого и модного стал черным и почти готическим. По институту пошли слухи, что она вступила в секту или в банду го́тов. На всё это Барби смеялась и шутила, что решила кардинально изменить стиль.       Спустя несколько дней после встречи с Мартином, они вместе направились в парикмахерскую. Парень пытался её отговорить от настолько радикальные изменений, но девушка была непреклонна.       — Может, какой-нибудь более-менее натуральный цвет? — он покосился на неё через зеркало в парикмахерской, она решительно посмотрела на него так же через зеркало. — Может, рыжий? — неуверенно спросил он.       — Нет, — на её лице появилась хитрая улыбка, — розовый. С пятнадцати лет мечтала, — Конте откинулась на кресло и расслабленно закрыла глаза, представляя парикмахеру полную свободу действий с её волосами.       Спустя каких-то полтора часа с зеркала на Барбару смотрела совсем другая девушка. Розовые прямые волосы падали на плечи, еле прикрывая ключицы. Зелёные глаза так ярко выделялись на лице, будто на совсем другом. А ведь девушка всего-то сменила причёску и цвет. Она оглядела себя с боку, с одного и с другого, и довольно улыбнулась. «Теперь только попробуй найти меня, Дамиано, » — злорадственно подумала она, и расплатившись, довольная результатом, вместе с другом вышла из здания салона красоты.       На девушку были обращены несколько удивлённых взглядов, чаще детей или пожилых людей, которые были удивлены её ярким и одновременно темным образом. А она смеялась и держала Мартина за руку, заставляя его вместе с ней посмеяться с её какой-то очень остроумной шутки. В толпе Барбара увидела знакомое лицо хама. Она сначала подумала, что ей показалось, но вряд-ли она его когда-нибудь забудет. «Томас!» — молнией пробежало у неё в голове. Она встала, как вкопанная, тупо замерев на месте и внимательно следя за подозрительным объектом. Она молилась, чтобы он её не заметил, но Раджи будто чувствовал её внимательный взгляд и по случайности посмотрел прямо на Конте. Прямо ей в глаза. Всё её нутро говорило ей: «Беги!», но страх сковал тело в свои цепи. Мартин, все остальные люди из толпы будто пропали, и остались только Томас и Барбара. Он без всякого стеснения начал внимательно её рассматривать, а в его взгляде явно читалось опознание. Он точно узнал её. Том улыбнулся краешком губ и приветственно, но будто язвительно поднял руку вверх, здороваясь с Барбарой, а потом так же резко затерялся в толпе, как и появился. Барбара будто вышла из транса и, дёрнув шокированного Кваттроки за руку, побежала в толпе, как ей казалось, в противоположную сторону от неожиданно появившегося знакомого.       Только тогда, когда Конте вместе с другом уселись в автобус, она смогла отдышаться, а он смог наконец-то задать так много вопросов, которые его интересовали.       — Что случилось?! Почему мы побежали?! Тебе махал парень из толпы, ты его знаешь?! Да что, чёрт возьми, происходит?! — сначала он говорил тихо, но с каждым вопросом повышал голос, и в конечном итоге какая-то бабка стукнула его сумкой за то, что он орал на весь салон.       — Погоди… Всё по… порядку, — Барбара говорила на удивление спокойно, но прирывисто из-за сбившегося дыхания. — Но не здесь. Слишком… много ушей.       — Если я умру от нетерпения, это будет на твоей совести! — Мартин надулся, прям как девчонка и скрестил руки на груди.       Барбара мысленно закатила глаза и отвернулась от друга, через окно наблюдая на одинаковыми пейзажами.       Через несколько минут молодые люди вышли на остановке и направились домой к Барбаре, а её саму сопровождало липкое чувство преследования. Оно не отступало ни на миг, но Конте решила проигнорировать свою интуицию и, возможно, зря. Она часто оглядывалась, но заставляла себя не делать этого, ведь это могло выглядеть странно. Девушка просчитала, что ей кажется из-за недавних впечатлений. Всё таки появление мафиозного знакомого было слишком неожиданным.       — Теперь ты мне расскажешь?! — вскрикнул Мартин, как только перешагнул порог квартиры, а Барбара закрыла дверь на замок.       — Да, пойдём на кухню… — девушка вздохнула.       Когда молодые люди уселись каждый уже на свои места, парень уставился на девушку нетерпеливым пожирающим взглядом, она начала свой рассказ.       — Парень, которого я увидела в толпе, — она сглотнула застрявший в горле комок, — это один из мафии. Его вроде зовут Томас, но это не важно, — Барб, будто испугавшись, начала бегать глазами по интерьеру кухни. — Важно то, что он меня увидел и узнал.       Мартин шокированный сидел и смотрел в одну точку.       — Но как?! — он повысил голос от большого удивления. — Даже я бы тебя не узнал, но он! Он видел тебя пару раз в жизни!       — Не знаю я! — Барбара тоже повысила голос. — Вдруг у него мега-память или какая-то супер способность!       — Ладно, спорами мы ничего не решим, — Кваттроки сложил руки перед собой на столе в замок. — Значит так: ты переезжаешь ко мне.       — Но почему?! — вспыхнула девушка.       — Потому что во-первых, мне надоело туда-сюда мотаться! Ты же знаешь, что я живу не близко, — Кваттроки прочистил горло. — Во-вторых тут уже не безопасно. Эти люди знают о тебе всё. Меня они не знают.       — Хм… — Барбара задумалась. Его аргументы звучали убедительно, но ей всё равно не хотелось съезжать с квартиры, которая стала почти родной. — Ладно, убедил. Когда?       — Завтра.       — Как завтра?! — Конте в панике забегала. — Надо прямо сейчас звонить хозяйке и договариваться! И вещи собирать!       — Не суетись. Я помогу. Звони хозяйке, а я начну собирать вещи.       Барбара тепло улыбнулась и крепко в благодарность обняла друга. Тихо прошептала: «Спасибо, ты лучший.»       Договорившись о встрече с Лилой, пожилой женщиной, хозяйкой квартиры, Барбара была очень довольна результатом. К счастью, старушка была понимающим и неконфликтным человеком. Конечно, Барби не стала рассказывать правду о том, что её преследует мафия, и пришлось придумать красивую легенду о том, что Мартин — её молодой человек, и она переезжает к нему. Как и все бабушки, Лила много охала и ахала, желая счастья молодым. Женщины договорились о завтрашней встрече в районе семи часов вечера.       Вещи почти собраны, и Барбара сидит на большом чемодане, с теплотой оглядывая старую, но уютную комнату, которую она покинет навсегда. Эта квартира встретит и приютит ещё много людей, и каждый оставит свой след в истории этого жилья, и это же сделала и Барбара Конте. Пока Мартин пытался договориться с хозяином квартиры, почти умоляя его, Барб чуть смеялась, прикрыв рот ладошкой, чтобы не выдать себя. В конце концов, парень смог уломать угрюмого мужчину, и завтра будет ночевать уже в другой квартире.       Спустив чемодан, в ожиданий самой Барбары, Мартин решил отойти чуть в сторону и закурить. Время было позднее, ведь милая хозяйка квартиры за чаем уболтала Барбару на несколько часов. Не успел он щелкнуть зажигалкой, как почувствовал, как сильные руки прижали его к стене. Это был высокий, большой человек, точно больше него. Казалось, это был не человек вовсе, а какая-то горилла.       — Ну привет, — голос раздался чуть в стороне, поэтому Мартин понял, что говорит не «великан».       — Кто ты?! — смело крикнул Кваттроки в пустоту, зазывая незнакомца, но тот остался в тени.       — Не твоего ума дело, — Безразлично ответил тот. — Мартин Кваттроки?       — А вот не скажу! — он зачем-то дразнил людей, приставших к нему.       — Окей, — тон неизвестного был спокоен и даже безразличен, — Горилла, карманы, — после этих слов, Март почувствовал, что теперь его держат одной рукой, а другой откровенно лапают всё тело. Он дернулся в попытке убежать, но это было бесполезно.       Из внутреннего кармана его кожанки громила вытащил паспорт и протянул его своему хозяину.       — Нашёл, хозяин, — голос этого большого человека был настолько низок и груб, что Мартину начало ещё больше казаться, что это обученная говорить, умная горилла.       — Благодарю! — этот искренне благодарный тон вызвал в «заложнике» удивление, ведь обычно с охранниками и телохранителями, по крайней мере такими большими людьми, обращаются грубо, но здесь не было и намёка на грубость. — Мама не учила, что врать плохо? — голос из темноты был насмешливым. — В общем так: есть предложение. Пройдем в машину.       — Мама учила, что нельзя садиться к незнакомцам в машину! — продолжал перекривлять неизвестных людей Кваттроки.       — Молодец, один урок жизни усвоил. Горилла, дай ему затрещину, чтоб заткнулся, — Мартин уже почувствовал, как одна рука его отпускает и заносится над его головой. — Эй, не сильно! Ты же убьёшь его! — неизвестный будто переживал за него, но это было не так: ему всего лишь что-то от него надо. Тем временем рука сзади опустилась, и парень ощутил не очень сильный, но весомый удар. Его вели, поэтому он чуть остановился, справляясь с наступившим головокружением.       Незнакомец учтиво открыл дверь машины, а громила не очень учтиво толкнул Мартина в спину. Машина была не заведена, поэтому лампочка не включилась, оставляя лицо незнакомца в тени. Мартина сковал искренний страх. Никто не спасёт его в бедном районе Рима. Никто даже не заметит черной машины в тени. Барбара выйдет ещё не скоро, ведь болтливая старуха может задержать её хоть на часы. Вдруг парень вспомнил, что он оставил чемодан подруги прямо у подъезда.       — Я оставил чемодан свой подруги! — Кваттроки чуть не подскочил на месте.       — Не переживай, телохранитель за ним присмотрит, — неизвестный, был очень спокоен. — Давай к делу. У меня к тебе сделка. Я тебе буду платить, а ты мне будешь докладывать информацию о Барбаре Конте.       — А, ты тот самый Дамиано! — в машину проскользнул лучик лунного света и тут же скрылся, но этих секунд Мартину хватило, чтобы увидеть недовольный, даже злой взгляд через зеркало заднего вида, обращённый на него.       — Ты уже знаешь…       — Знаю! И я отказываюсь! Я не стану предавать подругу детства ради денег!       — О каком предательстве ты говоришь? Ты просто будешь говорить мне чем она занимается, где ходит… За любую плату. Тебе же не хочется жить в обшарпанной квартирке и питаться одной лапшой быстрого приготовления? Одеваться в Секонд Хенде, писать за богатеньких Буратино курсовые ночами напролёт и искать поденные подработки?       Деньги очень беспокоили Мартина. Предложение звучало слишком заманчиво, и алчность внутри Кваттроки поддакивала, чтобы он согласился. Но совесть кричала обратное. Впрочем, он никогда не был честным человеком, поэтому тихий крик своей совести он не услышал…       — Как часто ты мне будешь платить? — Мартин встал на его сторону и сразу перешёл к деталям.       — Два раза в неделю. Среда и воскресенье. Вечером. Ты мне информацию — я тебе деньги.       — По рукам. Но… ты можешь ответить мне на пару вопросов? — это было очень наивно, но парень всё равно надеялся на ответ.       — Задавай, но не обижайся, если не отвечу, — на удивление, Давид согласился.       — Зачем она тебе?       Дамиано молчал в раздумиях. Сердцебиение участилось, а на лице появилась теплая улыбка от воспоминаний об этой девушке.       — Я люблю её, — это заявление было слишком резким и неожиданным, возможно, глупым, но именно так себя чувствовал Дам.       — Тогда странные способы у тебя.       — А это уже не твоё дело.       — Я не хочу наглеть, но прошу аванс.       — Ах ты хуй с ушами… — Дамиано всё же потянулся за кошельком.       — За оскорбление доплати.       Дамиано был возмущен, но промолчал, не желая снова платить за оскорбление. Протянув Мартину несколько крупных купюр, Давид грубо бросил:       — А теперь вали из машины.       Довольный Кваттроки послушно покинул машину и, дружелюбно помахав громиле на прощанье, направился в сторону подъезда. Через пять минут на улицу выбежала ничего не подозревающая радостная Барбара.       Дамиано наблюдал за ними, а точнее за ней. На его лице была теплая улыбка, которую он может подарить, наверное, только ей.

***

      Две недели Мартин докладывал Дамиано информацию о Барбаре. Его фамилия оправдала его сущность. «Четыре глаза». При Барби он показывал «одну пару своих глаз», будучи милым добрым другом, который поддержит в любой ситуации и любую идею, а отворачиваясь от неё, появлялась «другая пара его глаз» — алчная, лживая, жестокая…       Давид знал о Барб всё, о чём хотел знать. Он будто и есть она сама. Его план был лёгок и банален, но реален.       Он знал путь, по которому идёт Барбара в институт и обратно каждый день. Дорога была пустынной в тот день. По тротуару шла лишь одна маленькая тонкая фигура девушки, смотрящей в телефон. Она случайно подняла взгляд и заметила его. Первой мыслью было бежать, но его не совсем беспомощный вид, скорее безопасный заставил остаться на месте и смотреть, что будет дальше. Некая смелость появилась внутри Барби. Дамиано сделал маленький несмелый шаг ей навстречу. Будто подходит не к любимой девушке, а к дикому котёнку, боясь его спугнуть и упустить. К его счастью, она осталась стоять на месте. Он сделал ещё шаг, чуть смелее, и ему это начало казаться сном, но Барбара отступила назад. На его глаза навернулась одна слеза.       — Пожалуйста, не уходи!.. — он слабо кричал ей, надеясь что она не уйдёт, — умоляю… — он никогда никого не умолял, но тут был готов опуститься на колени, что и сделал.       Барбара смотрела на него шокированно, но как скованная осталась стоять на месте.