Святая четвёрка

      Томас и Барбара очень неплохо сдружились за эту ночь. Они обсуждали всё и всех на свете. Девушка узнала для себя много полезной информации о ребятах, которая может помочь ей в будущем, а может оказаться совершенно бесполезной. Например, Виктория не любит розовый и фиолетовый; Итан умеет делать расклады таро и спит на спине; у Томаса есть домашний питомец — пиранья; Дамиано очень любит кошек; самый большой страх Томаса — утонуть; Дамиано боится головокружения.       Итан показался Барбаре очень интересным человеком, поэтому она буквально умоляла Томаса рассказать, но тот постоянно отнекивался, мол, у него уже язык устал. Но он же не знал, что Барб настолько настырная, что скорее вывела парня из себя, и он всё-таки начал свой рассказ.

***

      Родители Итана очень уважаемые люди, которых все уважают и благодарят, ведь они почти буквально спасение всей мафиозной паутины. Из-за этого они очень мало внимания уделяли своим детям, а их было трое: старшие близняшки Элеонора и Лукреция, и младший Итан. Старшие сестры заменили мальчику родителей, хоть и они очень часто ссорились. Несмотря на трудности в детстве, которые заключались в практическом отсутствии матери, Итан вырос добрым парнем, который очень любит животных и природу в целом. Однажды у него даже была домашняя курица, которую, к сожалению, съела лиса.       Главная особенность Торкио — его длинные волосы, которые многие считают неправильным у парней. Из-за этого его считают чудаком и не понимают, но парню, мягко говоря, всё равно. Волосы он начал отращивать с десяти лет, попросив прислугу не отстригать их. Ещё он любил играть в куклы Барби, и это стало плюсом к тому, что все его называют девчонкой. Одноклассники смеялись над ним: «Тебе бы найти девушку с короткой стрижкой, и вы будете идеально дополнять друг друга!» На это юному Торкио тоже было всё равно.       Вопреки его худшим ожиданиям, от девушек не было отбоя. Наверное, не только из-за необычной внешности парня, но из-за его доброго и милого характера. В отличие от большинства детей богатеньких родителей, он вырос не избалованным, а даже наоборот. Заботливый, осторожный, он всегда придёт на помощь и вскружит голову своими превосходными манерами.       Однако, есть ложка дёгтя в бочке меда. И этот дёготь заключается в тяжёлом одиноком детстве, наполненном страхами и тревогами, от которых ребенка может спасти только мама. Хоть сестры и были всегда рядом, мальчику нужна была мама. Кроме положительных вышеперечисленных качеств, в нём выросли и другие: подозрительность, недоверчивость, иногда случались резкие вспышки агрессии, которые Итан тщательно, но тщетно пытался убить в себе.       В голове до сих пор крутятся бесконечные обещания мамы, что она поиграет с ним, поговорит или хотя бы просто уделит время. «Я сейчас занята, Итан, приходи позже, » — так она говорила всегда. Это «позже» никогда не наступало, ведь мальчик знал, что мама освободится только к ночи и будет его ругать, если в такое время он будет ещё не в постели.

***

      — Мам… — в дверном проёме показалась голова маленького мальчика в пижаме. За спиной он прятал свою любимую куклу с розовыми волосами и ярким макияжем. На неё было надето блестящее короткое платье в стиле диско.       — Итан, — женщина поздоровалась с сыном, даже не поднимая глаз с бумаг, продолжая делать какие-то пометки в блокноте.       — Может, поиграем? — несмело предложил младший Торкио, зайдя в комнату чуть дальше и вытащив куклу из-за спины.       — Прости, сынок, я занята, — мать семейства продолжила внимательно вчитываться в документы и тихо чертыхнулась, видимо, обнаружила ошибку, — Попроси Лидию, она с тобой поиграет.       — Но мама… — Итан грустно опустил взгляд, — Мы уволили её две недели назад, — ведь эта женщина была дорога Итану и близка, как родная бабушка. А всего лишь оставило её без работы собственное любопытство.       — Правда? Вот ведь время быстро идёт! — только сейчас Торкио подняла взгляд и то, не на сына, а на часы. — Кстати о времени, уже поздно, тебе пора спать.       Мальчик хотел попросить маму, чтобы она хотя бы посидела рядом с ним, пока он не уснёт, не говоря о том, чтобы почитать сказку. Но так и не решился, зная, что мама в любом случае откажется. У неё ведь так много работы! Но ведь какая-то работа может почти полность перекрыть кислород и доступ к любимой семье?

***

      Итан вернулся со школы и кинул рюкзак куда-то в сторону. Всё равно прислуга уберёт. Развязал тугой пучок волос и тихо облегчённо вздохнул. Иногда он задумывался, какой чёрт ему на ушко нашептал волосы отращивать. Но ему нравились свои волосы. Льстило то, что даже девочки спрашивали у него совета по уходу за волосами. Хоть мальчики и смеялись над ним, парень замечал некоторое уважение в их глазах. Скорее, уважение его смелости. Другой бы не решился не только из-за того, что «волосы — девчачья штучка», а из-за страха насмешек. А Итану было просто всё равно.       Проходя дальше по широкому коридору, он заметил Лукрецию, которая прятала свой нос за ладошкой. Хоть Элеонора и Лукреция были близняшками, брат легко отличал их. Элеонора ходила с выражением лица «мне насрать» и носила свободную одежду, волосы всегда были распущенными или собранными в хвост, а Лукреция была почти полной противоположностью сестры — веселая и активная, любила одежду, которая подчеркивает её фигуру, а волосы превращала в искусство.       — Что ты там прячешь? — любопытно и весело спросил Ит у сестры, которая вздохнула от успуга, а потом выдохнула с облегчением, увидев перёд собой брата.       Девушка огляделась по сторонам и, убедившись, что кроме них в коридоре никого нет, убрала ладонь с лица, показывая свежий прокол в носу. Глаза младшего Торкио округлились от удивления и восхищения. В его взгляде промелькнуло уважение и какой-то намёк на радость. Очевидно, ему понравилась такая новинка в сестре. Да и сама она была рада, что он понял и с радостью принял её.       — Только родителям не говори, окей? — попросила с улыбкой Лукр, склонив голову немного набок.       — С той частотой, с которой они обращают внимание, они заметят это только к твоим годам девятнадцати, если не больше. Тогда ты можешь сказать, что уже взрослая, и тебе можно, — парень рассмеялся, а потом его настрой подхватила сестра, и теперь они вместе шли по коридору и смеялись со всякой ерунды.       — Пойдем в мою комнату, я тебе кое-что покажу! — Лукреция заговорщицки подмигнула Итану и повела в сторону своей двери.       Перед взором парня предстала большая картина, на который так-сяк была изображена вся семья Торкио на фоне их гостиной. Лукреция призналась, что рисовала вместе с Элеонорой, и изображение папы и мамы они срисовывали с фото, потому что толком не помнят, как они выглядят.       Как же, однако, круто, что у Итана есть такие крутые сёстры!

***

      — Ма-а-ам, — привычно протянул Итан, зная, что получит ответ вроде обычного вопросительного мычания только спустя минуту, — я барабанщик в музыкальной группе, знаешь?       — Это, конечно, прекрасно, сын, но не пора бы подумать о чем-то серьезном? — как обычно диалог превращался в дискуссию о серьезном и будущем. — А у тебя всё ветер в голове!       Итан даже не хотел продолжать это. Парень просто хотел поделиться с матерью своими достижениями, хотел получить поддержку и похвалу, но в итоге всё снова начало выливаться в скандал. Младший Торкио развернулся и решительно вышел из комнаты резкими широкими шагами, хлопнув дверью.       — Ты чего творишь?! — по пути парень чуть не врезался в отца, вызвав у того раздражение.       — Прости, отец. Я случайно, — виновато выдавил из себя Итан, пытаясь сдерживать гнев.       — Ты снова поссорился с матерью? Что на этот раз? — отец всегда чувствовал сына лучше, чем мать и тут же понял, что что-то здесь не так.       — Ты тоже не поймёшь меня, — разочарованно пробормотал парень и отвернулся от отца, скрестив руки на груди. Тогда он получил удивленный и ещё более настойчивый взгляд, — я стал барабанщиком в группе, — под давлением он всё же рассказал, а мужчина в ответ разочарованно вздохнул:       — Прости, но я согласен с мамой. Это не то, чем ты должен заниматься в этом возрасте. Пойми, мы уже не молоды, и кому-то придётся унаследовать наше дело.       — А как же Лукреция или Элеонора?! Ей же всегда нравилось управлять бизнесом и всем этим! Но я же ни черта не понимаю в этом! — яростно бунтовал младший Торкио, бурно жестикулируя.       — Во-первых, подбирай выражения! — отца явно разозлило то, что сын использовал слово «чёрт», — во-вторых, твои сестры явно дали понять, что они не руководители. Лукреция слишком легкомысленна для такого серьезного дела, а Элеонора сразу отказалась. Это, видите ли, не её цель в жизни. А ты, сын мой, достаточно серьезен, и тем более мужчина, — закончив свой почти монолог, так как Итан совсем его не слушал, старший Торкио удалился дальше по коридору, после того, как ему пришло уведомление на телефон.       Юного барабанщика переполняли эмоции и самое главное — он не может их куда-то вылить. По крайней мере, в этом доме. К счастью, есть группа, куда он и направляется.

***

(Конец всех моментов из жизни Итана)

      — Я и не знала, что у Итана такое детство было, — «конечно, откуда мне знать», — а сейчас он общается с родителями? — Барбара уже положила ноги на ноги Томаса, ничего не стесняясь. Вряд-ли за пару часов они стали настолько близки, скорее, помог виски, который Раджи предложил новой подруге в честь примирения.       — Так себе, — бывший гитарист поводил кистью в воздухе, как бы говоря 50/50, — они нам помогают, как и другим бандам. Они поссорились давно из-за группы, но Итан всё равно очень любит своих родителей, а сестёр вообще обожает.       — Понятно. А расскажешь что-то про Дамиано?       — Не-а, — Том хитро улыбнулся, в ответ получив расстроенный и вопросительный взгляд, — если захочет, сам тебе расскажет. Да и ты сама узнаешь. Кстати, что происходит между вами?       Щеки Барбары залились румянцем. На самом деле она понимала, что Дамиано кажется мудаком, но внутри он душка. И, можно сказать, он ей нравился.       — Ну-у-у… Он… классный. И красивый, смешной, добрый… — не успела девушка даже договорить, как Томас её перебил своим мечтательным вздохом. — Что?!       — Да ты втюрилась! Но, пожалуйста, будь аккуратней, — Конте не поняла смысл этих слов и решила быстро перевести тему:       — Как думаешь, у нас что-то получится?       — Думаю, да, — парень немного помолчал, а затем прикрикнул: — Так, ты мне надоела, ложись спать!       Ослушаться его было бы ошибкой не только потому что его голос звучал очень строго и серьезно, а ещё потому что девушка сама хотела спать.