Douceur, avec tendresse et soin, voulez-vous ?

Кабинет босса, отсвечивался солнечным светом, который пробирался в окна, пробуждая всю Йокогаму ото сна, пуская лучи, что б бегали по лицу, заставляя прикрыть немного веки, тяжесть отдавала в теле, усталость опять заставила разум затуманится, глаза бегали по бумагам, иероглифы были аккуратным почерком выведены, докладывая, что с ночной проверкой все в порядке, наконец одна сложная мысль улетела с головы. Дазай оставил ещё несколько линий, утверждая свою личность и приказ. Отложил множество бумаг в сторону. Шатен подумал над тем, что б хоть что-то перекусить, но из-за волнения ничего в глотку не лезет, живот скрутило от спазма, оповещая хозяина, что так нельзя. Но какое дело сейчас Осаму к себе, если отряд Накахары, его правой руки, и по статусу второй босс, не выходил на связь, также как и его люди; прошло уже несколько дней. С того момента как Дазай и Чуя обговорили возможность крупной сделки, с организацией с Кореи, которая могла представить им взамен на оружье, ценные ювелирные изделия, сделка была выгодной для обоих сторон. Все же рынком драгоценностей следил Чуя, выигрывая на нем с самого начала, его жилка изделий, была самой масштабной в системы Мафии, продвигая ее в перед на несколько шагов, повышая значительность и конечно деньги. Рыжеволосый жутко управлял людьми, но и заслуживая их доверия, зная, что можно положится на бога гравитации в трудной ситуации. Поэтому отчётов про рынок Дазай не просил, он знал, если что случится, он первый узнает от самого Чуи. Шатен снова и снова прокручивал в своей голове, разговор с Чуей в их кабинете, будто питался ухватится за нить, которая поможет отгадать куда исчез Боец Мафии, второй босс, напарник Дазая, и также по совместительству его муж. Осаму разглядывал золотое кольцо на правой руке, ищет ответ в драгоценной вещи для него. Кое-что все-таки зацепило острый и внимательный взгляд карих глаз, момент в воспоминаниях, когда после того, как они все обсудили и договорились. Чуе резко стало плохо, и он отправился в туалет, оставляя там все что ел на обед, глянцевая кожа, приобрела бледный вид, показывая, что, что-то определенно не так. Но обладатель рыжих прядей, только усмехнулся, и бросил напоследок- виски и вправду ужасное. Но Дазай не понял как эти события могут быть связанны, но логический вопрос был уже в мыслях, открывая тайну. Как постучались в дверь, перебивая всю цепочку которую, так старательно строил Осаму, мысль в которой и была причина, быстро улетала вместе с ветром куда-то в сторону облака, оставляя Дазая одного, и борясь с желанием убить человека за дверью. Но успокоив свои тёмные фантазии, рассудок наконец начал нормально соображать, спустя пара секунд, будто на автомате выдал Дазай. -входите. — Лишь одно слово, но сколько сейчас в нем было гнева, скрываемым мирным спокойствием. Шатен сел назад в кресло, остановил свой холодный взгляд на окне. В кабинет вошёл Акутагава Рюноскэ, его сразу напрягла эта обстановка в кабинете, он с трудом вдохнул через нос воздух, и выдал то, чего так и желал услышать Дазай. — Накахара-сан, и также его люди вернулись, но только вот, есть одна проблема. — Хозяин Расемона затих, опустив глаза, чувствуя кожей пронзительный взгляд Дазай, его бывшего наставника. Осаму пытался сдержатся, что б прямо сейчас не сорваться и не убедится сам в чем проблема, но оставался на месте, наблюдая за Акутагавой, решая, что тот боится что-то доказать, что-то то, чего так боязно прятал дальше Дазай, отправляя такие мысли глубоко в бездомную яму, все же чего-то опасаясь, спросил шатен. -в чем проблема? — Рюноскэ поёжился от тона Босса, глотая ком в горле, питаясь совладать с собственным языком, и он отвечает, отрывая взгляд серых глаз от пола, смотря на человека напротив. -один из людей Накахари, сказал, что сделка прошла отлично, только вот прямо на месте мероприятия, Накахара-сан упал без сознания, и сейчас он лежит в больничном отсеке, ещё не приходя в реальность. Это все что мне известно. —- Акутагаве снова стало некомфортно, стоя так, и выдерживая тяжёлый и острый взгляд карих глаз, зная, что если сейчас что-то сделает, скажет, то просто лишится жизни. Дазай молчал, больно тянул время, его дыхание опаляло грудную клетку, но на лице это не отыгралось, сберегая все ту же высокомерною маску, он только опустил немного голову, отдал приказ «уходить», только рукой, ожидая как парень уйдёт. Акутагава спустя минуту, уже закрыл дверь, выдыхая с облегчением. А Дазай в свою очередь, спустился в больничный отсек, где часто бывал, и было много разных причин, одна с которых сейчас там и лежала. Осаму зашёл в последнюю комнату, которая принадлежала только соукоку. Где мирно спал Чуя, целый и невредимый, сейчас он был в уязвимом состояние, но Дазай собирался просто сесть рядом на кровать. Наблюдая за ангелом, нет, рыжим дьяволом, который казался сейчас безобидном в свете дня, кожа блестела, и наконец имела здоровый оттенок. Шатен положил руку на ладонь Накахари, сжимая и поглаживая по косточкам. Глаза медленно начали открываться, жмурясь от белого цвета, но сапфировые глаза устремились прямо в темно-янтарные Дазая. Тайна, стала видной, теперь Осаму понял, что случилось, и врач ему очень помог, сопоставляя последний фрагмент ситуации. Теперь все ясно, как белый день, неужели ответ был такой простой и элементарный. Дазаю даже смешно с себя стало, осознавая, насколько мог себя накручивать, а потом легко отпуская. Дазай привстал к лбу рыжего, целуя мягко и трепетно, не отстраняясь, а просто шёпотом сказал- -почему, ты не мог сразу сказать, что у нас будет ребёнок, неужели сомневался во мне, Чуя. — В последних словах, проскочила обида, но быстро сменилась лаской. Он заключил Накахару в объятия, пропитание волнением о любимом человеке, любовью, и также радостью. Уголки рта Дазай растянулись в доброй улыбке. -признайся, что от тебя можно что хочешь ожидать, но нет, в тебе я никогда не сомневаюсь, просто сам узнал это когда был уже здесь, надеюсь все будет хорошо. —- Чуя прижался носом в плечо Осаму, сжимая свои пальцы на одежде шатена, рыжий почувствовал, как рука Дазай спустилась к животу Накахари, оглаживая и целуя где-то в щеку. Кто мог подумать, что у боссов Портовой Мафии, скоро будет луч света и любви. Чуя до сих пор в шоке, от того, как Осаму к нему относится, как к мужу, как к любимому человеку, как к тому, кому можно доверять, тому кому можно открыться. Любовь и только она.