Половина неба

      Стоя на пороге своего дома, Ван Ибо уже в шестой раз за последний час целовал на прощание Сяо Чжаня, не обращая внимания, как с каждым разом тяжелеет взгляд отца. День не задался с самого утра. За завтраком омега был рассеян и неуклюж и, едва не обжегшись, облил свою счастливую футболку горячим кофе. От досады Ибо едва не расплакался, но Хэн Чжа пообещал все исправить. Потом юноша больно ударил коленку о балясину, когда спешил к Сяо Чжаню, перепрыгивая через ступеньки. А теперь скорый отъезд альфы висел над его головой грозовой тучей. - Ну почему тебе так срочно нужно лететь в Нью-Йорк? – спросил омега и стиснул в замок дрожащие пальцы, понимая абсурдность своего вопроса. Пусть он лучше покажется глупым, но пустой беседой он сможет отсрочить, приближающееся с каждой минутой, мучительное расставание. - Вчера поздно вечером, я встретился с представителем наших партнеров. Он сообщил, что меня жаждут увидеть в главном офисе, – альфа сжал теплой ладонью длинные пальцы, ободряюще глядя в блестящие глаза. - Нужно принять определенные решения по предстоящим вложениям и извлечь максимальную выгоду для нас. Отец настаивает, чтобы эту работу проводил именно я, так как собирается в ближайшие несколько лет полностью отойти от дел. Он последнее время и так часто сетует, что вверенный мне фронт работы постоянно страдает от недостатка хозяйской заботы, потому что я больше внимания уделяю одному омеге, а не бизнесу. - Кому это? – нахмурился Ибо и тут же просиял, сообразив о ком идет речь. Но внезапно промелькнувшая мысль, словно ластик стерла нахлынувшее хорошее настроение, омега уткнулся лбом в чужое плечо и грустно прошептал: – Ты пропустишь мой конкурс… Чжань, прижимая омегу ближе к себе, уткнулся носом в светлую макушку и жадно втянул цветочный запах, блаженно прикрывая глаза: - Пока я не думаю, что мне придется оставаться в Нью-Йорке так долго, – пробормотал он, жалея, что не может отказаться или хотя бы взять Ибо с собой. Омеге, с его живым характером, шумный и вечно неспящий город пришелся бы по вкусу. - В крайнем случае, я постараюсь вернуться до воскресенья. - Чжань-гэ, я... – Ибо отстранился и с трудом поборол в себе позорное желание - броситься на шею альфе и просить не уезжать. И откуда у него это дурное предчувствие? Собрав всю свою волю в кулак, он уверенно продолжил, силясь улыбнуться. – Счастливого пути. - Я позвоню из аэропорта, - пообещал мужчина, оглаживая гладкую щеку. – И как только доберусь до места, тоже обязательно тебе сообщу. Правда, ты в это время будешь десятый сон видеть. Поэтому я наберу тебя утром, или лучше ты мне позвони, как проснешься. - Нет, как долетишь - все равно дай мне знать. Хоть напиши, - просит омега. - Уговорил, - обрадованный реакцией жениха, альфа решает попрощаться в седьмой раз.       Ван Ибо долго стоял на дороге, глядя Сяо Чжаню вслед, и наконец медленно побрел домой, стараясь думать, что через несколько дней они опять будут вместе. Отец, встретивший его в холле, жалостливо посмотрел на сына: - Чего такой кислый? Твой Сяо Чжань всего на неделю улетел. Не ответив, омега постарался быстрее отвернуться и, ничего не видя за стеной слез, поднялся по ступенькам. Добравшись до своей комнаты, Ибо рухнул на постель и, пролежав так до обещанного звонка из аэропорта, проболтал с альфой практически до самого отлета. Следующие несколько часов омега пытался найти себе любое занятие по дому, только бы отвлечься от навязчивых, тяжёлых мыслей и максимально заполнить время в ожидании весточки из Нью-Йорка. Он впервые заглянул на кухню и, своим интересом к готовящимся на ужин блюдам, ввел поваров в ступор. Ибо даже изъявил желание помочь с десертом, за что был тактично изгнан из помещения. Потом омега решил провести ревизию растущих в саду растений, но когда едва не вытоптал по неосторожности половину саженцев давидии - быстро ретировался с места преступления, чтобы не навлечь на себя гнев садовника. Остаток дня и вечер он провел за миролюбивым занятием – расставлял в библиотеке собрание произведений китайских классиков в алфавитном порядке. В итоге Ибо только сильнее себя утомил и крайне быстро погрузился в сон, хотя собирался просто почитать интересную книгу. Подорвавшись утром от настойчивых трелей будильника, он почувствовал себя маленьким мальчиком, пропустившим приход Шань Дань Лаожена и, ругая себя на чем стоит свет, кинулся проверять телефон. Увидев значок входящего сообщения от альфы, сердце затопило щемящей нежностью, и омега едва не закружился по комнате с телефоном. Забравшись на кровать вместе с ногами, он кликнул по экрану. ♥Гэ-гэ♥ Долетел нормально, даже удалось поспать. NYC встретил отвратительной погодой, ветер с Ист Ривера буквально сносит с ног. Уже скучаю. Целую миллион раз. И везде 😏 Ярко улыбнувшись, омега быстро заскользил пальцами по сенсорной панели, набирая ответное сообщение. Полыхая щеками, он не раздумывая жмет «отправить».

Моя Конфетка 💝

Я рад, что полет не принес трудностей. И думаю, что погода сразу улучшится, стоит Чжань-гэ улыбнуться. Я тоже скучаю, и если бы гэ-гэ сейчас был рядом, позволил бы поцеловать во все места, о которых он говорил 😈

Практически сразу телефон громко пиликает о пришедшем сообщении, а следом еще раз и еще. Омега не ожидал такого скорого ответа и от неожиданности едва не роняет гаджет из рук. ♥Гэ-гэ♥ Чудовище! Ты совсем не щадишь фантазию своего гэ-гэ! Дальше идет фотография заметного бугра в штанах, обстоятельно обтянутого мягкой тканью брюк. ♥Гэ-гэ♥ И как мне теперь в таком «приподнятом настроении» встречаться с партнерами? ♥Гэ-гэ♥ Вот вернусь, и тебе придется отвечать за все свои слова. Ибо счастливо хихикает перечитывая сообщения, а после полученного фото, от смущения, прячет лицо в подушку, пищит и, от избытка эмоций, бьет ногами по кровати. Справившись с собой, он выпрямляется и не в состоянии сдержать широкой улыбки, быстро строчит ответ.

Моя Конфетка 💝

Уверен, что теперь сделка пройдет как нельзя удачнее, хотя для Чжань-гэ это все равно, что варить курицу в котле для быка. Вот вернешься, тогда и поговорим 😌

♥Гэ-гэ♥ Удачного дня, а-Бо. Позвоню вечером 😘

Моя Конфетка 💝

😘

И весело напевая себе под нос незатейливый мотивчик, Ибо спускается к завтраку, радостно приветствуя обоих родителей. Но и сегодняшний день приготовил для него сюрприз. - Милый, присядь, - начинает Ланиинг, - у нас с отцом для тебя есть новость, – дождавшись, пока Ибо расположится на краешке своего стула и испытывающее поднимет на нее глаза, продолжила: – Мы с отцом решили навестить твою старшую сестру. Ты же знаешь, ей в следующем месяце рожать. И мы хотели бы провести с ней немного времени до появления малыша. - Я… - неуверенно начинает Ибо. - Конечно, мы понимаем, что ты не можешь поехать с нами. У тебя скоро начнутся занятия и еще и конкурс... - замечая расстроенную мордашку своего ребенка, женщина поспешила добавить: - Мы не меньше твоего расстроены, что не сможем поболеть за нашего Бо-Бо вживую. Но пойми, милый, мы давно планировали эту поездку и, пока у отца нет срочных дел, хотели бы съездить. У омеги закрались сомнительные подозрения - уж как-то странно отсутствия дел у отца припало на командировку Сяо Чжаня, но вслух он спросил: - Когда уезжаете? - Сегодня днем. - Обнимите от меня да-цзе.       Проводив Ланиинг с Земином, Ибо с трудом переставляя, ставшие вдруг свинцовыми, ноги прошел в гостиную. Он был куда сильнее расстроен отъездом родителей, чем это показывал. Сначала Чжань-гэ, а теперь вот и мама с папой… Он никогда до сегодня не оставался один. Конечно, как и все мечтал о чем-то подобном в подростковом возрасте, но в реальности все оказывается не так круто, как представлялось… Его постоянно окружает целая армия прислуги. Как можно остаться одному в такой толпе? Но не эти люди живут в укромных уголках его души. Когда вдруг изолируются те, кто дорог тебе, невольно начинаешь ощущать тревогу, что так будет всегда, и ты постоянно будешь чувствовать себя ненужным, неинтересным и искать причины для этого, мысленно обещая, что обязательно исправишься и станешь другим, станешь лучшим. Лучшим сыном, лучшим женихом, лучшим другом, все что угодно «лучшим», лишь бы избежать повторения подобной ситуации... Сейчас сидя в звенящей тишине, омега чувствовал, как одиночество запускает свои холодные щупальца в его грудь, норовя сковать тяжелыми оковами безысходности горячее сердце. Ван Ибо смахивает соленые дорожки тыльной стороной руки, громко всхлипывая. Боясь разрыдаться в голос, омега пытается успокоиться, гоня от себя гнетущие мысли. С его личной жизнью все в порядке, родители живы и здоровы и в конце следующего месяца он впервые в жизни станет дядей для прелестного малыша. Нужно посмотреть на ситуацию под другим углом. К примеру, у него теперь есть свободное время заняться другими делами и уделить внимание... точно! Неожиданная идея приходит в светлую головку. Он может, наконец, открыть глаза Дин Юну на потрясающего омегу рядом с ним и помочь друзьям наладить отношения. Ибо уверен, что ему это под силу, нужно лишь обдумать некоторые детали.       Со всей присущей ему в действиях и поступках энергией, омега решил своими руками соединить судьбы двух небезразличных ему людей. От раздумий его оторвал камердинер Хэн, принесший омеге поднос с ужином. Запах еды отозвался ответным урчанием живота, Ибо и не подозревал, что так проголодался. Он быстро поел, даже не задумываясь над вкусом блюд. Сейчас его мозг продолжал лихорадочно работать, разрабатывая разные варианты предстоящей операции.       Наконец в конце следующего дня, вернувшись домой после занятий, он пишет короткое сообщение Сюй Бею с просьбой срочно прийти. А потом долго и нетерпеливо вышагивал в холле до его прихода. - А вот и я, - оповестил о своем приходе друг. Светло-карие глаза окинули испуганным взглядом предвкушающую улыбку Ибо. Именно с таких ухмылочек и начинались практически все их детские проказы, после которых парень нормально не мог сидеть. Поняв, что и в этот раз ничем хорошим это для него не закончится, Бей хотел закрыть двери с обратной стороны и притвориться, что его тут не было. Заметив замешательство друга, Ибо быстро хватает омегу за руку и увлекает в свою комнату. Уже там, удобно расположившись на кровати, он начинает непростой разговор, сразу переходя к делу: - Сюй Бей, ты влюблен в Дин Юна еще со старшей школы и за последние пять лет не приблизился к предмету своих чувств ни на шаг. Я тебя за это ни в коем разе не осуждаю, просто решил помочь. - Помочь? – непонимающе переспросил Бей. - Именно. Помочь привлечь внимание Дин Юна. Омега широко раскрыл глаза и, заикаясь и краснея до корней волос, промямлил: - Нет… нет… не нужно, я не смогу… - Ну, конечно сможешь, - объявляет Ибо и протягивает кусочек, припрятанной на всякий случай, шоколадки. – Ты очень красивый, а Юна нужно попросту подтолкнуть… - Нет, - откусывая маленький кусочек и тщательно разжевывая, отвечает Бей, отрицательно махая головой, - это ты у нас красивый, а я так, максимум могу претендовать на хорошенького. - Ты миниатюрный, как и положено быть омеге, с хорошими манерами и вкусно готовишь, всегда знаешь, что сказать и никогда не попадаешь в конфликты. Просто совершенство. - Но это же скучно! – не сдается Сюй Бей. – Ты вот всегда вызываешь интерес, где бы ни появился, а про то, как танцуешь, я вообще молчу. - Так, все больше никаких комплиментов, - предостерегает Ибо, бросая на друга смеющийся взгляд, - твоя уловка превратить сегодняшний вечер в восхваление друг друга раскрыта. Поэтому переходим к делу. - Но он же мной совершенно не интересуется, - тяжело вздохнув, произнес омега, и тише добавил: - Юн-гэ смотрит только на тебя. Омега выудил из заднего кармана брюк носовой платок и принялся аккуратно промокать с глаз, набежавшие вдруг, слезы. Ибо, подбирая правильные слова, задумчиво постучал по кончику своего носа: - Ты просто не видишь, каким взглядом он тебя иногда провожает. А вспомни тот случай, когда он едва не проломил голову бедному Ли Шикаю за то, что тот во время танца позволил своим рукам соскользнуть с твоей поясницы. Такой ярости от твоего альфы я больше никогда не видел. Сюй Бей хихикал сквозь слезы, продолжая вытирать глаза, прежде чем умоляюще посмотреть на Ибо: - Ты же понимаешь, что ничего не выйдет… - Выйдет, вот увидишь, - заговорщически подмигнул Ибо, - а для начала давай немного изменим твой образ.       Буквально через час, невзирая на все протесты, Сюй Бей был облачен в самые обтягивающие джинсы Ван Ибо. Так как омега был немного шире в бедрах и ниже ростом, то стрейчевая ткань, которая словно вторая кожа открывала совершенно потрясающий вид на филейную часть - решили, подгоняя длину, просто подвернуть внизу. Сверху был надет удлиненный облегающий топ, заканчивающийся в аккурат над поясом брюк, и при каждом движении руками давал возможность увидеть узкую полоску смуглой и гладкой кожи. Сверху на плечи была накинута рубашка из тонкой ткани, которую вредный Ибо категорически запрещал заправлять или запахивать. К своей затее Ибо привлек камердинера Хэна, утверждая, что тот просто кудесник и поможет сделать образ Бея «еще более неотразимей». Усмехнувшись такому комплименту, бета слегка поколдовал над внешностью омеги: по-новому уложил темные пряди, нанес легкий макияж, сделав и без того выразительные глаза больше, а губы ярче. Ибо скептически оценил готовый образ друга и, утвердительно кивая, елейным голосом пропел в трубку: - Дин Юн, мы с Бей-Беем придумали нечто невероятное. И нам нужен взгляд противоположного пола, можешь сейчас подъехать ко мне? – Ибо, кивая, несколько раз по-угукал на какие-то фразы собеседника, заканчивая радостным. – Ждем.       Сюй Бей рассматривал нового себя в отражении, то раскрывая, то, в смущении, обратно запахивая полы светлой рубашки, а переведя взгляд на округлые ягодицы, краснея пробормотал: - Не смогу. Не пред Юн-гэ. - Сможешь. Бей-Бей, помни, ты смелый и дерзкий омега. А сегодня твой образ, лишь немного более откровенный, чем обычный. С губ Бея сорвался нервный смешок, медленно разжав руки и отпуская сжимаемую ткань, он с надеждой прошептал: - Как думаешь, Юн-гэ понравится? - Конечно же нет, - жизнерадостно улыбнулся Ибо, - особенно, когда я заявлю…. Договорить ему не дали, альфа преступил порог его спальни и присоединился к ожидающим его омегам. Дин Юн кивнул, тепло улыбнувшись Ван Ибо и нехотя оторвав от него взгляд, принялся искать глазами второго парня, замечая кого-то постороннего у зеркала и одновременно интересуясь: - И что же вы такое «невероятное» задумали?       Стоящий в стороне Сюй Бей медленно поворачивается, давая возможность рассмотреть себя со всех сторон, а на лице альфы застывает недоумение. Он ошарашено уставился на друга, словно видел его впервые, непроизвольно открывая и закрывая рот. Воодушевленный такой реакцией, Бей решил впервые в жизни опробовать свои омежьи чары на этом альфе: - Ибо решил, что мой прошлый образ слишком скучен и лишен какой-то изюминки, - объявил он, прохаживаясь взад-вперед, чтобы выгоднее продемонстрировать подчеркнутые изгибы перед еще не пришедшим в себя Дин Юном. – И он собирается еще раз свести меня с Ли Шикаем, - Бей с напущенной наивностью похлопал длинными ресницами, - ну, помнишь, тогда на вечеринке он проявлял ко мне интерес. Ибо думает, что у нас есть шанс начать отношения. Ван Ибо еле сдерживает рвущийся наружу восхищенный смех, который однако пришлось поспешно проглотить, так как альфа перевел на него полыхающий злобой взгляд: - Что это, блядь, значит?! Невероятным усилием Ибо удалось принять совершенно невозмутимый вид, практически такой же как и у Бея: - Я только пытаюсь помочь лучшему другу. - Да нахуй! – взорвался взбешенный альфа. – Не позволю… - Ну же, Юн, - отчаянно пытаясь ничем себя не выдать, успокаивающе начал Ибо, - будь рассудительным. Я всего лишь пытаюсь свести Бей-Бея с альфой, которому он приглянулся. К тому же Шикай интересный парень, довольно состоятельный, да и бабником не слывет. А если у них ничего не выйдет, я знаю еще парочку... десятков совершенно очаровательных и интересных альф. Ведь Сюй Бей на два года старше меня, а до сих пор не обручен. Другие омеги в его возрасте…. - Я знаю сколько ему лет! – раздраженно обрывает Дин Юн. - Прекрасно, значит, ты понимаешь, что я прав. К тому же, мы не разрешения у тебя хотели спрашивать, а получить оценку от альфы. Грязно выругавшись и громко хлопнув дверью, альфа и не подумал давать никакие эвальвации, буквально выбежав из комнаты. А еще через несколько секунд, парни услышали визг шин отъезжающего автомобиля. - Я же говорил, что ничего не выйдет, - удрученно пробормотал Сюй Бей, печально глядя в окно. - Ты чего, - Ибо ободряюще обнял друга за плечи, - все прошло даже лучше, чем я ожидал. Дин Юн взбесился лишь от одного упоминания, что ты можешь быть с кем-то другим. А как смотрел на тебя? Я думал, он слюной весь пол зальет. Ему просто нужно время осознать. - Хорошо, - послушно пробормотал друг. - Но тебе придется некоторое время побыть в новом образе, - видя закрадывающееся сомнение в глазах напротив, добавил: - Кто сказал, что будет легко? Поехали, мы еще успеваем сделать вылазку по магазинам.       Уже поздно вечером Ибо демонстрирует Сяо Чжаню новые приобретения, которые тот скептически оценивая, разрешает носить только в его сопровождении. Хотя нет, альфа быстро поправляется - подобные вещи Ибо может надевать, только для него и лишь когда они будут наедине. Омега быстро соглашается и, громко смеясь, пересказывает свою сегодняшнюю шалость, упуская момент, когда его гэ-гэ становится вдруг серьезным и плотно в одну линию поджимает губы. Омега осторожно интересуется: - Чжань-гэ, у тебя что-то случилось? - Посторонний альфа околачивается в твоей спальне, а ты спрашиваешь, случилось ли что-то у меня? - Он же… я просто … и Бей… - от напора Ибо растерял все слова, не зная что и ответить. - Еще раз подобное повторится… - зло сверкнув глазами, Сяо Чжань не стал озвучивать свою угрозу. - Обещаю, никогда, - быстро согласился юноша. - Хорошо, - удовлетворенно кивнул Чжань, - время уже позднее, иди спать, - альфа потянулся вперед, чтобы прервать соединение. Ибо не хочет повторения недавней ситуации и чтобы погасить вспыхнувшую ревность и задобрить альфу, омега едва не кричит: - Чжань-гэ, подожди! А как же сюрприз? - Сюрприз? – недоуменно переспрашивает альфа, выпрямляясь. - Да, сюрприз. Только подожди минуточку. Ибо сбегает, и Сяо Чжань терпеливо изучает юношескую комнату. Он немного злится на себя за подобную вспышку агрессии, но ничего не может с собой поделать. Лишь от упоминания чужого мужчины в комнате его мальчика, он впадает в тихую ярость. И наличие посторонних людей вместе с ними не умаляют его агрессивного настроя. Чжань очень надеется, что с меткой его ревность немного поутихнет, иначе дальше жить ему придется ой как непросто... Хотя альфа отчасти лукавит - его настроение начало стремительно портиться, когда Ибо вскользь упомянул, что его родители тоже уехали. Ай да Ван Земин, вот сукин сын! Специально подгадал момент под его отъезд. Не доверяет. Словно Сяо Чжань хочет навредить омеге, да он любого сотрет в порошок, стоит лишь неправильно чихнуть в сторону Ибо. Из раздумий его вырывает звонкий голос: - Чжань-гэ, я уже все! Из динамиков начинает литься ритмичная и немного рваная песня, кажется британской группы, вещающая про сладкие мечты. А дальше альфа не вслушивается в слова и не замечает музыки. Он полностью поглощен Ибо, тем как высокая и гибкая фигурка гипнотизировала его, очерчивая руками контур своего тела. Самая откровенная из купленных сегодня рубашек, льнула по его торсу и слегка приподнималась во время плавных движений бедрами. А узкие брючины выгодно подчеркивали длинные ноги, которые с каждым поворотом и скольжением этих самых ног, хотелось забросить себе на плечи и одним сильным движением опрокинуть омегу на кровать. Сяо Чжань облизал вмиг пересохшие губы, когда Ибо принялся медленно расстёгивать каждую из крошечных пуговиц, жалея, что не может оторвать их все одним рывком. Ткань просвечивалась практически насквозь, не оставляя возможности фантазии. Но то, как пальцы омеги путались в петлицах, и с каким полным страсти и обещания взглядом он смотрел на альфу, Чжань явственно ощутил, как вся его кровь единым потоком хлынула вниз и отозвалась увесистой тяжестью в брюках. Он бессознательно подался вперед желая быть ближе, насколько это возможно, а Ибо в полностью расстегнутой и спущенной с плеч рубашке опускается на широко разведенные колени, то что и он возбужден видно невооруженным взглядом. Омега круговыми движениями ведет кончиками пальцев по своим бедрам, переводя их на пояс, а оттуда и на застежку брюк. Альфа, казалось, не дышит и зеркалит движения, освобождая пуговицу из петлицы и расстёгивая молнию, он запускает руку под ткань боксеров и накрывает порядком истекающий член. Омега опирается на ладони за спиной и начинает, сводя и разводя колени, слегка приподниматься, словно он сейчас сидит не на полу, а на бедрах самого Чжаня. Альфа не выдерживает, он облизывает свою ладонь и начинает быстро надрачивать, несколько раз проходя большим пальцем по уздечке и краю головки, размазывая предэякулят по всей длине к формировавшемуся узлу. Раздается тихий стон, и вряд ли кто-нибудь из них сможет сказать, кому из них он принадлежит. Ибо прикрывает глаза и запрокидывает голову назад, открывая вид на длинную шею, острый кадык и пульсирующую жилку справа под родинкой, куда Чжань больше всего на свете хочет вонзить свои клыки и удерживать хрупкое тело, пока оно будет содрогаться в конвульсиях. Омега начинает часто дышать, его движения становясь нечеткими теряют уверенный до этого ритм, с его губ практически постоянно срываются рваные стоны. В мозгу у Чжаня мелькает только одна мысль: - Не останавливайся! Пожалуйста. Только не сейчас! Альфа с силой сжимает свой член, ускоряясь, он пытается ускорить наступление желаемой развязки. А Ибо, прекращая подъёмы бедрами, выпрямляется и, накрывая себя через ткань брюк, двигает ладонью круговыми движениями, слегка надавливая. Пальцы второй руки очерчивают ореол соска, перекатывая и зажимая плотную ягодку между большим и указательным пальцами, слегка оттягивают. Пухлые губы приоткрываются, выпуская хриплый стон. Он не отрываясь смотрит на альфу, казалось, заглядывает прямо в душу, и от увиденного там, криво ухмыляется. Чжань не выдерживает, опускает вторую руку себе на яички, попеременно оттягивая каждое из них, не прекращая поступательных движений, с протяжным стоном кончает, заливая спермой руку и одежду. Ловя далекую мысль – хорошо, что ему сегодня больше никуда не идти. Альфа смотрит жадно, ловя каждую эмоцию на красивом личике. Как скользит капелька пота, начиная свой путь у виска, очерчивает шею и прячется в ткани рубашки. Как сбегаются брови к переносице, в изломе получаемого удовольствия. Как трепещут крылья ровного носа, желающие вобрать в себя недостающий кислород. И как слегка приоткрываются губы, позволяющие белоснежным зубкам захватить нижнюю в плен. Ван Ибо продолжает свои манипуляции, ему нравится такой Сяо Чжань, поедающий его глазами, готовый в любую секунду накинутся и присвоить себе. Да он собственно практически с самой первой встречи не против этого. Омега задышал чаще и содрогаясь замер с последними аккордами музыки, позволяя мокрому пятну растечься по ткани брюк. Оба молчат некоторое время, приходя в себя, и просто рассматривают друг друга. Омега подползает ближе к экрану и подает голос, лукаво усмехаясь: - Чжань-гэ, это можно считать примирительным сексом? Улыбаясь, альфа кивнул: - Но если он понадобится, в следующий раз я бы предпочел контактный, – отправляя воздушный поцелуй, Чжань желает: - Сладких снов, а-Бо. - И тебе неспокойной ночи, Чжань-гэ, - понижая голос, хмыкает омега и отключается. Что же, в утверждение последнего Сяо Чжань практически уверен.