Гимнастика-спорт не для слабых.

Сегодня ответственный день. Сегодня мои соревнования. Сотни спортсменок будут бороться за звание чемпионки Мира. Саша весь день находится со мной, он поддерживает меня. Все знакомые завидуют мне, ведь все приехали одни, у них нет той поддержки, как у меня, они занимаются сами, а я с Сашей. Нет, он со мной не прорабатывает программу, он просто всегда находится рядом. *** Жеребьёвка. Я выступаю восьмая. Как же я волнуюсь. А вот уже и моё выступление. Первые брусья, а потом уже вольная программа. Всё отлично, перемах, второй, кувырок, и о нет…я опять забыла про тальк. И я лечу с 3 метров вниз. Падение, хруст и адская боль. Ко мне подлетает Саша, взволнованный, он поднимает меня на руки и несёт к пункту, где сидит врач. — Urgent, la fille va très mal! Затем он обратился ко мне. — Солнышко, сейчас будет легче, тише, котёнок, тише! — парень гладил меня по голове и держал за руку. Мне было безумно больно и страшно. Врач, видевший моё падение, осмотрел мою ногу, и отправил на скорой в больницу. Со мной поехал Саша. — Ma fille, tu dois recevoir une injection d'anesthésiant. -Quoi? Non non non, non, non, ce n'est pas si mal. Саша удивился моему ответу. — Лин, ты не понимаешь ситуацию, сейчас твоя травма важнее страхов, не спорь пожалуйста, я же вижу, что всё действительно плохо, я знаю, что ты боишься, но тебе правда будет легче. Я с тобой. И он обратился к врачу. -Faites ce que bon vous semble. Elle est d'accord. — Но, Саша… — Лин, никаких но, мы проходим обследование, а потом возвращаемся домой и там проходим лечение, это ясно? Я лишь кивнула. Через пять минут я уже лежала на груди у Саши и тихонько плакала после укола. В Европе как-будто не знают о таком чувстве, как сожаление, так как укол вкололи резко и очень больно, поэтому лечиться здесь я не намеренна. В больнице сообщили о том, что мне необходима операция, так как перелом сложный. Но здесь я не останусь. Тем более на операцию. В палате я очень долго ревела. Саша лишь сидел рядом, держа меня за руку и выслушивая мои вопли. В один момент я просто решила… — Саш, брось меня! Зачем я тебе такая больная, вечно боющаяся и трясущаяся от одного вида шприца? Зачем я тебе, на свете куча девчонок, которые в сто раз лучше меня?! А тебе всегда приходится меня лечить, выслушивать мои истерики, ты даже сейчас это делаешь! — Лин, ты бредишь, мне не нужна другая девушка! Я люблю тебя, ты та единственная, и больше мне не нужен никто! Я лечу тебя, потому что люблю, из-за этого же я и слушаю твои, как ты выразилась, истерики. То что ты чего-то боишься, делает тебя настоящей, и твоя реакция на это, абсолютно нормальная! И знай, я говорю это тебе в сотый раз, я тебя никогда не брошу! Он крепко меня обнял, и я прильнула к нему в ответ. — Завтра мы улетаем в Россию, там у меня есть знакомый хирург-травмотолог, он проведёт операцию, через полгода ты сможешь вернуться в спорт. Правда придётся немного потерпеть, сегодня тебе ещё раз сделают укол, и завтра перед перелётом тоже, на борту самолёта ты будешь под моим контролем, если что лекарства все будут при мне. — Хорошо, спасибо тебе! — Не за что, я тебя люблю и буду делать всё, чтобы ты была счастлива! Вечером пришёл врач, Саша его кое-как уговорил о перелёте, а потом настало время укола. Он был в ногу, но от этого менее болезненным не был. Сначала у меня округлились глаза, и в мольбе не делать это я смешала все 3 языка, которые знала. Потом Саша меня начал держать, а я здоровой ногой все равно пыталась убежать. Вскоре врачу это надоело и он, накричав на меня и Сашу, заставил успокоиться. После протёр больную ногу спиртовой салфеткой и всадил иголку, потом медленно стал вводить такое больчее лекарство, что слёзы текли рекой, и даже тихий успокаивающий голос Саши мне не помогал успокоиться. Врач ушёл. А я всё ещё треслась от страха и боли. — Как же хочу уехать отсюда…- прошептала я. — Понимаю, солнышко, завтра этот кошмар закончится. И вот обратная сторона Европейского города, хоть и говорят, что медицина здесь отличная, но вот отношения никакого. Все очень грубые. Или может быть мне такие попались… В России всё другое. Врачи если видят, что ты боишься, они хотя бы пытаются скрасить страх. Даже эти слова «Как комарик укусит», «Будет не больно», они немного успокаивают, да это ложь, но она во благо.С такими размышлениями я уснула. Прямо на руках у Саши. Посреди ночи меня разбудила адская боль. Но Саша крепко спал, и его будить мне не хотелось. Да и вызывать медсестру я не хочу, уколов мне уже было достаточно. Ладно, Саша не сделает того, о чём я пожалею. — Саш, Саша? — Что? Ты почему не спишь? — У меня очень сильно болит нога…и жарко. — Боже, а почему не вызвала медсестру? Хотя, можешь не отвечать. Так, я взял свой чемоданчик с препаратами и инструментами, на всякий случай с собой. Давай бери градусник, нужно узнать, какая у тебя температура? — Саша, ты лучший, люблю тебя! — И я тебя, котёнок мой! Ты же понимаешь, что если температура очень высокая, мне придётся делать два укола? — А второй какой? — Обезболивающий и жаропонижающий. — Делай, лучше уж ты, чем эти. — Давай градусник, пора. Ну что же, мои предложения оправдались 39.8. Скорее всего из-за травмы. Ложись на бочок или же на живот, как тебе удобнее. Сможешь сама? — Смогу, я же только одну ногу сломала. Я постаралась леч поудобнее и расслабиться. Саша делал все аккуратно, но перед этим закрыл дверь на ключ, так как наши действия сейчас были против правил больницы. Послышался шорох пачкой со шприцом. Потом набор лекарства в шприц, и вот Саша надвисает надо мной с орудием уколом. — Сделай вдох, и выдыхай медленно, но только когда скажу, хорошо? — Угу. Он протёр кожу спиртовой салфеткой, я сделала вдох. И тут шлепок, да я уже знаю об этом приёме, отвлекающий маневр. — Умничка, а сейчас медленно выдыхай. Я послушалась, а потом только почувствовала холодную салфетку. И уже услышала, как шприц летит в мусорку. Там же были и другие шприцы, от уколов, которые колол мне врач. — Теперь можешь обратно переворачиваться, и сделаем второй укольчик и пойдём спать, завтра трудный день. Я перевернулась на спину и зажмурилась. Все те же действия, и я тоже не чувствую боли от укола. Как Саша это делает? Не знаю. — Умничка моя, держалась молодцом. Сейчас будет легче. И давай уже спать, утром рано вставать, хотя это уже через 4 часа. Он поцеловал меня в лоб, а затем лёг рядом.        *** Утром мне снова сделали укол, который был ужаснее первого. Потом я подписала кучу бумаг, подтверждающие то, что я уезжаю, а они в случае чего ответственности не несут. После Саша поехал в гостиницу, собрал мои и свои вещи и забрал Рику, которая уже наверное успела поседеть от ужаса и переживаний, и они вместе забрали меня из больницы, и уже все вместе мы поехали в аэропорт. Весь перелёт Саша вновь держал меня за руку, а по прилёту позвонил своему знакомому, который уже ждал меня.                               *** — Действительно, травма тяжёлая, сегодня мне нужно взять анализы, и завтра можем провести операцию. — Дим, я же могу быть с ней? — Разумеется, ты тоже врач, и если тебе это важно, на операции ты тоже можешь присутствовать. — Спасибо тебе огромное! — По старой дружбе помогаю, теперь с тобой. Лина, сейчас придёт медсестра, возьмёт у тебя кровь, и скажи, у тебя есть аллергия на наркоз? — Нет вроде бы, мне раньше ничего такого не делали… — Тогда ещё она сделает пробы на аллергию. Я пойду, вечером зайду осмотрю. И он ушёл. Наша троица осталась наедине. Рика сидела и обнимала меня, переживая не меньше меня. Саша ходил по палате и обдумывал что-то. — Саш, я боюсь.- он отвлёкся от размышлений и сел ко мне. Рика же решила попить кофе и пошла искать автомат. — Абсолютно нечего, Дима лучший в своём деле, а я буду всегда рядом. — Спасибо… — Не за что, я всегда буду рядом, я люблю тебя! Наши разговоры прервала медсестра, пришедшая для взятия анализов. Она была очень миловидной, даже симпатичной. Всё делала аккуратно и мило улыбалась, да и обращалась на «вы». — Протяните руку, сейчас возьмём кровь. Это обсалютно безболезненно. Стоп, что? А хотя я знаю в чём дело, Саша с Димой уже подготовили весь персонал, да у неё на лице написано «я подготовлена ко всему». Гипперопека-это второе имя Саши, но за это ему спасибо. Я протянула руку, отвернулась и зажмурилась. Саша на этот раз наблюдал за всем со стороны и лишь пару раз ухмыльнулся. — Посчитайте до трёх, и я начну. -Раз.-она затянула руку жгутом.-Два.-девушка нащупала вену.-Три.-она установила приспособление для сбора крови. Я лишь пару раз ойкнула, ну было терпимо, в отличие от процедур во Франции. Медсестра забинтовала локоть, и я открыла глаза. — Теперь можем провести тест на аллергию, вам необходимо протянуть руку, а затем я капну каждый препарат на вашу руку и сделаю маленькую насечку. Хорошо? — Ну да, конечно. — я протянула руку, но уже решила смотреть на всё. Саша теперь был удивлён. Процедуру даже описывать не хочу. Лишь скажу результат, у меня оказалась аллергия почти на все препараты, кроме одного. — Впервые такое вижу за 5 лет работы. Ну всё вы можете отдыхать, доктор к вам зайдёт вечером. Медсестра ушла. — Ты такая молодец, горжусь тобой! — Саша потрепал меня по голове, взъерошив волосы.- Не думал, что обойдётся без слёз, а ты? Солнышко моё любимое.                               *** Я на операционном столе. Руки и ноги зафиксированы, введено обезболивающее, остался наркоз. — Вводите только «Кетамин», стоп ты что ввёл? У неё аллергия на все препараты, идиот! Приборы запищали. — Остановка дыхания! Подключаем к ИВЛ — Остановка сердца, дефибрилятор, бегом! Саша, выйди из операционной, сейчас тебе тут быть не нужно! — Но… — Разряд!