Проблемы принятия

— Итан… Горячий выдох опаляет шею и кончик уха, волна мурашек опускается вниз по спине. Сухие и тёплые ладони скользят по плечам, бокам и опускаются на бёдра, пальцы несильно сжимают податливую плоть, вызывая легкую дрожь. Хочется больше и сильнее, но прикосновения, как назло, лёгкие и дразнящие, распаляющие желание. Дыхание сбивается и становится глубже, во вздымающейся груди гулко стучит сердце, которое аккуратно накрывает чужая рука. Пальцы играючи касаются левой бусины соска, гладят, нажимают, то ослабляя, то усиливая давление. Томный вздох невольно срывается с пересохших губ. Ладонь скользит дальше по животу и замирает над пахом, не касается самой сути, просто поглаживает вокруг, будто хочет проверить чужую выдержку. Бёдра невольно подаются вверх, но рука упрямо уходит от желанного прикосновения, только потом возвращается назад, игриво кружа по тёплой коже. Тело изнывает от таких лёгких и невинных игр. Когда ладонь наконец-то касается возбуждённой плоти, из горла вылетает слабый и тихий стон облегчения. Пальцы аккуратно обхватывают, сдвигают нежную и тонкую кожу, двигаются убийственно медленно, растягивая процесс. Бёдра начинают двигаться в такт, силятся увеличить амплитуду, но безрезультатно. Со временем хватка крепчает, рука ласкает увереннее, быстрее. В полной тишине от постыдных и влажных звуков стыдливо горят щёки и уши, но внизу становится так приятно-горячо, что невозможно остановиться. Низ живота сладко тянет, сокращающиеся от стимуляции мышцы остро ощущаются сознанием. Остается ещё немного, совсем чуть-чуть до полноценного удовольствия, но хватка ослабевает, однако, не отпускает до конца. Кончики пальцев всё ещё касаются горячей и чувствительной плоти, влажно поблёскивающей в тусклом и холодном освещении. С губ срывается разочарованный стон, плавно перетекающий в скулёж, когда беззащитной головки касается прохладная струя воздуха. Бёдра извиваются, но не могут уйти от фантомного прикосновения. Из узкой щёлочки уретры вниз срывается одинокая жемчужная капля, которую ловко ловит кончик горячего языка. Прохлада возвращается, проходясь уже по всей длине разгорячённого органа. Невинная и лёгкая пытка по ощущениям растягивается в бесконечность, подкрепляемая редкими и желанными движениями руки. Вожделенная разрядка так и не наступает, хотя мышцы вот-вот готово свести сладкой и приятной судорогой. — Пожалуйста, Эрон… Я-.. Ах!.. Чужие движения подводят опасно близко к пику, но не дают шагнуть за грань. На глаза наворачиваются беспомощные слёзы, когда из болезненно разбухшей плоти вытекает несколько прозрачных капель. Тело давно дрожит от возбуждения и жара, не способное достичь желаемого. Интимную тишину нарушают жалостливые и умоляющие стоны и шорох смятой и влажной простыни. — Эрон, прошу… М-м-м!.. Уверенная хватка на члене, словно долгожданный глоток свежего воздуха. Чужая рука двигается быстро и беспощадно, усиливая длительное напряжение. — А-а-ах!.. Бёдра резко подрываются вверх и замирают, спина чувственно прогибается, игнорируя приятную тяжесть в крестце. Тугие белёсые струи заливают живот и ласкающую руку, щекотно скатываясь по чувствительной коже. Итан растерянно открывает глаза с застывшими на тёмных ресницах слезами и вглядывается в темноту, царящую в комнате. Взгляд медленно опускается вниз и останавливается на оголённом торсе, залитом пряными следами сладкого удовольствия. До сонного мозга с запозданием доходит сложившаяся ситуация, но реакция не заставляет себя ждать. Парень смущённо сжимается и стыдливо краснеет, ощущая горящие уши и щёки. — Твою ж мать… С одной стороны, Итан рад, что проснулся посреди ночи не от панической атаки. А с другой, он испугался собственного тела, сознания, которое породило этот влажный и до абсурда реалистичный сон. Он уже не подросток, чтобы страдать от ночных поллюций, но, чёрт возьми, почему в этой фантазии парень звал взрослого мужчину, с которым знаком от силы несколько месяцев? Итан не знал, что думать. Он никогда не замечал за особой особого интереса к мужчинам, да и на девушек смотрел редко, поэтому к своим скромным годам не имел опыта в отношениях. С Эроном, психологом, брюнет чувствовал себя спокойнее, чем с кем-либо другим. Мужчина стал для него ненавязчивой, приятной и необходимой поддержкой, которой так часто не хватало в тяжёлые периоды жизни. Но Итан никогда бы не смог размышлять о нём в подобном эротическом ключе. Однако, обстоятельства говорили об обратном, чем сильно озадачили парня.

***

На следующей консультации Итан не мог спокойно смотреть на психолога. В голове всплывали кусочки его влажного сна и заставляли смущённо краснеть, избегать взгляда внимательных серых глаз. Парень мысленно винил свой организм и взбунтовавшиеся гормоны, однако, не мог избавиться от отголосков удовольствия, которое доставляли ему чужие фантомные прикосновения. От Эрона не укрылось странное поведение его клиента, поэтому обеспокоенный мужчина задал совсем невинный вопрос. — Что тебя беспокоит? Парень удивлённо захлопал глазами и смущённо опустил голову, начав нервно сминать пальцами край тёмной толстовки. Биение взволнованного сердца ощущалось где-то в горле и не давало нормально вздохнуть. — Ну… Сон недавно странный приснился. — Он был как-то связан с причинами твоих панических атак? — Н-нет. — Тогда какую эмоциональную окраску он имел? Итан мысленно взвыл и проклял особенность психолога задавать наводящие вопросы. Врать и подрывать доверие парню не хотелось, поэтому он думал как-то обойти эту пикантную тему. — Больше положительную, чем отрицательную. Мужчина кивнул и что-то пометил в журнале. — Ясный? — Весьма… — брюнет смущённо почесал кончик носа. — Осознанный или повторяющийся? — Первый раз такое было. — Конкретно этот сон или его характер? — Первое. — Угу… — мужчина задумчиво коснулся заросшего щетиной подбородка. — Это ведь был эротический сон, верно? Итан ошеломлённо открыл рот, но не смог ничего сказать, возразить или опровергнуть. — Сегодняшняя стеснительность и тревожность выдают тебя. Не переживай, это нормальное явление. Оно не говорит об озабоченности или о чём-то таком. Расценивай этот сон как повод задуматься о том, что тебя беспокоит. Возможно, проблему удастся быстро решить. Повисшая в кабинете тишина показалась брюнету неловкой, но она же и навела парня на весьма странную мысль, которую он сразу отверг. Эта догадка упрямо не хотела уходить, поэтому стала всплывать в сознании почти через каждую фразу. Итан заставил себя посмотреть на мужчину и неожиданно наткнулся на внимательный взгляд серых глаз. По спине прошлись мурашки, а низ живота невольно напрягся. Было что-то в этом взгляде, заставившее смутиться и задышать чуть чаще от волнения. Одновременно хотелось скрыться от него и продолжить сидеть на месте, только бы мужчина не прекращал одаривать своим вниманием. В какой-то момент Итан ощутил волну странного жара, прокатившуюся по телу, и понял, что пропал.

***

— Итан… — чуть хриплый, спокойный голос вызывал стойкое чувство дежавю. — Расслабься. Это необходимо, чтобы научиться контролировать дыхание во время атаки. — Я знаю. Просто… — парень шумно выдохнул, ощущая внутри некоторый трепет. Брюнет лежал на диванчике в знакомом кабинете, закрыв глаза. В хрупкой тишине раздавалось только тиканье настенных часов и слабое дыхание двух людей. Итану было сложно сосредоточиться на цели сегодняшней встречи, в темноте под веками всё вокруг ощущалось в тысячи раз острее. Движения, шорохи, запахи… — Хорошо, тогда не будем торопиться. Иногда этот психолог казался слишком великодушным, а его терпению и самообладанию можно было каждый раз завидовать. Однако, в последнее время внутри мужчины бушевали бури. Он стал замечать некоторые изменения в поведении своего молодого клиента, и с каждым разом эти перемены разжигали пламя надежды, которое вскоре превратилось в уверенность. Вся загвоздка состояла в проявлении чувств с одной стороны и их принятия с другой. Эрона всё ещё грызли совесть и стыд, он не мог просто так переступить через эту грань профессиональных отношений, а Итан был несколько неуверенным и стеснительным для первого робкого шага. Психолог тихо встал с кресла и пересел на край дивана, где лежал парень. Чужие веки чувственно дрогнули, но глаза не открылись, зато неуверенно раскрылись два розоватых лепестка губ. — Мистер Мортон?.. — Не волнуйся, — мужчина взял руку брюнета и положил на его живот, прикрыв сверху своей. — Вдыхай через нос. Медленно и глубоко. Потом задержи дыхание на пару секунд. Да, вот так… Теперь считай до десяти и выдыхай. Хорошо… Давай повторим ещё несколько раз. Итан чувствовал, как опускается и поднимается живот при дыхании, как чужая ладонь греет его собственную, и с трудом мог сосредоточиться. Ситуация казалась немного интимной из-за такой близости, хрупкой и невинной, но в голову, как назло, лезли всякие пошлости, навеянные повторяющимися эротическими снами. О последнем парень специально умалчивал, так как не хотел снова испытать то неуютное чувство неловкости, и понемногу сходил с ума в одиночестве. Брюнета настолько увлекли собственные терзания, что он не заметил, как слегка сжал в руке чужие пальцы. Внутренне вздрогнув, Итан робко приоткрыл глаза и увидел лёгкую улыбку на умиротворённом лице. — Я… Простите, — едва слышно произнес он, собираясь убрать ладонь. — За что ты извиняешься? За собственные чувства? — Эрон слегка погладил чужие костяшки, не давая отстраниться. — Не стесняйся их. Они искренние, поэтому весьма ценны. В нашем случае, думаю, особенно. — Нашем?.. — Итан невольно напрягся. — Верно. Я знаю, что ты стал смотреть на меня по-другому, а ты осознаешь, что я отношусь к тебе не как к обычному клиенту. Даже сейчас я веду себя не как профессионал, позволяя нечто большее. Так ведь? Парень удивлённо округлил глаза и медленно кивнул, соглашаясь. — Боюсь, из-за нарушения субординации придётся передать тебя другому специалисту… Мужчина не успел закончить мысль, как Итан резко сел на диване и чуть подался вперёд, говоря со смесью волнения и страха в негромком голосе. — Не нужно, осталось же совсем немного!.. Не думаю, что привлекать кого-то ещё на финальном этапе – хорошая идея. — И то верно… Прости. Я просто до сих пор не могу договориться с собой: работа говорит одно, чувства – другое… — Тогда подождите, пока закончатся отношения «психолог-клиент», и не мучайте себя. Так же можно, да?.. — Итан едва мог игнорировать внутренний трепет, который поглотил всю его сущность. — Продолжить потом как обычные люди?.. — Да… Думаю, да, — ответил психолог, ощущая некоторое облегчение. — Осталась буквально пара консультаций. Это не так много, так что… Если ты не против… — Я готов подождать, — парень чуть крепче стиснул чужую ладонь, а затем отпустил.

***

Однако, ни Итан, ни Эрон не могли знать того, что на последнем сеансе дадут себе волю. Умалчивание и воздержание редко доводят до чего-то хорошего и рано или поздно рушатся. Всё случилось само собой. Психолог, до этого демонстративно державший дистанцию, в какой-то момент осознал, что в карих глазах, находящихся непозволительно близко, видит причудливый узор радужки. Тёплое дыхание на губах окончательно уничтожило самообладание, и мужчина не выдержал, припал к чужому рту в мягком, но немного резковатом поцелуе. Итан опешил в первое время, но потом стал неловко отвечать, ощущая, как потеплели от смущения щёки. Неторопливо и почти целомудренно мужчины долго целовались на тёмном диванчике в их любимом кабинете. — Закройте дверь на ключ… — опомнившись на секунду, выдохнул парень. Психолог шумно вздохнул и нехотя отстранился, чтобы выполнить вполне логичную просьбу. Когда в тишине щёлкнул замок, стало немного легче, но в голове до сих пор крутилась мысль о том, что их могут услышать. — Боюсь, придётся быть потише, — прошептал Эрон, возвращаясь к прежнему занятию. — Мгм, — согласился брюнет в поцелуй. Частое, близкое дыхание и едва уловимые причмокивающие звуки пробуждали в сознании нечто тёплое, похожее на тлеющие угли. Одна искра, и всё вспыхнет. И Итан собственными действиями разжёг пламя, прижавшись к мужчине. Эрон почувствовал чужое возбуждение и, рвано вздохнув, чуть прикусил нижнюю губу парня. Руки без всякого стеснения сжали худые бёдра, притянув ближе. Мужчина откинулся на диван, позволяя брюнету оказаться сверху. Итан охнул от внезапной смены позы и того, что ощутил под ягодицами. Поддавшись порыву, он слегка поёрзал, запоминая новые и необычные впечатления, которые потом собирались в тугой узел и оттягивали сладко ноющий низ живота. — Ах!.. — вздохнул парень, когда тёплая ладонь накрыла его пах и несильно сжала. — Ш-ш-ш, — Эрон вовлёк партнера в жаркий поцелуй, продолжая массировать полувозбуждённую плоть через плотную джинсовую ткань. Итан стал невольно подаваться навстречу ласке, каждый раз проезжаясь ягодицами по члену психолога. Такое трение было подобно пытке для обоих, поэтому весьма скоро мужчина потянулся к молнии на джинсах парня. Раздавшийся «вжик» резко прозвучал в относительной тишине кабинета, заставив брюнета заметно покраснеть. Румянец залил щёки и кончики ушей, соблазняя укусить последние. Эрон не стал упускать подобную возможность и, сжав чужое возбуждение, скрываемое лишь тонкой и намокшей от предэякулята тканью белья, несильно сомкнул зубы на мягкой мочке. Итан ощутимо вздрогнул и закусил покрасневшие от поцелуев губы, чтобы сдержать стон. — М-м-м, — вырвался тихий и хрипловатый от возбуждения голос, когда психолог провёл рукой по всей длине члена, освобождённого от скрывающей его ткани. — Эй, нас так и услышать могут, — беззлобно шепнул на ухо Эрон, массируя пальцем узенькое отверстие уретры. Итан рвано вздохнул и прикрыл рот тыльной стороной ладони, млея от ласки. На чувствительной головке сразу же выступило несколько прозрачных и вязких капель. Они игриво поблёскивали в тусклом жёлтом свете одинокой лампы, которая единственная освещала погружённый в вечернюю тьму кабинет. Мужчина с трудом сглотнул и размазал их пальцем по тёплой и нежной коже. Ноздри заполнил характерный терпкий запах, почти заставивший прорычать от возбуждения. Пальцы невольно сжались от переизбытка чувств, плотно обхватив чужую плоть, и плавно задвигались, с каждой секундой увеличивая темп. Итан сдавленно мычал в ладонь и извивался, не находя себе места от необычных и приятных ощущений. Внизу всё сладко ныло и пылало от жара, блестящая влага пошло хлюпала при каждом движении руки. Парню казалось, что ещё немного, и бёдра сведет судорогой – до того они были напряжены. Буквально ощущая подобные мелочи, Эрон прервал ласку и призывно приподнял вверх таз, ощутимо вжимая больно стянутый тканью брюк член в чужие ягодицы. Итан в ответ качнул бёдрами сначала один раз, потом второй, третий… Имитируя фрикции, мужчины двигались в едином ритме, позволяя возбуждению достичь предела. Итан выгнулся и, зажав рукой рот, с глухим стоном излился в ласкающую его руку. Он ощутил, как чужой член дёрнулся под ним, выплёскивая горячую сперму. — Что ж… Думаю, эта последняя консультация запомнится нам надолго, — негромко хмыкнул мужчина, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. — Последняя?.. — парень улыбнулся краешком покрасневших губ. — Крайняя, — исправился психолог. — И, кажется, их будет не две, и даже не три…