Копоть мыслей

      Дорога домой заняла немного времени, возможно это было потому, что мысли были заняты не ей вообще. Они были далеко, в двадцати минутах ранее. Случившееся завладело им в полной мере. Кажется его пару раз чуть машина не сбила.       В себя он пришёл только перед входом в дом. Наверняка отец сейчас в своём кабинете, мама в гараже, пытается разобраться с карбюратором, а Ди сидит в комнате, слушая музыку и читая. Как всегда. Ничего не меняется.       Рука тянется к дверной ручке, секунда, и он уже сбрасывает обувь. Звуков особо слышно не было, поэтому можно спокойно пойти руки мыть.       Из зеркала над умывальником на него смотрел мальчик, вроде обычный рыжий с зелёными глазками, но вот ему самому так не казалось. Он видел несуразного, округлого и грязного пацана. Свинью. Глядишь и пятак появится. Как же мерзко. Даже слезы на глаза наворачиваются.

Стоп. Слезы?

      И правда. У мальчика в отражении с нижних ресниц почти срываются капли хрусталя. Блестят на свету лампы.       А вот этого не надо, он ведь не совсем нюня. Мало того, что свинтус, так ещё и размазня? Нет нет нет нет нет нет.... Нельзя такого. Нельзя ему плакать. Он не совсем слабак. Вот возьмёт и станет лучше. Бока уменьшит, чистым станет, и плакать никогда не будет. Будет сильным как мама или папа. Да. И гордиться им будут. А в школе все поймут, что очень сильно ошиблись, и вообще они лохи. Да! И Ди увидит, что он хороший, возможно даже глупым называть перестанет. И все будет хорошо.       По лицу похлопали мокрыми руками, глаза протерли. Далее следовал минута размышлений перед ванной. Победила та, чтобы набрать воду и помыться. Прямо сейчас начнёт приводить свой план в действие.       Выкрутил краны, настроил температуру и заткнул слив. Отлично, надо сходить за сменной одеждой и вернуться обратно. Ничего сложного.       Шкаф в комнате стоял как всегда на своём месте, на против кровати. И даже у входа было видно, насколько он забит вещами. Хаотично, в беспорядке. Так было всегда, так почему именно сейчас его это волнует? Решено. После ванны, надо убраться в комнате. Полностью. Он не будет свиньёй.       Вещи были взяты, вода, набранная в достаточном количестве, выключена. Можно залезать.       Когда нога парня коснулась поверхности, стало понятно, что сейчас она лилась более горячая, чем временем ранее. Видимо, когда он ушёл, температура не до конца перестроилась. Ну ладно. Он ведь сам виноват, надо было тщательнее настраивать. Ни станется с ним ничего. Не растает. И в такой посидит. В горячей воде, грязь отмыть легче.       Не дав себе привыкнуть, он сел в ванну. Не сказать, что был прям кипяток, но пар все равно имелся. Зеркало и кафель запотели. Первую минуту хотелось выпрыгнуть на холодный пол и барахтаться как рыба, но этого никто не сделал. После привыкания, в ход пошла губка, обычная, двухсторонняя, где одна сторона обычная, мягкая, а вторая шершавая, которой при желании можно снять слой кожи. Последняя и пошла в ход, ибо ей легче оттереть грязь.       Выдавить гель, вспенить, и начать с силой тереть по телу. В совокупности с горячей водой, натертые места начинало печь. Довольно приятный дискомфорт. Как бы странно не звучало.       К концу ритуала в голове начинал мутнеть. В висках стучало, было мокро, и это не от того, что он сидит по плечи в воде. Жарко, слишком жарко, что даже пот литься начал.       Пробка из слива была выдернута, а мальчик так и остался сидеть, ждать пока спустится вода. Это ещё не все, надо помыть голову, волосы, которые уже цвет свой потеряли из за долгого отсутствия мытья.       Душ заново настроен, голова помыта после на два раза. Из ванны встать было тяжело, ноги подгибались, а глаза как будто запотели, ему казалось, что до падения осталось пара минут.       Переодевание в чистое, закидывание в стирку грязного, открыть замок на двери и свобода. Из комнаты валил пар, настолько там было душно и жарко. Прохлада остальной квартиры помогла, но все равно постоять, облокотившись о дверной косяк, надо было.

Чистый, он наконец-то чистый. Ура.

      Радость захлестнула, но осадок незаконченных дел все равно остался, оттягивая настрой вниз.       Зайдя в комнату, он встал перед шкафом и начал думать, с чего же начать. Было принято решение начать с сортировки вещей на нужные и не нужные. Первым делом он вывалил всю одежду из тех ячеек до которых мог дотянуться. На некоторый грохот, из своей каморки выглянул Ди, с вопросами:       — Ты чего творишь? И это что? Ты голову помыл?       — Эээ... Просто убраться захотелось, а волосы... Надо же их мыть хоть иногда?... Кстати, не поможешь? Мне сумка вон та нужна, а я не достаю даже на стуле.       Старший посмотрел скептически, но все же помог, наверно сыграло состояние некого потрясения, ведь не каждый день твой младший я-никогда-не-буду-мыть-голову-ведь-так-я-выгляжу-как-придурок брат не просто помыл волосню, но и убираться вздумал.       — Спасибо, позже можно будет тебя попросить закинуть её обратно?       — ...Да, конечно... — Ему все ещё странно это наблюдать. Хотя ладно, мало ли, что взбрело в голову семиклассника.       — Отлично! — Рыжик улыбнулся, можно сказать в первый раз за сегодняшний день. На самом деле он действительно любил брата, хоть последний и шутил над ним, не редко вполне обидно, давал глупые прозвища и откровенно стебался. Да и Ди на него точно не было все равно. Не зря же все время с уроками помогает, фильмы они вместе смотрят и в приставку играют? Хэви знал, что Ди часто что то тревожит, он слышал их перепалки с отцом, с матерью.       Родители сами по себе были людьми...интересными, один довольно пугающий и до ужаса проницательный, а вторая просто мама. Не очень сообразительная, но действительно мать. Старший брат с ними, это ядерная смесь, которая рано или поздно может рвануть.       Младший видел, видел и не мог ничего сделать. Он младший, он ничего не может. У него есть талант к музыке, и пожалуй, это единственное, что он мог бы уметь. Хотелось бы, что бы он мог общаться с семьёй настолько тесно, что можно было бы рассказать им все не таясь, хотя бы брату. О мыслях, об обидах, о злости, грусти и о кучи других вещей, не думая "они могут не понять, отругать, перевернуть все верх дном". Но пока что он может быть просто Хэви, который дерётся по глупым поводам, любит котов, снимает их же с деревьев, ненавидит рэп и брокколи, с аллергией на одуванчики. Добрый, громкий, искренний ребёнок, без проблем и загонов. И всем лучше.       Блондин вышел, оставив Рыжика разбираться с кучами одежды. Зачем ему столько? Он ведь из всей этой массы носит пары две джинс, столько же футболок и по мелочи остального. Поэтому, все то, что носить он точно больше не будет, было спрятано в ту самую сумку, а то, что может понадобится, разложено на полках аккуратными стопками. Он действительно старался сделать их ровнее.       Последние штрихи и он закончил. Из шкафа больше ничего не торчало, из ячеек не валилось бесконечное количество тряпок, всё было опрятно и чисто. Можно звать Ди и продолжать.       — Дииииии! Помоги сумку назад поставить!       — Да-да-да, иду, коротышка. Ого... Ты меня пугаешь. В последний раз так чисто было только тогда, когда шкаф только поставили. Что, девчонка, которая тебе нравится сказала, что любит опрятных? Пхехе.       После этих слов, что то резко кольнуло. Причина ведь даже не в банальном желании понравиться.. Он просто слабак, который обращает внимание на выбросы других. Мерзость. Захотелось выпотрошить все вещи, которые он успел сложить, и разбросать как было, как будто и не прогинался.       Вместо этого, он проглотил вспышку раздражения, и ответил:       — Ой, да иди ты. Думай что хочешь. Может я просто убраться захотел, все же так делают, чем я отличаюсь? Давай, давай, ты мне обещал сумку на верх поставить.       —Ладно, ладно, давай сюда. Фига ты её нагрузил, пол гардероба небось туда складировал.       Он близок к правде.       Поставив вещь на место, Ди удалился, а Хэв занялся уборкой на столе. Там было много фантиков, пустые и не очень пачки чипсов, недопитая кола и ещё куча всего прочего. Это всё он собрал в найденный пакет, и понёс вниз, в мусорку на кухне.       Добравшись, и собираясь уже выбросить свой груз, Парень услышал обращение в свою сторону. Это был отец, зашедший буквально за Рыжим.       — Хэви, а я тебя ищу, как прошёл день? Вижу ты помыл свои волосы, это непривычно. Что послужило причиной? Учителя опять? Мне надо идти в школу?       — Всё нормально, пап. День прошёл нормально, голову я помыл, потому что захотел, в школу тебе не надо.       Соврал и не поморщился. Хотя папа все равно не поверил, он в этом уверен.       — Хорошо, можешь садиться, сегодня у нас лазанья! Очень вкусная, уверяю тебя!       Вот и то, чего он ждал с замиранием сердца. Далеко не в хорошем смысле. Мысли о еде вызывали странные чувства. С одной стороны есть хотелось, но с другой в памяти всплывали обрывки фраз, брошенные ему одноклассниками и не только. Самым громким была фраза того старшеклассника, сказанная в туалете, - "Ты такой маленький и круглый, что похож чем то на девушку". Последнее заставило передернуть плечами. Он не хочет быть таким, не хочет. Надо худеть. Надо уменьшаться. Будет есть меньше. Одного раза в день достаточно. А сегодня он уже ел.       — Не надо пап, спасибо. Я в школе поесть успел. И дома, когда пришёл. Чай с бутербродами попил. Я не голодный, правда.       — Ну хорошо. Можешь идти. Если что то нужно, я у себя!       — Да, конечно!       Надо пойти к себе и посмотреть какой нибудь фильмец, он устал сегодня.