Нить

По прибытии в поместье Лаббак, естественно, не постеснялся рассказать о своих достижениях Кейтлин, за что получил массу восхвалений в свой адрес, а также возмущения его физической форме — видите ли, он совсем себя запустил и теперь похож на ветку дерева. Или представителя бедных районов. Лаббак и не представлял, как успел соскучиться по этому, так что даже без каких-либо возражений принялся набивать живот домашней готовкой своей личной служанки. И пусть он не жаловался на еду в академической столовой (не то чтобы он вообще когда-либо на что-то жаловался), но ощутить вкус приготовленной специально для него, с учётом всех его предпочтений, еды было непередаваемо. Д’Альбер остановился только тогда, когда понял, что ещё несколько крошек хлеба — и его просто вырвет. Поэтому, поблагодарив за еду, он, дождавшись когда им обоим принесут по чашке чая, принялся рассказывать о своих достижениях в Академии. — А эта молодая леди, Эсдес Партас, видимо стала хорошей подругой Господина Д’Альбера, — с улыбкой, на самой грани не переходящей в ухмылку, произнесла Кейтлин. — Слишком громкое название для этого варвара, — фыркнул Лаббак, не забыл закатить глаза. — Для меня она не более чем слишком многое возомнившая о себе однокурсница. Не нужно делать из неё нечто большее. — Тем не менее, в вашем рассказе, господин Лаббак, слишком много внимания уделялось именно ей, — елейным тоном заметила служанка. И была права, должен был признать Д’Альбер. Большая часть его рассказа он рассказывал о своем противостоянии с представительницей Севера. — Возможно, — согласился он, продолжая держать на лице равнодушие. Уже неоднократно проходили слухи, что они с Эсдес встречаются, что, несомненно, он считал бредом, но пытаться что-то сделать с этим не считал нужным. И важным. Учёба была гораздо важнее этой чуши. — Но это не меняет моего к ней отношения, которое я говорил до этого. Поэтому нет смысла продолжать эту тему. — Как скажете, господин. Но всё равно, мне ужасно интересно услышать больше о ней. — Чтобы поделиться этим с остальными служанками? — подняв бровь, спросил Лаббак. От этого бледное лицо женщины покраснело. — Чем поделиться? — зашёл в столовую непривычно весёлый Аркрейн, что на пути к своему месту во главе стола растрепал волосы на макушке младшего брата. Лаббак от подобного пришёл в нечто близкое к шоку, застыв с чашкой чая в руках. — Ничем особенно важным, господин Аркрейн, — с улыбкой ответила Кейтлин, таким тоном, что Лаббак даже вышел из своего состояния. — Мы обсуждали с молодым господином Лаббаком его академическую жизнь и друзей, коих он там завёл. — Я получал письмо от директора Академии, где он хвалил моего братца. Так держать, Лаббак! Я горжусь тобой. С кем успел подружиться там? Есть кто-то интересный. — Больше всего я общаюсь с сыном графа Роттера и сыном маркиза Хорната, — придя в себя, ответил Лаббак, бросив острый взгляд на Кейтлин, уже видя ехидство в её глазах. — Не забудьте про госпожу Партас, — пропела служанка, прикрыв улыбку чашкой с чаем. — Как я уже говорил до этого, Партас лишь однокурсница, которая возомнила, что она может быть лучше меня. Она не стоит даже упоминания. — Партас, Партас, — задумчиво пробормотал Аркрейн, подняв взгляд вверх. — Это случайно не та девчонка из Севера, чей клан вырезали южане после того, как их победила Империя? — Всё верно, брат. Она самая. — Ещё мне сообщили, что именно Партас делит с тобой первое место в рейтинге студентов Академии вашего курса. — Это правда, — нехотя признался Лаббак, чьё эго всё ещё недовольно порыкивало от осознания этого. И успокаивать его стоило достаточно больших усилий. — В плане знаний она неплоха, пусть я и не согласен, что она делит со мной первое место. Но на фоне остальных Эсдес, можно сказать, лучшая. — Это достаточно высокая похвала от тебя, — ухмыльнулся старший Д’Альбер, из-за чего Лаббак закатил глаза. — Может, нам стоит пригласить твою подругу погостить у нас? — Сомневаюсь, что это хорошая идея. И Партас не является моей подругой. Скорее уж надоедливой однокурсницей. — Как скажешь, брат, как скажешь. Но приглашение всё же передай, мне будет интересно пообщаться с ней. — Как скажешь, брат, — ответил он словами Аркрейна, после чего поставил кружку с чаем на стол, показывая этим, что он закончил разговор. Странное поведение брата Лаббак решил проигнорировать, для собственного спокойствия, не иначе. — Я отправлюсь отдыхать. Хорошего тебе дня, брат. — Взаимно, Лаббак. *** Три недели в поместье прошли буднично и в тёплой атмосфере, насколько таковой может быть ситуация, когда тебя большая часть живущих игнорирует. Да, отношение к нему улучшилось, ведь теперь его не провожают вороватыми взглядами, думая, что он это не замечает. Но, честно говоря, это Д’Альбера не задевало. Из людей, чьё мнение ему важно, были лишь Кейтлин и, с недавних пор, Аркрейн. Старший из сыновей герцога Д’Альбера, за время что Лаббак находился в Имперской Академии, успел изменить своё отношение к нему и стал действительно кем-то, похожим на брата. С Дейном, несмотря на довольно частые встречи на тренировочных полянах, Лаббак особо не контактировал, посколько средний брат был слишком сконцентрирован на практике и не хотел прерываться на бесполезные разговоры. А Лаббак и не сильно стремился развить диалог, также решив сосредоточиться на отработке практических навыков сражения. По итогу, за неделю до начала обучения Лаббак успел насладиться компанией Кейтлин и Аркрейна, и отправился в Столицу, в один из особняков Д’Альберов. Кейтлин планировала отправиться с ним, но Лаббак умудрился её отговорить, аргументируя это тем, что готовить, гладить, ухаживать за собой и все остальные бытовые вещи, которые обычно за него выполняла служанка, делать умеет. Естественно, в Академии никто не мог позаботиться о нём, кроме него самого, поэтому и практики у Лаббака хватало. Главным аргументом послужил тот факт, что в будущем никто не будет за ним следить и что ему пора становиться самостоятельным. Поместье было небольшим и даже скромным, с несколькими комнатами: одной спальней, одной гостевой, купальней, кухней и санузлом, а также кабинетом для работы. Аркрейн без возражений позволил ему занять это поместье, так как оно было скорее как временное жильё для тех, кто приехал на пару недель в Столицу. Вещей Лаббак взял тоже немного, буквально абсолютный минимум, которого хватит на неделю — по паре рубашек и брюк, носки, нижнее бельё, пиджак, свитер и две пары туфель. Также ему выдали новую форму для Академии, что будет ждать его уже непосредственно в самом учебном заведении. Первые дни Лаббак потратил на покупку новых материалов для чтения в одном из немногих книжных магазинов. Свежие выпуски манги и книги от любимых авторов пополнили его переносной рюкзак и слегка облегчили кошелёк со взятыми с собой деньгами на расходы. С другой стороны, Лаббаку со своими оценками теперь доверяют бо́льшую сумму, чем было до этого, поэтому капитал Д’Альбера был больше, нежели до этого. Стоит также добавить, что ему, как студенту Академии, многие магазины и лавки на территории учебного заведения предоставляют скидку на товары, чем он не стесняется пользоваться. И у некоторых он за время обучения стал едва ли не постоянным клиентом, став хорошим знакомым, а не просто очередным покупателем. Последующие дни не были преисполнены чем-то потрясающим или же уникальным. Лаббак по большей части бродил по основным районам Столицы, рассматривая товар и просто гулял в надежде найти что-то интересное, а вечера проводил за чтением купленных книг и манг. Лаббак так и не встретил Леонэ, впрочем, нельзя сказать, что он целенаправленно искал давнюю знакомую и, откровенно говоря, не смог бы её найти. Всё же Столица — огромный город и найти в нём человека, которого ты встречал годы назад — задача тяжёлая. Тем более он даже не может быть уверенным в том, как она сейчас выглядит — он, конечно, никогда не жаловался на память, оправданно считая её отличной, но она не была абсолютной, чтобы обнаружить человека, которого он видел всего несколько раз пару лет назад. До Серью он добраться так и не смог — насколько он знал, они с Огром-сенсеем отправились в загородную резиденцию, чтобы полностью посвятить себя тренировкам Юбикитас. Лаббак испытывал даже небольшую гордость за свою подругу, ведь, когда они тренировались, девочка не показывала столь рьяное желание стать сильнее. А теперь она едва ли не без перерыва оттачивала свои боевые навыки и теоретические знания. Тем не менее, эта неделя до обучения была отличным способом расслабиться — всё же темп обучения в Академии Лаббак взял огромный, и такая передышка ему требовалась. И вскоре ему придётся вернуться к такому темпу. *** Академия встретила его суетой и ажиотажем. Многие студенты, как его курса, так и последующих, распределились по большому двору перед Академией, общаясь друг с другом, отдавая команды и приказы своим слугам или же просто прощаясь с родными. Многие из них имели внушительную поклажу, что более удивительно, большинство являлось представителями одного с Лаббаком пола. С другой стороны, парней было больше, поэтому такая статистика не позорила сильный пол. Он заметил также нескольких его знакомых, с которыми он иногда общался на курсе, получив от них приветливые кивки и ответив аналогично. — Лаббак, давно не виделись! — из-за его спины окликнул Рикард Роттер собственной персоной, что нёс в руках большой чемодан и сумку на плече. — Как прошли твои выходные? Умудрился отдохнуть? — Доброго дня, Рик. Могу сказать, что они явно удались, — он натянул на лицо стандартную лёгкую улыбку, с которой обычно не расстается на людях. — Встретился с семьёй, погулял по Столице. Прикупил себе книг для отдыха и развлечения. Рик понимающе прикрыл глаза, ответил ухмылкой. Они с ним часто общаются, так ещё и практически соседи в общежитии, поэтому нет ничего удивительного в том, что они хорошо поладили. — Мне, к сожалению, не удалось вырваться в Столицу, чтобы купить себе книг, поэтому я надеюсь, что ты сжалишься над своим другом и дашь мне почитать что-то из своей коллекции, — он весело прищурился, сложив руки в карманы брюк. — Думаю, с этим не возникнет проблем, — он увидел, как глаза Рика расширились на что-то за спиной, поэтому Лаббак развернулся, чтобы посмотреть, что же там такое. И он наткнулся на вызывающий взгляд голубых глаз с белоснежными ресницами. — Партас. Давно не виделись. Как поживаешь? Несмотря на то, что никакого подтекста в его приветствии не было, зрачки Эсдес сузились, а ноздри забавно раздулись от злости. И Лаббак вынужден был признать, что даже немного соскучился по своей сопернице в учёбе. Слова о том, что они являлись друзьями, произнесённые как Аркрейном, так и Кейтлин, долго не выходили из его головы и по большей части он был где-то внутри согласен с ними. Эсдес была невыносимой, наглой, дерзкой, грубиянкой и вела себя по-варварски. Но в то же время Лаббак признавал, что она была умной, сильной и достаточно красивой, причём последнее было, скорее, из-за экзотической внешности северянки. И он мог сказать, что она будет покорять сердца множества парней. — Д’Альбер, — обозначила она нечто похожее на приветствие, даже не поленилась кивнуть ему. — Не жалуюсь. Готов быть вторым номером в обучении? — Только после вас, миледи, — с лёгкой улыбкой склонил голову он, без проблем встретив её взгляд. Шипение, сорвавшейся с её губ, было словно мёд для его ушей. Лаббак галантно пропустил её вперёд, так и не убирая с лица улыбки. Партас, гордо подняв голову, прошествовала мимо них, везя за собой свой чемодан. Он проводил её длинным взглядом, после чего вернул свое внимание к Рику. — Я смотрю, ваш дуэт в своем репертуаре. — Что ты имеешь в виду? — Ваша пара стала причиной сплетен почти среди всех курсов — слишком уж вы колоритны и выделяетесь. Многие делают ставки, кто из вас займёт первое место. Также есть ставки на то, являетесь ли вы парой и будете ли вы встречаться через пару лет. — Это вздор, — фыркнул он. Чтобы он и встречался с Эсдес? Абсолютный абсурд. — Я испытываю к Партас разве что небольшое уважение за её целеустремлённость, но не более. — Всё меняется, — пожал плечами Роттер, перехватив ручку своего чемодана. — Никто не может сказать, куда тебя заведут нити судьбы. Но сейчас они нас приведут в общежитие. Он широко улыбнулся своей шутке и направился в сторону временного дома. Лаббак хмыкнул и направился за ним, перешучиваясь. *** — Итак, кадеты, — Роман Вудден за время паузы в обучении никак не изменился. Всё та же идеальная военная форма, суровый взгляд бледно-зелёных глаз и гладко выбритое лицо. Он цепко оглядывал строй студентов перед собой, и Лаббак мог поклясться, что на мгновение его губы скривились в едва заметной улыбке. — Я крайне надеюсь, что за время выходных вы не забыли ничего из того, что я настойчиво заносил вам в головы на протяжении предыдущего семестра. Как я вижу, устав и военную выправку вы не забыли. Или я не прав? — Никак нет, сэр! — стройный хор голосов был ему ответом. — Хорошо, если так. Завтра, как вы знаете, начинается новый семестр, поэтому уже пора отбросить выходную расслабленность, которую вы почувствовали за этот месяц. И даже не думайте, что нагрузка с вас снизиться хотя бы на процент! Куда бы вы ни пошли дальше, я сделаю так, чтобы вы были лучшими! Чтобы люди знали, что их будет защищать элита! Чтобы люди знали, что Империя сильна! После столь пламенной речи аудитория погрузилась в тишину — никто не спешил отвечать или как-то реагировать. В прошлом уже было несколько подобных случаев, когда кто-то поддался на подобную речь и поддержал её, а после получил наказание, ибо без команды нельзя было действовать. Дисциплина на уроках всегда была в приоритете. — Вольно, кадеты. Завтра в это же время чтобы были тут. Партас, Д’Альбер, останьтесь. Они обменялись непонимающими взглядами, но с места не сдвинулись, с интересом наблюдая за Вудденом. — Мне сообщили, что в конце этого учебного года будет проведён турнир в честь окончательного ухода из политики бывшего премьер-министра Чоури. Турнир будет проводиться в формате два на два, и открывать его будет подрастающее поколение до шестнадцати лет. Я выдвинул ваши кандидатуры. Несмотря на то, что основной турнир будет для всех желающих, призёры даже младшего возраста будут вознаграждены. Если, конечно, они смогут впечатлить Императора Макото и премьер-министра Онеста. Так что поздравляю, вы — два моих лучших студента, и я сделал свою ставку на вас. Если вы победите, то наше учебное заведение получит хорошую репутацию и спонсорство. Не подведите меня. И не посрамите Академию. Лаббак снова переглянулся с Эсдес, в глазах которой начало появляться осознание ситуации. Два заклятых соперника, как их любили называть другие однокурсники, должны будут выступить одной командой, чтобы победить. Что означает, им придётся проводить время вместе, чтобы отточить командное взаимодействие. — А есть ли возможность выбрать других участников? — с надеждой спросила Эсдес, косясь на него недовольным взглядом, будто говорящим, что это его вина. — Нет, Партас. Ваши кандидатуры уже одобрены ректором и отправлены в список участников секретарю премьер-министра. Если мы резко передумаем, это отбросит тень на Академию. — Но… — Я не спрашивал вашего мнения, кадет Партас. Я поставил вас в известность. Мне плевать, какие у вас взаимоотношения. И мне плевать, что вы там считаете по поводу этого решения. Считайте это приказом, — его холодный взгляд заткнул готовую что-то ещё сказать Эсдес. — Турнир состоится через три месяца, поэтому у вас будет время привыкнуть работать в команде. Я уведомил инструкторов по боевой подготовке, что у вас есть неограниченный допуск к тренировочным полям и разрешение на использование инвентаря и манекенов. Также он будет вам всячески помогать в практике. Но от учёбы вас никто не освобождает, запомните это. А теперь — свободны. Они молча отдали честь и вышли из аудитории, чеканя шаг. Стоило массивной двери закрыться за их спинами, как Эсдес тихо зарычала. — Отстой. И впервые за время их знакомства Лаббак был согласен с ней. ***