Поговори со мной

Сейчас

      Мы приземлились в аэропорту близ Рио-де-Жанейро, пересели на вертолёт и устремились вглубь континента. Оказывается, у подножия плато разбили целый палаточный лагерь, где обосновались в том числе некоторые видные - а также не видные, но по-настоящему влиятельные - политики. Каждая из задействованных сторон настолько не доверяла остальным, что экстренно заслала своих представителей максимально близко к месту развития событий. Однако, как нам рассказали, на самом плато сыны и дочери нашей цивилизации ещё не появлялись открыто. Небольшие группы проникали внутрь через систему пещер, собирали данные, стараясь оставаться незамеченными, и возвращались обратно. В составе групп были учёные, один-два медика и пара-тройка военных для охраны. Один политик потребовал, чтоб его тоже взяли, и был не то унесён птеродактилем, не то растоптан тираннозавром. Больше желающих посетить плато среди политической братии не нашлось.       Разумеется, в данном случае мы не могли изображать случайных людей, понятия не имеющих о происходящем. Но и раскрывать нашу специализацию было нельзя. Так что официально мы являлись помощниками членов британской делегации, эдакий походный вариант офисного планктона.       Нам предстояло не только незаметно убедить кого надо в чём надо, но и создать спешку, почти панику. Нужно, чтобы те, кто наделён полномочиями, поняли, что на долгие раздумья нет времени, решать необходимо сейчас! Иначе начнут созывать совещания, организовывать заседания, собираться на советы, устраивать круглые столы. Проводить заседания по организации совещаний, круглые столы по сбору советов, советы по проведению заседаний, совещания по устроению круглых столов. Производить расчёты, делать опросы, просчитывать результаты опросов, опрашивать производителей расчётов… Такими темпами мало-мальски твёрдое решение будет принято, лишь когда динозавры плато вымрут естественным путём.       Пару раз вертолёт приземлялся в небольших городках на дозаправку. До конечной цели добирались долго, каждый из нас успел подремать. Вероника спала у меня на плече, когда стало видно плато. Зрелище величественное, и по мере приближения делалось всё более захватывающим. Верхушка плато была скрыта густыми облаками, и казалось, что скалы вонзаются в небо.       Подлетали мы днём, потому смогли оценить палаточный лагерь сверху. Немало тут успели сделать за несколько дней! Это был уже не столько лагерь, сколько городок.       Нас встретили, обыскали и – всех, кроме Рокстона - отправили к британской делегации. С ними мы вновь обсудили цели, а уж методикой делиться не стали.       Чего только не было между палатками – от машин до рюкзаков, нашлись даже столы и стулья. И за одним из этих столов я увидела седовласого человека в очках, который прихлёбывал что-то из крышки от термоса с таким добродушно-чинным видом, точно сидел на аристократическом чаепитии.       - Саммерли!       Он лучезарно улыбнулся.       - Саммерли! – Я подошла к нему.       - Дитя моё, как я рад Вас видеть!       - Взаимно! Но я поверить не могу, что Вас притащили сюда! – Такое путешествие в его-то возрасте!       Мысль про возраст я не выдала никоим образом, да ведь это Артур Эдвард Саммерли! Ему не нужно никаких выдач, чтобы определить, о чём думает собеседник.       - Да-да, кто-то говорит: «Я слишком стар для путешествий», а я считаю, что я уже слишком стар, чтобы упускать возможность куда-то поехать – следующей может и не быть. – Он очаровательно подмигнул мне.       - Саммерли, дружище! – Вперёд выступил Челленджер и пожал ему руку.       Позади нас в своей фирменной манере кашлянул Нэд.       - Так это и есть знаменитый профессор Артур Саммерли?       Ни Нэду, ни Веронике не довелось поработать с Саммерли, и они знали о нём лишь по рассказам. А рассказать было о чём! Артур Саммерли – живая легенда! Он, как и Челленджер, учёный, а ещё гениальный собеседник. Направляющими беседами, как он сам их называет, Саммерли начал заниматься задолго до моего рождения. Он тоже, выражаясь туманно-пафосным языком, работал на правительство, его деятельностью и вдохновлялся Челленджер, создавая «Поговори со мной» (но напоминаю, что изначально проект задумывался как средство решения бытовых, мелко-рабочих или некрупно-предпринимательских проблем). Я не страдаю скромностью, однако объективно признаю, что не гожусь Саммерли в подмётки. Никто не годится. Это запредельный уровень мастерства. Я бы не удивилась, если б узнала, что Саммерли – пришелец, обладающий телепатическими способностями. Уму непостижимо, на что он способен, я не поверила бы, если б не видела собственными глазами.       Я работала с Саммерли дважды. На второй раз приключилась неприятность: когда мы находились в Штатах, я оказалась в списке самых разыскиваемых преступников, меня приравняли к опаснейшим террористам мира. Вовсе не за мои «заслуги», тут была мелкая личная месть в сочетании с большими профессиональными возможностями. Я не угодила одному высокопоставленному должностному лицу, имеющему доступ к базам данных ФБР, ЦРУ и иже с ними, и лицо не постеснялось воспользоваться полномочиями. Видимо, предполагалось, что меня задержат и засадят в тюрьму, а дальше – как получится. Либо разберутся и выпустят, но я успею обогатиться непередаваемыми впечатлениями. Либо процесс затянется, я неизвестно насколько застряну в американской тюрьме и сгину под горой скопившихся непередаваемых впечатлений. Пакостнику я отомстила, но это другая история.       В гостиницу, где жили мы с Саммерли, прикатила целая группа захвата: бронежилеты, шлемы, оружие – всё как положено. Ни о чём не подозревающий профессор спустился на лифте из зала-ресторана на наш этаж. И вот двери лифта открываются, а за ними полтора десятка бойцов дружно наводят на Саммерли автоматы, или что там у них на вооружении, я не успела толком разглядеть. Мы как раз разговаривали по видеосвязи, телефон Саммерли дёрнулся, я мельком увидела происходящее, и звонок обрубился. Я ещё не знала, что искали в первую очередь меня, и сразу рванула туда, по пути сделав несколько звонков (первым делом попыталась перезвонить Саммерли, но безуспешно). Примчавшись и взмыв на свой – третий – этаж по лестнице, я узрела поразительную картину. Живой, невредимый и благодушный Саммерли похлопывал по плечу рыдающего бойца, все коллеги которого сидели, прислонившись к стенке, и тоже всхлипывали, некоторые сняли шлемы, чтобы высморкаться. Я так и застыла с разинутым ртом.       Однако прошлое осталось в прошлом, сейчас нам нужно было поработать на будущее.       Едва я и Челленджер познакомили Веронику и Нэда с Саммерли, возле нас появилась худенькая девушка со светлыми волосами, не доходящими до плеч, совсем молоденькая – если и больше двадцати лет, то не намного.       - Позвольте представить, - голос Саммерли стал очень тёплым, - моя внучка Финн.       - Всем привет, - поздоровалась внучка.       Ну, если она унаследовала хоть часть дедушкиных способностей, из неё, при должной подготовке, выйдет потрясающий специалист.       - Да здесь собрали всю королевскую рать, - заключил непонятно откуда взявшийся Рокстон. – Разговорную рать, я имею в виду. - Он словно давно стоял подле нас, но, клянусь, пять секунд назад его и близко не было в зоне видимости.       - От этого задания многое зависит, посему задействованы все возможности, - проговорил Саммерли.       Из самой большой палатки вышла группа людей. Одни были в военном камуфляже, вторые - тоже в военной, но форменной одежде, как британского, так и бразильского образца, третьи – в деловых костюмах, что посреди джунглей смотрелось нелепо. Группа, разделившись на части, разбрелась в разные стороны. Некоторые мужчины на ходу с облегчением стягивали галстуки, снимали пиджаки.       - Что ж, друзья мои, - Челленджер потёр ладони, - пора за работу.       Мы переглянулись, ободрительно улыбнулись друг другу и тоже разошлись по сторонам.