Семья.

*** Матвей заплакал, Яська ещё была в гостиной. – Ээй, мелкий, что за бунт на корабле? Маму потерял, придёт сейчас, –сказал Богдан, держа малыша на руках. – А давай-ка мы с тобой сами к ней спустимся? Матвей улыбался, будто понял, о чём говорит этот высокий юный паренёк с голубыми глазами, такими же как у мамы. – Опа, а чего это вы в такое позднее время вышли? М? – спросил Павел, заглядываясь на маленького внука. – Матвейка маму потерял, идём искать. – Ясно с вами всё, позволь я посмотрю, что случилось, – Паша осторожно взял малыша на руки и отнёс на кровать. – Ах, у нас штанишки мокрые. – Паша поменял карапузу подгузник и понёс в кроватку. В коридоре он столкнулся с Ясей. – Ой, забыла про тебя совсем, хороша мамка. Прости, пожалуйста, – Яся взяла сына на ручки, поцеловала его в сладкую молочную макушку и бережно уложила в кроватку. – Сейчас уснёт, его штанишки мокрые смутили, но мы уже всё. – Спасибо, папа, – Яська кинулась отцу на шею, и прижалась так тесно, как только могла. – Яська, почему от тебя сигаретами за километр несёт? – по-доброму с лаской и заботой спросил Паша. – Глеб замуж позвал. Я согласилась, а теперь не знаю, верно ли всё это. Паша обнимал свою маленькую девочку, которая, хоть и считала себя взрослой, всё ещё нуждалась в родительской заботе. В глубине души он считал себя виноватым в том, что с ней произошло за этот год, в особенности, в том, что его Яся теперь мама и без пяти минут жена. – Чего ты не знаешь? Любишь его? — женитесь. А если нет, что ж? – Папочка… – Яська заплакала, уткнувшись в папино плечо. – Всё-всё, малышка. Сейчас слезами первый этаж затопишь и Матвейку разбудишь. Яська уснула, а Паша сидел на краю её кровати, – Как же ты на Ольгу похожа. – полушёпотом произнёс он. *** На следующее утро Стася собралась и помчалась в театр, на прослушивание. Робея она прошла к художественному руководителю театра. – Здравствуйте, Борис Миронович, мне сказали, что у Вас конкурс на роль Нитуш. – Здравствуйте, с кем я говорю? – спросил представительный мужчина средних лет с острым носом и серыми глазами. Глядя на эту маленькую девушку с длинными тёмными волосами и голубыми глазищами, он уже понял — это её роль. – Станислава Рыкова, студентка театрального училища, первый курс. Мастерская Николая Ивановича Фиалковского. – Споёте что-нибудь? – спросил мужчина, Вам нужно подготовиться? Распеться? – Спасибо, не нужно. Романс А. Гурилёва «Отгадай, моя родная» и Стаська запела. Её голос выходил за пределы маленького кабинета и заполонял собой всё пространство коридора театра. – Пришла. – подумал Вадим, услышав её родной звонкий серебристый голос. – Пусть её возьмут. – Браво! Скажите, а кто Ваш педагог по вокалу? Стаська собрала волю в кулак, напустила на себя маску, чтобы ни в коем случае не выдать, что их связывает что-то большее, чем любовь к искусству и спокойно ровно выдала: – Вихров Вадим Сергеевич. – Роль Ваша, репетиции начнутся завтра.