Семья.

*** – Любимый, добрый вечер! – Ленка ластилась к Глебу как кошка. – Привет. – буркнул он в ответ. – Я тебе ужин приготовила – Спасибо, я не голоден. – сухо ответил он. – Глеб, что случилось? – спрашивала обеспокоенная Ленка. – Ничего не случилось. Наши отношения были ошибкой. – Кулыгин, пошёл к чёрту! – Ленка начала кидать в него посуду, – Объясни мне, чем она лучше меня? – Тем, что она настоящая. Тем, что я её люблю. – Любишь её!? – Ленка швырнула в Глеба тарелку с ужином, но тот увернулся. – Катись ко всем чертям! Думаешь, она тебя примет? – Я ничего не думаю. Лгать больше не могу ни тебе, ни ей, поэтому пришёл. Я вещи соберу и уйду. Живи как знаешь. – Да не пустит она тебя. Она слишком гордая. Будешь проситься назад, я тебя как пса подзаборного подбирать не буду. Глеб собрал вещи, вышел из квартиры и отправился прочь. Раньше он мог пойти к Ясе, да к той же Ленке, а сейчас его примут только дома, и то не факт. Потому что ни Рая, ни Костя разрыв отношений Глеба и Яськи не поддерживали и считали чудовищной ошибкой. *** – Явился не запылился, погнала тебя твоя Леночка? – Пап, я сам ушёл. Из-за Яси и детей. – Так, я понял, что ничего не понял. Проходи. Глеб прошёл в квартиру, разулся и проследовал на кухню. – Мама, ты знала? – гневно спросил он. Райка посмотрела на Глеба, и поняла, что он узнал о беременности Яси. – Ты знала и молчала? Как ты могла, мама? – Глеб ударил кулаком о стол. – Если ты про Ясину беременность, то ты сам не стал слушать. – Что ты только что сказала? – уточнил Костя, наливаясь яростью. – Рая, выйди, у нас тут разговор серьёзный назревает. Райка вышла в комнату, Костя достал бутылку водки, разлил по рюмкам и выпив залпом пятьдесят граммов, спросил: – Это правда? – Да, если всё верно, то срок около пяти месяцев. – Но... вы же уже... – Да. Мы развод отмечали. – Я смотрю, продуктивно. Что делать будешь? – Ребёнка всё равно на меня запишут, с развода год не прошёл, так что алименты с меня будут. С Ленкой больше ничего не будет, я её не люблю. – Пей. – Костя протянул сыну рюмку, – И радуйся, что Рыков не в курсе. Но это ненадолго. *** Стаська решила позвонить Ольге и обсудить то, что её тревожит. – Мамочка, ты спишь? – Нет, моя девочка. У тебя что-то произошло, Стаська? Стаська зарыдала в трубку. Оля поняла её без слов. – Я сейчас приеду, моя маленькая. – Спасибо. *** – Паша, я к Стаське. Я ей нужна. – Оля, Яська случайно не беременна? Ольга вздохнула, обняла мужа и строго ответила: – Только без эмоций, Паш. У Яси будет ребёнок, от Глеба. И да, они зачали его после развода. – Мне нечего сказать. – Глаза Павла заметно округлились от шока. Кого ждём? – Девочку... – Оля, я его убью. – Рыков, ложись спать. Я к дочери. *** – Мамочка, я так рада, что ты пришла. Мне так плохо, я не могу больше. – Стаська, я тебя понимаю, – Оля гладила дочь по голове, – прежде, чем я забеременела впервые, я долго лечилась, и мне очень жаль, что ты унаследовала от меня хреновую репродуктивную систему. Прости меня, пожалуйста... Что тебе ставят? – Поликистоз. – Ну... это ещё не приговор: ты лечение начала? – Пока нет... – сквозь слёзы ответила Стаська. – В общем так, завтра мы с тобой едем к моей хорошей знакомой на консультацию. Нужно собрать несколько мнений, может, они ошиблись, доченька? – Я не знаю, мамочка... Нужно было пять лет назад соглашаться, на предложение Вадима о ребёнке. – Стася вновь зарыдала на мамином плече. – Тише-тише, моя девочка, я с тобой. Мамочка рядом, мамочка с тобой. *** Утром Ольга и Стася были в центре планирования беременности. – Саш, ну что у нас? – спросила Ольга институтскую подругу. – Кто ставил поликистоз? – Участковый гинеколог, а что? – спросила Стася? – Вы принимали терапию? – Нет ещё, а что такое? – обеспокоенно спросила Стася? – Оль, ты будешь бабушкой. – Что!? – У вас беременность, десять недель, патологий не наблюдается.