Взломать рабочий стол директора? Можно же проще-взломать компьютер мафии..

Если бы Киму сказали раньше что он влюбится до бабочек в животе, до дрожи в ногах, до необходимости в этом человеке как в кислороде, он бы только громко рассмеялся, ссылаясь на то, что такой любви не существует. Что нет такого крепкого и сильного чувства. Без любви жизнь не закончится. Но он очень ошибался. У него возникла потребность в Чонгуке… Тэхен готов любить его до последнего вздоха, до потери памяти. Он влюбился в него, такой же любовью, которую отрицал, говоря, что она невозможна. Сейчас Чимин за ноги по полу тащит красноволосого в ванну, причитая, что от того сильно воняет перегаром и вообще, он как бомж. А чтобы поехать к Чону, он должен блистать. Пак все же уговорил его поехать к Гуку. Ну, а кто еще сделает первый шаг, если не Чим? Тэхен? Чонгук? Точно нет. Помывшись, умывшись, расчесавшись, Ким поплелся в комнату за брюнетом чтобы «блистать». Что ж, Пак одел его как… возможно, даже порно-звезда одевает более закрытые вещи. Серьезно. Откуда такая одежда у Кима в шкафу? Вот уверен, старший туда закидывал когда приходил в гости. — Ты уверен что мне не надо переодеться? Мне некомфортно… — переминается с ноги на ногу. — Уверен, Гук точно оценит, отвечаю — смотрит на свое творение и улыбается — это шедевр. — Боже мой, ты опять хочешь опозорить меня перед людьми и, особенно, перед моей первой любовью… я тебя закопаю если что-то пойдет не так — щурится и поворачивается к зеркалу, поправляя волосы. Почему сердце так колотится? Разве так должно быть? Разве сейчас должны потеть ладошки, а мысли находится в беспорядке? — Все, ступай, мой друг. Адрес его коттеджа скинет Юнги СМСкой. Надеюсь сегодня твоя задница лишится самого сокровенного. — смешок. Кима заливает краской, он даже не думал о таком… а ведь если подумать, то… Нет, прочь с головы. Зачем о таком думать? Они еще даже не встречаются. Да они, в конце-то концов, еще даже не поговорили. А это, возможно, будет труднее всего… Он приезжает на другой конец города и выходит из такси, разглядывая, мать его, дворец для принца. Других слов нет, чтобы описать такую красоту. Так вот как живет глава мафии… а сам носил потертую куртку и раздавал листовки. Врушка. Получается, Чон каждый день ездил ради него на другой конец города, просто чтобы увидеть? Мило. В сердце расцветают бутоны цветов. Двигается к лестнице, оглядываясь по сторонам, ему неловко тут находится, все-таки они поругались… красноволосый тогда поступил ужасно. Еще и эта пощечина. Если бы можно было, Ким бы сто раз влепил себе. Рука тянется к двери и замирает на пол пути, свет в доме не горит, значит, возможно он не дома. Но, как же тогда встретится? Он быстро преодолевает эту дистанцию и кулак опускается на деревянную гладкую поверхность. Он стучит три раза. Ничего не происходит, в доме стоит полная тишина. Может и правда нет никого? Тэ разворачивается и спускается по ступенькам, собираясь уже уходить, как вдруг, на первом этаже в окнах загорается свет, освещая двор. Дверь очень быстро открывается, стукаясь о стену дома, на крыльцо выбегает Чонгук. — Тэхен! Подожди! — зовёт он, заставляя Кима обернуться. Красивый. Ким до ужаса красивый. — Чонгук? — смотрит пристально, изучая взглядом. На старшем сейчас безразмерная помятая чёрная футболка, мягкие серые пижамные штаны и тапочки на ногах. Выражение лица сонное, волосы помяты и взлохмачены. На щеке остался след от подушки. Спал. — Ты что-то хотел? Что случилось? Почему ты здесь? — беспокоится. — Я… я пришел поговорить с тобой. — Проходи тогда быстрее, на улице холодно. Они расположились в гостиной на диване, друг напротив друга. Чон все пытается уловить взгляд напротив, но это почему-то плохо получается. Ким то и дело, отводит взгляд, смотрит на все, кроме темноволосого. — Тэ, я… с чего бы начать? — опускает, сцепленные в замке, руки на колени и смотрит вниз. — я даже не знаю, на самом деле.  — нервно усмехается. Тоже волнуется, это видно по его часто вздымающейся груди. — Я… я пришел к тебе извинится, прости меня за тот случай на крыше, я испортил ужин — опускает голову. — но я очень зол тогда был и… рад, одновременно. — Рад? — устремляет взгляд на младшего. — Да, рад был увидеть тебя… — смущенно произносит красноволосый. — Меня? — переспрашивает Гук. Ну, не доходит. Ну, бывает. — Тебя. Признаться честно, мне очень не хватало тебя все эти дни. — мнет край кофты. — я, вроде как, скучал по тебе? — По мне? — Боже, прекрати, не заставляй меня это повторять — еще больше краснеет — я хочу сказать что, я… ты… в общем, ты… я… ну… Чонгук прекрасно понял что тот хотел сказать, поэтому сейчас, он затыкает его, таким долгожданным, поцелуем. Сминает то верхнюю, то нижнюю губы, посасывая их, проходясь языком, пробуя на вкус. А Ким… а что Ким? Сидит, не понимает что делать. Ступор. Что делать? Как? Куда руки? Кто он вообще? Чонгук чувствует, что ему не отвечают, поэтому прирывает сие действие и непонимающе смотрит на младшего. Поторопился. Так и знал что не сейчас надо. Придурок. — Что случилось? — накрывает своей ладонью ладошку парня и поглаживает большим пальцем. — я поторопился? Прости. — Нет, нет. Все хорошо. Просто… я не умею целоваться — шепчет настолько тихо, что не слышит, почти, сам себя. — Что? Я не расслышал. — Я говорю, что ни разу не целовался, ты будешь первым. — лепечет Тэ и носом утыкается Чону в плечо. Смущается. Боже, Чонгук сейчас завоет от такого Тэхена. — Не волнуйся, солнце, это же не страшно, если ты не против, я научу тебя — гладит по спине. — Не против, совсем — шепчет куда-то старшему в шею. Гук берет его лицо за подбородок, заглядывает в большие янтарные глаза. Ему дали зелёный свет, но он все равно просит разрешения. И когда получает слабый кивок от Кима, снова припадает к розовым и таким манящим губам. Целует аккуратно и нежно, слегка оттягивает нижнюю губу и языком проводит по ряду зубов, но внутрь не проникает, давая возможность Тэ привыкнуть хотя бы к этому. Красноволосый глаза сомкнул настолько сильно, что кажется они скоро вылезут у него в мозг с другой стороны. Старается повторять все за Чонгуком, шевелит губами как рыба в воде, посасывая нижнюю и переходя на верхнюю. Слюнявит. Реально. С уголка губ стекает маленькая ниточка слюны. Но он продолжает усердно «учиться». Лижет языком, покусывает и слегка оттягивает. Какое это наслаждение приносит темноволосому, просто, даже, не представляет. Но почему никто не сказал что дышать не получится? Где воздух?! Тэхен отлипает от Гука с красными щеками и опухшими красноватыми губами от поцелуя, носом втягивая воздух. Чон тянется к его губам и большим пальцем вытирает капельку слюны. Красивый, до безумия красивый и сексуальный. Тэхен начинает гореть, только что ему вытерли его слюну. Какой позор, надо было учится целоваться на помидорах! Судорожно закрывает лицо руками и опускает локти на колени. Красный как варёный рак просто. — Ты в порядке? — подсаживается ближе Чон. — Да, все отлично — бубнит. — Тебе… тебе понравилось? — Да… мне понравилось и ты мне понравился… такой горячий… то есть, я не это хотел сказать! — убирает руки с лица и пугается. — Да? А что же? — усмехается. — Ты… ты красивый и милый, а еще ты просто чудесный человек, мое… мое сердце при виде тебя выпрыгивает из груди, ладони потеют, а пульс учащается. В моем животе появляются бабочки, а еще… — мнётся и бегает глазами по всем поверхностям. — Я тоже, я тоже тебя люблю. С первого взгляда я полюбил… — заключает в объятия и опускает подбородок на макушку. Тэхен утыкается носом в массивную грудь, просто ахуенно большую и вдыхает аромат Чонгука. Слушает его сердцебиение и умиляется. Волнуется, он чувствует то же, что и красноволосый. — Ты меня сейчас задушишь — смеется младший. — но я счастлив. — Я тоже безумно счастлив, солнце. Но я все хотел спросить, что на тебе надето? — отлипает от него и взглядом «пожирает» красноволосого. Если бы можно было, давно бы уже лежал под ним. Такой смущающийся. — А, это… это меня Чимин одел. Слишком раскрепощенно? Надо было все-таки переодеться. — Нет, не надо, ты очень красивый — смотрит в глаза и видит в них свое отражение. А у самого в глазах сердечки пляшут. Все же сегодня задница Тэ будет в порядке.