Взломать рабочий стол директора? Можно же проще-взломать компьютер мафии..

На дворе ночь, улицу освещают звезды и луна, в некоторых домах все еще горит свет. Но именно в том доме, который нам нужен, свет выключен. Все спят. И Тэхен, и Чонгук. Спят в объятиях друг друга. Все-таки Чон не захотел никуда отпускать Тэ: темно, да пьяниц много и придурков разных. Поэтому оставил у себя. Оставил у себя на всю свою жизнь. Спят на кровати старшего в его спальне, Тэхен уткнулся носом ему в грудь. Господи боже мой, она ахуенно большая. А Чонгук зарылся носом в его волосы, вдыхая аромат свежих цитрусов. Запах Кима для него как успокоительное. Руки покоятся на тонкой талии красноволосого, притягивая ближе к себе. Чонгуку все еще мало Тэхена, он хочет его всего и без остатка. Чон горячий и Тэ плавится как шоколад под солнцем. Слушает его сердцебиение и спокойное ровное дыхание, посапывает и иногда морщит нос во сне. Ладони залезли под рястянутую футболку темноволосого и греются об его тело. Очень теплый. А тем временем в квартирке Чимина с Юнги происходят сборы для переезда в новую, более просторную, квартиру. — Ты все собрал? — пыхтит Пак, пытаясь застегнуть чемодан. — Все, Чимин~а, не волнуйся — ставит спортивную сумку на пол в прихожей. — А бритву? Ты ее сложил? — Сложил. И бритву сложил, и насадки. — Я все же схожу посмотрю. Застегни, а? — уходит в ванну, не проходит и секунды — ну сколько можно?! Ты растяпа, а не состоятельный взрослый мужчина! Ты забыл свою зубную щетку… подожди минуточку, под ванной что-то лежит. — наклоняется и тянется рукой чтобы достать. Достал. И гневу его не было предела. — Мин Юнги! Это долбанная бритва! Моя бритва, черт бы тебя побрал! — идет в зал, держа двумя пальчиками свою драгоценную бритву. — как она там оказалась? Как ты это объяснишь? — пыхтит как паровоз. — Ну я… она… я не знаю. Да я тебе хоть сто таких же куплю. Тоже розовеньких, только не злись, солнце — подходит ближе и заключает в объятия. — Да мне не бритву жалко, Юнги~я, я не настолько мелочный. — кладет подбородок на плечо и вздыхает. — А что тогда? — Я переживаю сильно и волнуюсь. — Ну, тоже мне, нашел из-за чего, мы же так ждали, когда сможем переехать в собственную квартиру. С отличной шумоизоляцией, прошу заметить — усмехается. — так что, брось выдумывать всякое и беги собирать посуду, я еще ее не трогал, не знаю что с ней делать. Она такая бьющаяся. — недоумевает. — Йа, всему учить тебя что ли? — вырывается из плена рук и идет на кухню. Совсем другое дело. Мин прекрасно во всем осведомлен, просто он сильно любит Чимина. Утро выдалось просто чудесным. Тэхен все так же лежал в обнимку с Чонгуком. Он проснулся первым, поэтому сейчас наслаждался его присутствием, лежал и улыбался. Такое счастье привалило. Глава мафии. И стипендия теперь не нужна. Нет, фу, плохие мысли у Кима. В первую очередь любовь. Самое сильное чувство на земле. Пальчиком проводит по груди, рисуя какие-то непонятные символы, узоры. Изучает каждый изгиб, переходит на носик. Такой аккуратненький, пипочка прям. Так и хочется сделать буп. Боже, ну что он делает с младшим? Тэ сейчас умрет от передоза милоты. Сам себе улыбается и все. Подушечками пальцев проводит по губам, такие пухленькие, такие красивые, с маленькой родинкой под нижней губой. А какие они на вкус. Ааа, красноволосый сейчас откинется тут. Запищит как влюблённая девчонка. Это был первый в жизни его поцелуй и он не против повторить, до безумия понравилось. — И долго ты собираешься меня трогать, тыкать и рассматривать? — открывает глаза Чон и произносит хриплым голосом. Все. Застукали с поличным. Бежать не куда. А все, Тэхен. Надо было раньше. — Ой, да кому ты нужен, чтобы в тебя тыкали? — выкарабкивается из объятий и надувшись спускается ногами на пол. — Зато ты мне нужен, чтобы в тебя тыкать, иди сюда — руками окольцовывает талию и валит на себя. Эта фраза не двусмысленная. Правда. — Отпусти меня, я в туалет хочу — барахтается. — Зай, успокойся и перестань крутится. — Это еще почему? Я хочу вылезти — все еще вертится. А задница то, находится на уровне паха Чона, ну прям близко, в опасной близости. — Просто я хочу с тобой еще так полежать — сильнее стискивает. — Я хочу подняться и пойти в туалет, ты тоже поднимайся и иди в ванну, а потом я приготовлю завтрак — все еще ерзает. Значит до сих пор не понял. — У меня сейчас поднимется другое, а не я — закрывает от безысходности глаза и молится всем богам, чтобы не встало. Ну Ким же не тупой. Хотя тут иногда поспорить можно. Но тут-то он не тупой. И понял все с первого раза. Но вот хочется поиздеваться над старшим. Да возможно не поиздеваться, а быть трахнутым, Тэ. — Прости, Тэхен, я просил — быстро переворачивает парня под себя, оказываясь сверху. Эй, а в смысле Ким пассив? С чего бы это? Лежит и хлопает глазами. — Ты сверху? — Ну да, а почему спрашиваешь? — смотрит в глаза. — Ну просто я, вроде как, не пассив. Да и вообще, у меня еще никогда не было, поэтому я не знаю. Но я не хочу быть снизу! — бурчит. — Уверяю, со мной ты захочешь быть снизу всегда. Но если твоя душенька пожелает, можем меняться — предлагает темноволосый. — Вот и пожелает. — Вот и договорились, а сейчас, позволь закончить начатое тобой — хмыкает. Губами опускается к мочке уха, целует ее, зубами кусает хрящик. Спускается к шее, мокрой дорожкой от мочки. Руки исследуют кожу младшего, пока он выцеловывает шею, проходясь по ней мокрым языком. Ким выгибается. На первые ласки тело всегда так реагирует. Но хочется чтобы тело младшего реагировало так всегда и только на Гука. Засасывает медовую кожу, прикусывая зубами и оставляя на этом месте засос. Двигается дальше, плавно снимая с Кима свою футболку, которую вчера дал ему переодеться. У Тэхена пресса не имеется, но и лишнего веса нет, просто небольшой мягенький животик. Чонгук внутри себя кричит в голос. Такая картина заставляет любоваться собой и не отрывать взгляд. Ким смотрит на Чона затуманенным взглядом, его щеки покраснели, а волосы рассыпались по подушке, он глубоко дышит. Старший губами припадает к затвердевшей бусине соска, сразу же слегка прикусывая и оттягивая. Он не создан для прилюдий, но с красноволосым хочется быть другим. Хочется по-другому и осторожно. Оберегая свое сокровище. Играется с соском, то оттягивая, то массируя языком, то выпускает изо рта и немного дует, наблюдая как грудь парня покрывается мурашками, а сосок твердеет. Проводит подушечкой пальца по ореоле круговым движением, слегка надавливая. В штанах уже тесно, член стоит колом и упирается в шов пижамных штанов. Он снимает с себя майку, штаны, а за ними и боксеры, скидывает их на пол и принимается раздевать младшего. Тэхен бедра поднимает, помогая снять с себя одежду. И когда оба остаются без одежды, Гук переворачивает Кима. — Ты точно уверен, малыш? Я могу остановится, подожду когда ты будешь готов — шепчет на ухо и поглаживает упругую половинку. — Я готов — выдыхает Ким и лицом зарывается в одеяло. — только не делай больно. — Ты что? Как я могу причинить тебе боль? Будет очень хорошо, я обещаю. Шлепает по ягодице, оставляя на ней красный след, а Тэ заставляя дернуться. Ну неожиданно ведь. — Спокойно, расслабься и не напрягай дырочку — смачивает два пальца слюной и подставляет к анусу. А красноволосый краснеет от этих слов. Боже, какая дырочка? Провалится сквозь землю бы. Вдруг чувствует в себе что-то теплое и длинное, не похожее на член. Выглядывает из-за плеча и смотрит, что же делает там старший. И моментально отворачивается. Он не был готов к тому, что в него будут засовывать палец. — Тэ, я сказал расслабься и выстави попу еще немного. — просит Чон и хлопает свободной рукой по ягодице. Парень слушается и оттопыривает зад насколько это возможно. К первому пальцу добавляется второй и его начинают растягивать в манере ножниц. Тэхен начинает стонать, сначала тихо, но с каждым новым движением кисти в своей заднице, все громче и громче. Когда Чонгук находит простату, Кима пробивает такое удовольствие… ноги подкашиваются, дрожат, его выгибает как кошку. Он одеяло захватывает в кулаки и сжимает его от наслаждения. Пальчики на ногах так и поджимаются. А темноволосый все двигается, трахая парня пальцами и доставая до простаты, стимулируя ее с каждым толчком. Когда Тэхен был достаточно растянут, наступило время и для члена в заднице. Чон собирает предэякулят, размазывает его по всей длине и входит. Сначала по головку. Потом немного меньше половины. Тэхен скручивается от боли, низ живота тянет, его жопу как-будто сейчас разорвёт на две половинки. — Потерпи, сейчас привыкнешь. — Да ты меня сейчас разорвешь нахуй своими размерами! Выходи! — начинает орать. — Успокойся, дыши глубже — поглаживает талию. — Да я сам тебя сейчас тут трахну, Чон. — Я сомневаюсь в этом. — смешок. — Покиньте пожалуйста мою задницу, мистер Чон! — пыхтит Тэ. — Сейчас привыкнешь. Немного подождав, боль утихла и сменилась удовольствием. Старший начал медленно двигаться, каждый раз входя по самые яички, Тэхен же стонал то тихо, то громко. Наверное думал что их кто-то услышит. Но они же в коттедже в конце концов. Наращивая темп, темноволосый начинает просто вбивать парня в кровать. Заставляет его надрывать свои голосовые связки и кусать губы до крови. — Еще… прошу… — выгибается Тэхен когда Чон находит комочек нервов. — А волшебное слово? — все еще двигается внутри младшего. — Па… папочка — захлебывается стонами. Красноволосый падает на кровать без сил, переводя сбившееся дыхание. Чонгук тянется к тумбочке за пачкой влажный салфеток и утирает ими бедра и ягодицы младшего, после чего кидает их в мусорку и заваливается рядом. Младший как само божество, прекрасный ангел спустившийся с небес. Лежит рядом с прикрытыми глазами и слегка приоткрытым ртом. Дышит часто, языком облизывая пересохшие и искусанные губы. Волосы у Чона разлохматились, прилипли ко лбу, по которому скатываются капельки пота, тянется к щеке красноволосого и чмокает его. — Я тогда пошел готовить завтрак? — Нет, я сам. Сейчас — встает с кровати и тянет одеяло на себя, закручиваясь в нем. — Но ты же устал. — Все хорошо, правда, я просто хочу сделать приятно своему… — Парню, солнце, я твой парень. — Приятно своему парню — направляется на кухню, улыбаясь. Так, Пак готов, он стоит на пороге и ждет Юна. — Ну ты скоро там? Как улитка. — бухтит. — Да скоро я, трусы свои любимые забыл. — Блять, Юнги, какие трусы? Поехали быстрее! — Я без них не уйду. Ты хоть знаешь, что это за трусы? — Нет и знать не хочу. — Это те трусы в которых мы первый раз занялись сексом! Поэтому без них я не уеду! — Ты серьезно их хранишь? — смеется. — Нашел! Мои хорошие, чуть не оставили вас тут. Все, можем ехать — выходит из спальни. Еще раз все проверив, они выходят со всеми сумками и чемоданами. Чимин вызывает лифт, а Юнги, закрыв двери, берет все чемоданы и катит их. Нет, все честно. Чим взял сумки, Юнги чемоданы. Все правильно. Садясь в мерс и устроившись поудобнее, брюнет включил печку и стал греться. — Чимин~а… — Ну что еще? — Я кое-что забыл, мне надо быстренько сбегать. — Блять, мозги ты забыл, Мин! — Ну это очень важно, правда. — Конечно важно, держи — выуживает из кармана куртки красную маленькую коробочку и смотрит на Юнги большими глазками. Ждет предложения. Ему все равно, что оно будет в машине, все равно, что будет не сюрприз. Со старшим это не имеет значение, все отходит на второй план. — О… ты ее все же нашел. — берет в руку коробочку. — Конечно нашел. Прятать надо лучше, а не в своем нижнем белье. — Я думал, что ты туда не полезешь. — Ну вот полез, не забывай, что я все еще твой парень, поэтому покупать для тебя трусы и носки для меня не проблема. Так что, вот так вот и нашел — пожимает плечами. — Вообщем, Чимин~а, с чего бы начать… — Согласен. — … ты покорил мое сердце с первого взгляда и я очень сильно люблю тебя… — Я согласен — ждет, сложивши руки на коленях. — … ты самое лучшее, что было в моей жизни и я благодарен судьбе что свела нас вместе… — Да согласен я! — протягивает ладошку и оттопыривает пальчик, прося надеть кольцо. Мин только недоуменно хлопает глазами. Это сейчас, что было? Он же еще не сделал предложение… а как? Открывает коробочку и достает кольцо. Серебряное с бриллиантом. Паку безумно нравится, у него аж глаза загорелись. Аккуратно берет ручку младшего в свою ладонь и надевает кольцо. Получается муж. — Боже, Юнги~я, я так люблю тебя! — тянется к сероволосому и обхватывает его своими руками, заключая в объятия. В такие родные и любимые. — Спасибо за то, что появился в моей жизни, я этого никогда не забуду, малыш — утыкается носом в плечо и и начинает плакать. Иногда, мужчинам тоже свойственно плакать. И сейчас Мин просто не может поступить по-другому.