Старший братец Вэй

             В глазах постепенно темнеет, а затылок будто каждую секунду пронзается маленькими льдинками. Он умирает? Вот уж правду говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами, но только почему же всевышние божества выбрали для него именно эти воспоминания? По ходу, насолил он многим не только в мире заклинателей. Да, теперь уж он точно убедился, что никакого покоя ему не стоит ждать и после смерти.       А всё-таки… Всё-таки он с нетерпением ждёт этого момента, конца всем его потерям и страданиям.       ***       — Ай! — да, о том, что покоя ему ждать не придётся он догадывался, но всё же, не думал, что так скоро пробудится от своего «вечного сна», так ещё и не понятно, от чего. Он лишь почувствовал, будто кто-то прикоснулся к его голове ледяными пальцами, но, что удивительно, рядом не было ни души.       Осмотревшись по сторонам, Вэй Усянь обнаружил, что находится в совершенно другом месте, которое, хоть внешне и напоминало его пещеру Фумо, но по тому, что по углам не были раскиданы кучи барахла, которые он, в свою очередь, называл «рабочим процессом» или «творческим беспорядком», можно было твёрдо утверждать, что здесь никогда не было и ноги Старейшины Илина.       Но где же тогда он находится?! Неужели из-за всех потрясений, пережитых за такое короткое время, он просто провалился в обморок, и теперь находится в плену у какой-то кучки заклинателей, которые теперь кичатся тем, что смогли поймать Вэй Усяня, Старейшину Илина, Настоящее Проклятье Мира Заклинателей. Какой позор. И как он мог так легко попасться! — подумав об этом, Усянь в сердцах вознамерился ударить себя по лбу, но боли не последовало. Лишь уже знакомое чувство ледяного прикосновение. Но что было ещё хуже — рука беспрепятственно пролетела сквозь воздух, так и не попав в «цель».       Резко выставив перед собой все четыре конечности, Вэй Усянь увидел своими глазами, что он наполовину прозрачен.       — В общем-то, как и ожидалось. Упокоиться с миром не удастся, — со вздохом проговорил парень и развалился на полу. — Ну что ж, хотя бы никто не пытается на меня напасть. Но не тут-то было, стоило юноше только прикрыть глаза, как он уже в третий раз за несколько минут ощутил это неприятное чувство, пролетающего сквозь тело предмета, а сразу после услышал звук падения какого-то деревянного предмета прям за своей спиной.       — Да что же это такое, в конце концов?! Что? Это свиток? И кто мог додуматься кинуть свиток человеку, который и развернуть-то его не может. Ау! Зачем же опять в голову?!       В этот раз свито не просто упал, а раскрылся, позволяя Вэй Усяню прочесть послание от неизвестного, которые упорно пытается сохранить свой голос в тайне:       «Возможно, ты был удивлён, когда обнаружил, что всё ещё не умер и находишься в совершенно незнакомом месте. Позволь мне объяснить всё по порядку…»       Вэй Ин протяжно выдохнул, посмотрев в ту сторону, где был другой конец развернувшего свитка. Какой же неудобный способ общения. Теперь, чтобы прочитать придётся идти к другой стороне.       — Эй ты! А почему нельзя общаться по-нормальному? Ну, Я имею ввиду, общаться, используя при этом речь. Обычную человеческую речь. Ау!       «Скажи спасибо своим братьям-заклинателям. Отрезали язык и лишили шанса на возрождение, пока не принесу людям счастья. Да только об одном не подумали, что в «пограничном» мире Я никак не могу связаться с живыми людьми. Только через таких, как ты, почти перешедших черту смерти. Но и тут проблема: вы не желаете или не успеваете выполнить все требования — из-за чего умираете, оставляя меня вновь ни с чем. А теперь вернись к тому свитку, времени у нас с тобой не так много, как ты думаешь».       — Хорошо-хорошо, только больше не кидайся…       "… Ты находишься в мире, граничащим с жизнью и смертью, так что, грубо говоря, ты сейчас являешься ничем. Я могу дать тебе второй шанс, шанс всё исправить в твоём мире и, возродившись, вернуться к совсем иной жизни, похожей на прошлую, но в которой будет место для тебя.       Всё, что от тебя требуется: заходить поочередно в находящиеся прямо за тобой двери и делать встреченных там людей чуть более счастливыми. В награду за это ты вернёшься к жизни."       — Хах, моими руками решил сделать людей счастливыми и добиться перерождения? А что, если я не хочу возвращаться к жизни, а желаю как раз таки найти покой после смерти, что ты на это скажешь? Ау! Извини, совсем забыл, что ты не можешь говорить…       «Скорее всего, ты прав, и не стоит давать тебе шанс вернуться к жизни и увидеть, как бы могли исмениться судьбы твоих близких…твоей шицзе»       — Шицзе?       Проклятый призрак явно знал, на что надавить. Перед глазами опять пронеслись ужасные картины: окрававленный Цзысюань, несчастная шицзе, сидящая у гроба умершего мужа, ещё тёплое, обмякшее в руках, тело…       — Я согласен… Считай это одолжением. Перед самым лицом, словно пёрышко, пролетел маленький клочёк бумаги с ответом «хорошо».       — То есть, ты мог и не кидаться мне в голову деревянными свитками?! Ладно, сейчас не до этого. Сейчас надо поспешить сделать требуемое, если он хочет вновь увидеть улыбающуюся шицзе.       Перед ним шесть абсолютно одинаковых проходов, которые всё же с трудом тянули на звание «дверей», скорее просто прорубленные в камне туннели, но это не имеет значения, потому что он точно знает, за ними не холод и тьма, а шанс на новую, счастливую жизнь.

 Новую, счастливую жизнь.