Адекватная Сакура

Шино помогает ей встать и провожает к школьной медицинской сестре. Та обрабатывает раны, дает пузырь со льдом и отправляет мальчика за Мизуки. Тот никак не комментирует разбитое и кровавое лицо девочки. Лишь коротко спрашивает: — Милицию вызвали? — Да, но, кажется, у девочки сломан нос, ей нужно к травматологу, — отвечает медицинская сестра. — Хорошо, если меня будут искать, предайте, что я в больнице с Энто. — Хорошо, — отвечает женщина, ей тоже не хочется разгребать за Узумаки. В больнице Энто отправляют в рентген кабинет. Где ее «фотографировали» каким-то чудным способом, что стал виден ее череп. Два раза. Это было так круто, что девочка просит снимки на память. После ей вправляют нос и фиксируют лейкопластырем. И даже назначили физиотерапию в виде пяти походов на технику Мистической руки — что бы Энто могла выглядеть на выпускном хотя бы сносно. От лежания в стационаре ребенок не может отвертеться из-за подозрения на сотрясение мозга. Хотя она честно говорит, что ей нужно убраться дома, до того как отец вернется. А еще что у нее не хватит денег еще и на это. Однако медики, и Мизуки в частности, были неумолимы. А еще ее заверяют что все счета за ее лечение отправят опекуну Узумаки: Третьему Хокаге. После этого приходится согласится остаться на минимальный срок в три дня в больнице. Это болезненные и скучные дни. Болезненные потому что лицо и нос болят жутко и непрестанно, а скучные потому что кроме нее из детей есть лишь четырехлетний мальчик на которого случайно сел отец и сломал этим бедренную кость. Но зато кормят лучше, чем дома, правда маловато. А еще ее навещают Мизуки и Шино. Шино протянул девочке шоколадку и оригами цикаду из цветной бумаги. — Спасибо, Шино, — по привычке широко улыбается девочка, но тут же наказана болью от разбитого лица. — Энто как у тебя тут дела? — заботливым тоном спрашивает Мизуки. — Когда тебя выпишут? — Хорошо, меня выпишут сегодня… Эээ… Мизуки, можно вас попросить кое о чем? — Конечно… — Вы… Вы проводите меня до дома… А то вдруг Наруто опять сбежал. — Конечно, Энто.

*-*-*

Сопровождая Энто домой Мизуки зашел в пельменную. Девочка думает, что учитель голоден, и он решил купить пельмени на вынос, но Мизуки заказывает три порции для нее и Шино, чтобы поесть на месте. — Дети, что вам заказать из напитков? — Можно арбузный сок? — покраснев, решилась сказать девочка. — Тебе, Шино? — обратился он к мальчику, с интересом рассматривающему меню у кассы и игнорирующему задумчивый взгляд женщины за прилавком. — Апельсиновый. — Отлично. — Учитель, мы что-то празднуем? — решается спросить девочка. — Хех, конечно, ваш выпуск. Помните, мы хотели устроить чаепитие? — Но я думала, оно состоится в выпускной день… Нехорошо праздновать без всех. — Девочка, сжимается, косясь на одноклассника. Шино кивнул поддерживая Энто. — Ну тогда это в честь твоей выписки Энто, — Мизуки улыбается. Услышав это, Энто отвечает лучезарной улыбкой, но тут же скривилась, она опять забыла, что у нее разбитое лицо. После одной порции пельменей девочке очень стыдно, но она умяла свою тарелку пельменей мгновенно. И осознав свою оплошность, девочка старательно медленно тянет через трубочку сок. — Энто, ты чего такая грустная? — Э? Нет ничего подобного… Просто мне… мне грустно… Оттого, что папы не будет на выпускном… — брякнула Энто первую появившуюся в голове отмазку и чувствует себя глупо. На деле девочка уже давно смирилась с мыслью, что отец никогда не появляется на праздники дома. Все таки у него, в отличие от нее, были друзья и сослуживцы. Сиделки обычно оставляли ее дома одну, уходя к своим семьям. Другие дети не звали Энто праздновать, а единственный раз, когда Ито попыталась сделать праздник самой, никто так и не пришел. Это к лучшему: все равно у нее не получилось правильно все приготовить. И она рассказывала Мизуки об этом, он об этом знал. Какая же она дура. — Ну, тогда это твой и Шино праздник, в честь того, что вы окончили младшую школу. — Шино в этот момент запивавший соком еду подавился. Энто запаниковав, хлопнула мальчика по спине, а потом отпрянула, вспоминая запрет учителей, но уже поздно: тонкая курточка в месте удара шевелится волнами и начитает издавать тихое, но воинственное «шшшш». Девочка замирает в ужасе, смотря, как волны на спине мальчика растекаются по всей спине, постепенно перетекая на грудь и плечи становясь резче и злее. Когда что-то под курткой Шино начинает доходить до предплечий, мальчик все же откашлялся и сразу сложил ручную печать. То что было под курткой стало постепенно успокаиваться. Все длилось какое-то мгновения, но ужас посетителей подобен янтарю, в котором они застряли. Звук лопнувшего в руке стакана и крик боли одного из посетителей, заставляет людей очнуться. — П-п-прости, Шино, — едва слышно пищит Энто, а затем затравлено смотрит на учителя. Тот замер на полпути доставания из-за пазухи какой-то бумажки. Наверное это какая-то печать. Мальчик лишь жестом показал, что с ним все в порядке. Подбегает перепуганная официантка. — Извините, но не могли бы вы покинуть наше заведение? Мизуки прикинув ситуацию лишь кивнул: — Дайте нам еще десять минут. — Нет-нет-нет, пожалуйста, уходите сейчас. — Девушка в ужасе косилась на Абураме. Мизуки не стал настаивать. Шино, не разнимая ручной печати, встал из-за стола.

*-*-*

Проводив Шино домой и, объяснившись и извинившись перед его родственниками, Мизуки и Энто идут по направлению в общежитие, где жила девочка. — …Я так испугалась пчелы и упала в лужу. Вот так! — девочка руки в стороны. — Было столько брызг, что задело даже Шикамару, а он стоял далеко. Вот как оно было! — Точно чуть не забыл! Энто это тебе. — Мизуки достает из рюкзака будильник в виде черно-белой кошечки с поднятой лапкой и циферблатом на животе. Глаза ребенка округляются, девочка принимает подарок и прижимает к груди. — Э-это мне? Спасибо, Мизуки. Энто не знает как реагировать и нужно ли что-то сделать или сказать сверх обычной благодарности. Поэтому она, с виду, весело в припрыжку то обгоняет учителя, то отстает от него. На деле ей крайне неуютно. Особенно это чувствуется, когда она замолкает. И потому она озвучивает свои самые глупые и нелепые мысли. — Учитель, а правда говорят, что Девятихвостый Демон Лис бессмертный? И что Четвертый Хокаге победил его на время? Ну, то есть он скоро снова возродится? — Да, Энто, так говорят, но никто не знает наверняка. — Значит скоро будут собирать команду, которая будет убивать его еще раз? Ну… Это… Когда я вырасту? — Что?! С чего ты это решила? — опешил Мизуки. — Ну… Папа когда пил с друзьями, говорил, что Лиса нельзя убить, и он вернется. В первый раз его победил Первый Хокаге, во второй раз Второй, а в третий раз Четвертый. Вот и я подумала, что Третьему тоже нужно будет убить Лиса. Ну, это… Чтобы от других каге не отставать. Но когда Лис вернется, Третий будет совсем старый, поэтому он наверняка соберет людей, чтобы ему помогли в битве. Да, именно так. Думаете меня возьмут, когда я вырасту? — Энто, я думаю это плохая идея… — А как же я тогда отомщу за смерти мамы и моих братьев и сестер? — продолжала свою мысль девочка. — И вообще за всех погибших! Тогда папа будет мною гордиться! — Энто, ты не… — замолк мужчина. — Энто тебе лучше сосредоточится на учебе… Девочка надувается на Мизуки, и если бы она знала, что это была последняя возможность сказать ему насколько он хороший человек и учитель, то она обязательно бы это сказала.