Детективное агентство "Анна и её духи". Солнечный цикл. Под солнцем Египта. Луксор.

— Давайте уточним еще раз, — сказал Штольман, который внимательно выслушал Анри и задал несколько уточняющих вопросов. — После вскрытия гробницы работы там приостановились из-за болезни нескольких членов экспедиции и смертей наемных работников из местного населения. С тех пор никто раскопки именно в этой части не продолжал, а ваша группа переключилась на другой участок. — Именно так, — согласился Бретон. Штольман нигде не отошел от истины. — Кроме того, в лагере несколько раз разные люди видели мумию, которая не пугает потревоживших её покой, а ворует их обувь, возвращая её наутро. Ворует только одну туфлю, — тут Яков остановился и спросил Анри: — Ворует только правый или левый или по-разному? Археолог растерянно посмотрел на Штольмана. Он не придал этому значения и теперь пытался вспомнить, как всё было. — Только левые, — сказал он наконец. — У всех пропадали левые. А у меня во второй раз взяли правый! — У вас обувь пропадала два раза? — Яков подумал, что это важно. — У кого-то еще было так же? — Нет, — недоуменно проговорил Анри. И как ему в голову это раньше не пришло? Ведь, в самом деле, все остальные удостоились только одного визита. Яков задумчиво смотрел на Аниного друга. — А туфли пропадали у всех? — спросил он, раздражаясь из-за того, что данных мало, а дело выходило интригующее. — Нет, — снова ответил Бретон, вновь приходя в изумление от собственной слепоты. — У Саида Ибрагима обувь не брали ни разу. Штольман встал и прошелся по комнате, размышляя над тем, что услышал. Анри и Анна следили за ним молча. Аня — любовно на него глядя, Бретон — удивляясь его умением задавать нужные вопросы. Анна, конечно, писала, что её муж обладает несомненно выдающимся сыскным талантом, но одно дело читать об этом на бумаге, а совершенно другое — видеть воочию. Яков же думал над словами Аниного друга, и первый общий знаменатель этой сложной дроби сошелся для него. Он улыбнулся. Теперь стоит поближе познакомиться со всеми в лагере, чтобы решить, дёргать за эту ниточку или искать другую. — Анри, — Штольман повернулся к Бретону, — здесь пока мне всё ясно. Теперь расскажите, пожалуйста, о смерти доктора Уайта. Что заставляет вас думать, что он умер не от естественных причин? Доктор Харт сказал, что это случилось из-за кишечной инфекции. Мужчина печально вздохнул. — Давайте я вам расскажу, как всё произошло, а вы уж после рассудите, параноик я или нет, — сказал он. — Хьюберт был прогрессивным врачом, который верил в медицину. Он сделал все нужные прививки перед приездом сюда. Он был паталогически чистоплотен и мыл руки по тридцать раз на дню. Он не притрагивался к местным напиткам и пил только проверенный алкоголь и кипячёную воду. За три года в лагере он ни разу не заболел ничем, кроме простуды. И этот человек умирает от кишечной инфекции? Причем умирает скоротечно, сильно мучаясь и почти не приходя в сознание. Разумеется, в жизни случается всякое, и на старуху бывает проруха! Я бы смирился со стечением обстоятельств, в которых врач, помешанный на чистоте, умирает от болезни грязных рук, если бы перед тем, как заболеть, он не обмолвился мне о том, что он подозревает, что в этой истории с мумией ему что-то кажется странным. Аня взволнованно наклонилась вперед. — Он сказал, что именно? — спросила она, переживая за печального и одновременно обозленного Анри и скорбя по неизвестному ей, но преданного своему делу доктору Уайту. — Нет, не успел, — со злостью сказал Бретон, который вновь переживал последние дни своего друга. — Сказал, что ему нужно проверить кое-что! И на следующий день Хью заболел! Я не верю в такие совпадения! Штольман тоже не верил. Доктор Уайт стал жертвой человека, который использовал находку гробницы для своих целей. Каких именно, сказать было сложно, но друг Анри Бретона что-то видел или слышал, что натолкнуло его на мысль о том, что там было что-то нечисто. За что и был убит. Яков предполагал, что причина для убийства всё же должна быть веской, если это не убийство по неосторожности или не в состоянии аффекта. Яд отметал подобную возможность. Деньги, ревность, месть, страсть. Нужно будет всё проверить, но для начала нужно вообще попасть в лагерь. Как оказалось, с этим проблем не возникнет. Эдуар Навиль, один из основных руководителей экспедиции, был большим поклонником Штольманов. Когда он услышал, что они едут к Анри с дружеским визитом — а именно так пока решил объяснить причину их приезда Бретон — то пришел в восторг. Он много читал о знаменитом сыщике и его прекрасной жене, которая работает врачом. Кроме того, ходят слухи о её необыкновенных талантах. Такой шанс познакомиться с этой необычной парой игнорировать Навиль не мог. Завтра с самого утра их ждут в лагере, где они познакомятся со всеми. В их честь устроят торжественный ужин. — У нас там довольно неплохо всё устроено, — объяснил Анри. — И кормят вкусно. Местные уже привыкли к нашим предпочтениям, и еда уже не обжигает нёбо. Яков не мог сказать, что он в восторге от того, что их с Аней будут рассматривать в качестве экзотического главного блюда на ужине, но с другой сторны, это был лучший способ влиться в компанию и увидеть все нюансы взаимоотношений между всеми членами экспедиции. — Хорошо, — кивнул Штольман. — Так и поступим. — Завтра с утра вас будет ждать лодка, чтобы перевести на нашу сторону. Лодочник работает с нами давно, поэтому проблем не возникнет, — Анри встал и еще раз тепло обнял Аню. — Я очень рад, что вы приехали! Спасибо вам за помощь! Теперь всё будет хорошо! Поблагодарив Штольманов еще несколько раз, Бретон пребывал в почти радостном расположении духа. На пороге он обернулся и добавил перед тем, как надеть свою выцветшую на солнце шляпу: — У вас чудесные дети! Удивительные и любознательные! Он закрыл за собой дверь, а Штольман, услышав, как на балконе звякнуло стекло, ухмыльнулся, переглянулся с лукаво улыбающейся Аней и громко сказал: -Удивительные и любознательные! Идите-ка сюда! Балконная дверь распахнулась, и в комнату ввалились Алекс, Соня и Лидочка, порядком прижарившие носы на открытой лоджии. — Подслушивали? — подняв бровь, сурово спросил Яков. — Вовсе нет! — вскричал Алекс, возмущенный подобным предположением. — Мы просто всё разобрали, и решили посмотреть на город внизу! — пожала плечиком Сонечка. — Кто же знал, что лоджия тут такая длинная и объединяет все наши комнаты. — Да! — с энтузиазмом воскликнула Лидочка, которая едва не лопнула от нетерпения, когда была вынуждена молчать и не выражать безумный восторг от того, в какую историю они ввязались. — И мы вовсе не подслушивали. И слышали совсем мало о мумии, которая восстала из мертвых, ворует обувь, заставляет всех болеть страшными болезнями и умирать от неизвестных причин! Алекс и Соня возмущенно посмотрели на сестру. Ну что за неумение держать язык за зубами! Штольман и Аня пытались сдержать смех. Конспиратор из их младшей дочери никакой. Но винить детей они не могли: кто бы смог остаться равнодушным к таким интригующим событиям?