Детективное агентство "Анна и её духи". Солнечный цикл. Под солнцем Египта. Луксор.

Шарлотта, увидев, что Аня в конкурентки ей не годится, успокоилась, расслабилась и принялась говорить с гостями гораздо более приветливо, чем вначале. Подали чай, и женщина, широко улыбаясь, разлила его сама. — Мы заказываем самый дорогой чай! — объяснила она, протягивая чашку Штольману. — Джеральд вкладывает в экспедицию очень много денег! Здесь у людей только самое лучшее. Анна отпила глоток и силой заставила себя не поморщиться. В их доме все любили чай, поэтому Мария Тимофеевна особенно тщательно отбирала сорта, которые заваривали в семье Мироновых. Она и Аню научила разбираться в хорошей заварке. То, что им предложили здесь, смахивало на то, что можно было приобрести на развес в самой дешевой лавке. Увидев, как дёрнулись губы Штольмана, который проглотил напиток, Аня едва удержалась от смеха. Яков не был гурманом, но вкусом обладал очень тонким. Кофе и чай в их семье были только от проверенных производителей, зерна покупались специальной обжарки, а чайные листочки — деликатной ферментации. — Мистер Роджерс, — Яков отставил чашку, думая о том, что он сделает всё, чтобы вновь её в руки не брать, — я довольно редко сталкивался с тем, чтобы инвесторы не только спонсировали экспедицию, но и жили в лагере. Условия здесь суровые и не подходящие для настоящей леди, — Штольман улыбнулся расцветшей Шарлотте. — Что же вас сподвигло на такую…авантюру? — О, мистер Штольман! — голос у Джеральда неожиданно оказался тонким и высоким, — всё это в память об отце! Он был ценителем древностей, увлекался Древним Египтом и за свою жизнь давал средства на три экспедиции сюда. Я лишь продолжаю его традиции. Он умер пять лет назад, и я не мог оставить это просто так. Я должен был сам сюда приехать. И Шарлотта тоже. Вы знаете, она так хорошо разбирается в религиозных верованиях египтян, просто невероятно! Мисс Роджерс широко улыбнулась, признавая правоту брата, и посмотрела на Штольманов, ожидая реакции. Анна и Яков вежливо восхитились, и она окончательно прониклась к ним приязнью. — Я уверена, что здесь всё организовано просто великолепно, — сказала Аня, — но я слышала от господина Бретона об удивительных событиях, которые происходят в лагере. Это крайне любопытно! Неужели всё так, как он и говорит? Вы видели мумию? Штольман заметил, как на лице Роджерса проступила смесь недовольства и страха, но в отличие от своей сестры Джеральд оценил Анину простую, но явно дорогую одежду, неброские украшения и самое главное — невероятной красоты глаза, тонкие черты лица и совершенно женское обаяние. Ему было приятно произвести на неё впечатление, поэтому он широко улыбнулся и ответил: — Именно так, миссис Штольман! Это было невероятно! Сначала Шарлотта, а потом и я сам встретились с этим посланцем мира мертвых! Это было ужасно! Я встал ночью, чтобы выпить воды. У меня был жар, я не мог уснуть. В графине закончилась вода, и я вышел из палатки, чтобы налить её из бочки. У крайней палатки мне почудилось движение, я всмотрелся вдаль и увидел страшно худую фигуру в бинтах. На шее у неё был медальон из красного камня, а глазницы…были пусты! Он наклонился вперед, говоря последнюю фразу, и Аня невольно отшатнулась. От его визгливого голоса, который он повысил под конец, ей стало немного жутко. Штольман поджал губы. Ему не нравились дешевые трюки, которыми Роджерс пытался впечатлить Аню. Не нужно на неё ужас наводить! — Да! Да! — Шарлотта не дала Якову и слова сказать, очень довольная, что её брат смог испугать их гостью. — Я самая первая её увидела! И именно такая она и была: с камнем на шее, без глаз, в старых бинтах. Совершенно ужасающее зрелище! Яков открыл уже рот, чтобы задать несколько вопросов, когда полог палатки распахнулся, и внутрь вошли уже небезывестный Штольманам доктор Харт и тоненькая женщина с ярко-рыжими волосами. На её плече виднелась повязка медсестры. — О, старые знакомые! — воскликнул Родерик, радостно оглядывая Анну и Якова. — Нам сказали, что вы здесь, и мы пришли вас поприветствовать! Штольман вздохнул. Все вопросы придется отложить!