Глава 18. Ответ
10 февраля 2022 г., 20:47
— Чишия, не хотел бы я быть твоим врагом.
Когда Арису произнес эти слова в тот момент, когда вводил код, он уже совершил фатальную ошибку.
«Все вы — мои враги. И в то же время у меня нет ни одного».
Я стоял в стороне, глядя, как окровавленное и бессознательное тело Арису взвалили на плечо боевика и вынесли из королевского люкса. Усаги вышла следом, пинаясь и выкрикивая имя своего парня. Когда ее вытаскивали за дверь, ее глаза остановились на мне и я увидел в них явное чувство предательства, ненависть, пылающую и кипящую под ее кожей.
Я лишь улыбнулся.
Ничего личного. Так уж устроен этот мир.
«Пешка за короля».
Остальные вышли в зал, где двух предателей вели навстречу их судьбе. Я ощутил руку, крепко сжавшую мое плечо, и поборол желание отодвинуться, когда увидел Агуни, стоявшего рядом со мной:
— Молодец, Чишия. Никогда не доверял этим двоим.
«Тебе стоит пересмотреть то, кому ты доверяешь».
— Не начинай, — сказал я. — Это меньшее, что я мог сделать.
В коридоре раздался яростный крик, когда Усаги укусила кого-то за руку, затем последовала пощечина, а после — тишина. Я уже догадывался, что будет с ними двумя. Зная Нираги, он немного развлечется с Усаги, прежде чем избавится от нее. Возможно, я должен был испытывать чувство вины. Другие точно бы испытывали. Но какая-то маленькая, довольная часть меня была рада, что это была она, а не кое-кто другой.
— Кстати говоря, — сказал Агуни. — Как ты узнал о них?
— А… это, — я достал рацию из кармана и показал ему. — Они пытались убедить меня присоединиться к ним. Я пошел на это, чтобы узнать подробности, а остальное ты знаешь.
Брови Агуни нахмурились при виде устройства, но он не попросил осмотреть его или оставить себе. Тогда я понял, что обвел его вокруг пальца.
— Понимаю. Если заметишь что-нибудь подозрительное, дай мне знать.
— Конечно.
Я вежливо кивнул, когда он исчез в коридоре и скрылся в своей комнате.
Теперь, когда с этими двумя разобрались, боевики на немного отвлекутся. Это оставляло нам достаточно времени до темноты, хотя для осуществления реального плана не потребуется много времени, особенно теперь, когда я знал, где находится настоящий сейф.
Агуни, быть может, и был наблюдательным, но не настолько, как я. Знание того, что он был так близок к тому, чтобы карты увели прямо у него из-под носа, насторожило бы любого. В такой нестабильной обстановке человеческая сущность стремилась к стабильности, стараясь убедиться, что твои ценные вещи не тронуты.
«Похоже, я ошибался насчет чистого листа».
На верхнем этаже была комната, которая, как я знал, в настоящее время не использовалась. Расположенная в непосредственной близости от королевского люкса, она была идеальным укрытием, где я мог поговорить по рации, не беспокоясь о подслушивающих.
Проскользнув внутрь, я снова достал рацию из кармана, чтобы настроить ее на радиочастоту, о которой говорил Куине раньше. Зная ее, она настроилась бы на ту же частоту сразу после поимки Арису.
Я поднес рацию ко рту:
— Куина?
На мгновение возникли помехи, затем раздался голос Куины:
— Я здесь. А вот Роуз нужна минута.
Так я и думал. Когда она поняла, что происходит, избежать того, что она отреагирует на это негативно, было невозможно. То, что Куина была рядом и держала ее подальше от Арису и Усаги, было к лучшему. А теперь, когда она узнала, что я невольно втянул ее в подобный план, ее мнение обо мне, вероятно, упало еще ниже, чем раньше.
«Неужели это тоже к лучшему?»
Я сел на пустую кровать, решив, что да, так и есть. Она будет только отвлекать. Если дело дойдет до этого, мне нужно будет выжить. И когда мы покинем Пляж, если она презирает меня настолько, что решит пойти другим путем, — лучше и быть не может.
Но все же…
— Чишия, — голос Куины прервал тишину. — Надеюсь, ты чувствуешь вину за это. Очень надеюсь, что хотя бы малая часть тебя понимает, насколько это было неправильно.
Я улыбнулся ее непониманию. Я прекрасно все осознавал, но ради выживания в таком мире нельзя было позволить себе опуститься на самое дно пищевой цепочки.
— Запела по-другому, — ответил я. — Решила вдруг отступить?
— Конечно, нет. Я не могу себе этого позволить, как и Роуз, — она сделала паузу, затем неуверенно спросила: — Ты знал? О ней… и о тебе, ну понимаешь.
— Понятия не имею, о чем ты.
— Ты знал, что она чувствовала… — голос Куины прервался, затем она затихла: — Она сейчас выйдет. Мы скоро будем наверху.
Связь прервалась, и все, что мне оставалось делать, так это ждать, пока они не окажутся на месте. Ждать и обдумывать незаконченный вопрос Куины. Очевидно, они говорили обо мне, но я почти не хотел знать, что именно.
Я прождал пятнадцать минут, но ни от одной из них все еще ничего не было слышно. Если продолжат в том же духе, мы не успеем. Чувствуя растущее беспокойство, я поднял рацию.
— Вы двое, что там у вас?
Ответа не последовало, но в конце концов они должны были что-то сказать. Чего я никак не ожидал, так это ее голоса:
— С моей точки обзора все в порядке, — он все еще сочился невысказанным гневом и предательством, и было удивительно, что она вообще захотела со мной разговаривать.
«Значит, не такой уж ты и ребенок, каким кажешься. Кто бы мог подумать».
— Агуни все еще в своем номере, — вздохнув, продолжила Куина. — Это уже начинает нам надоедать.
— Тогда, может, начнем действовать по плану? — предложил я. Ответ, который я получил, был язвительным:
— Мы уже начали. Это тебе нужно поторопиться.
Такое отношение было почти смешным. Какой властной и раздражительной стала Роуз в одно мгновение, будто и не она участвовала в чьем-то плане.
— Терпение, — напомнил я ей и, убавив громкость рации, распахнул дверь.
В коридоре не было ни души. Идеальнее и быть не могло. Королевский люкс не охранялся, и я с легкостью проник внутрь незамеченным. Внутри номер был погружен в темноту, и стало очевидно, что Агуни еще не удосужился перенести сюда свои вещи. Даже сейчас здесь еще оставались следы недавнего инцидента. Ковер у распахнутого шкафа был заляпан кровью.
Я снова увеличил громкость рации:
— Не знаю, глуп Арису или умен. Шляпник был параноиком. Он не стал бы прятать карты в обычном сейфе.
— Где же тогда настоящий? — спросила Куина.
Я повернулся к картине с оленем на стене. Она не выделялась чем-то особенным, просто оленьи морда и рога на голубом фоне. И все же ранее в тот день, несмотря на весь переполох и крики боли Арису, она привлекла внимание Агуни.
— Когда Арису поймали, — сказал я, медленно подходя к картине, — Агуни не обратил на это внимания. Он смотрел на некую картину на стене. Оказалось, что лист не был пуст. На нем был рисунок.
Ненадолго отложив рацию на приставной столик, я снял картину со стены и обнаружил спрятанный там клад, на который так надеялся. Штукатурка была вырезана, образуя отверстие, достаточно большое, чтобы в него можно было втиснуть небольшой сейф. И, разумеется, он там был. Отельный сейф, очень похожий на тот, который пытался открыть Арису, был вмурован глубоко в стену.
Сквозь помехи раздался тихий голос, ее голос:
— Значит, до этого момента ты не знал, где он находится?
Я снова поднял трубку рации:
— Точно. То, что случилось с Арису, было необходимо, если мы собирались найти настоящий сейф. Кстати говоря, я его нашел.
Вот он, момент истины. Последняя проверка правильности моего кода. Я вводил цифры одну за другой. 8022. Каждая из них имела значение, и я наполовину ожидал, что раздастся сигнал тревоги.
Но этого не произошло. На дисплее сейфа высветилось «ОТКРЫТО».
— Ты использовал его только для этого? — устало спросила Куина в ответ на это.
Неужели, спустя столько времени, она не поняла, что это цена, которую приходится платить? Этот мир имел определенный ритм. Чтобы выжить, нельзя было позволять себе увязнуть в чувстве вины или стыда.
— Чтобы что-то получить, нужно что-то потерять, — сказал я. — Он просто жертва. Такие вещи случаются часто, не так ли?
— Нет, не часто. Вовсе нет. Я и правда не хочу быть твоим врагом.
На моем лице появилась улыбка.
«Чишия, не хотел бы я быть твоим врагом».
— Я часто это слышу.
* * *
Колода была похожа на гирю, раскачивающуюся в моем кармане. Безошибочное ощущение силы и опасности, скрытое в стопке карт. Не было никакого способа узнать, давал ли их сбор какой-либо проход обратно в старый мир. Но также не было ничего, что могло бы доказать обратное. «В любом случае, уверен, что что-то произойдет, когда колода будет собрана». Эти карты не могут пропасть впустую. Заменив картину, я сказал Куине и Роуз встретиться со мной возле выхода во внутренний двор в восточной части отеля. Я мог бы догнать их, спускаясь с верхнего этажа, но мне хотелось немного отвлечься. Никогда не испытывал привязанности к своему номеру, и даже сейчас, когда бросил на него последний взгляд, не было ничего особенного, что держало бы меня здесь. «Ну, может быть, только одно». Открыв второй ящик стола, я нащупал крошечную коробочку. Она была совсем маленькой, а кольцо внутри еще меньше. Оно лежало в раскрытом виде на моей ладони, серебро было выточено в форме маленького солнца с сияющим зеленым центром. Каким-то образом его вес оказался даже тяжелее, чем у карт. «Есть ли в этом какой-то смысл?» Я мог бы легко засунуть его в карман, но оно было практически бесполезно. Даже если бы я отдал его ей, она бы тут же от него отказалась. Я положил кольцо обратно. Пусть это останется секретом до следующего человека, который войдет в этот номер. Закрывая ящик, я вдруг вспомнил о другом, более темном секрете, спрятанном в отделении ниже. Я открыл его и увидел маленький сувенир, который взял с собой из первой игры. Внутри сверкал револьвер, металлический и опасный. Уж это-то точно удержит Нираги на расстоянии. Но, опять же, стоило ли оно того? В нем было всего одна или две пули, и против винтовки у него не было бы шансов. Как только мы выберемся отсюда, смогу найти что-нибудь покрупнее, возможно, в пустующих точках якудзы в Токио. Я оставил его там вместе с кольцом. Даже уходя, я чувствовал себя так, словно дергал за ниточку, которая продолжала тянуть меня обратно к этой крошечной коробке. Придется разорвать эту ниточку на части. Пройдя через весь отель, я вышел на улицу, свернув на узкую дорожку, где располагался тихий внутренний двор. Единственными звуками были негромкая музыка, заглушаемая ветром, и тихая трель сверчков. В поле зрения попали два силуэта: один грелся в лучах света под фонарным столбом, другой прятался в тени у стены. — Думаю, они нам больше не понадобятся, — я снял с запястья браслет, который так привык носить. Как только я добрался до кирпичной арки на краю территории, Куина заговорила. — Тебе не жаль? Я сделал паузу: — Жаль? — О том, что случилось с Арису, — сказала Роуз. — Мне очень жаль его. Нам обеим. Куина вздохнула в знак согласия: — А тебе? Я повернулся, переводя взгляд с нахмуренной Куины на фигуру позади нее. Как бы она ни старалась спрятаться в тени своей подруги, я всегда мог ее найти, особенно когда ее глаза были полны гнева и боли. Стоя там, они, защищаясь от холода, отражались друг от друга в совершенной гармонии. «Я слышал, как русалки пели, теша собственную душу». Я знал, какая строчка будет следующей. Ей не нужно было петь, пока она еще дышала. Возможно, я смогу заставить ее понять: — Есть ли что-то, на что мы не пошли бы, чтобы выжить? Очевидно, есть, раз их глаза расширились, будто правда этого мира еще не до конца дошла до них. Будто все мои усилия с их точки зрения были напрасными. «Ладно. Очень хорошо». Я улыбнулся, уже не заботясь о том, чтобы скрыть горечь: — Если вы обе так переживаете, то, может быть, вам стоит пойти и помочь ему. Они знали, что не могут. Обе были так счастливы пойти со мной, если это означало побег с Пляжа, и все же считали себя вправе критиковать мои методы. Я повернулся обратно к арке и сделал первый шаг вперед к свободе, только чтобы услышать этот крошечный, ох как хорошо знакомый звук. Жужжание. — Не может быть, — пробормотал я. Такая возможность всегда существовала. Но почему именно здесь? Почему сейчас? Почему тогда, когда я был так близок к победе? В любое другое время я бы не возражал. Но это просто раздражало. Я был настолько погружен в свои мысли, что едва заметил шаги позади себя… знакомую фигуру, проскользнувшую мимо меня… идущую ближе к арке. — Стоп. Моя рука двинулась сама собой, схватив ее за запястье и оттащив назад как раз вовремя. На одну короткую секунду я почувствовал ее кожу, пылающую в резком контрасте с прохладным ветерком, прямо перед тем, как ее выдернули из моей хватки. — Что, по-твоему, ты делаешь? — она коснулась своего запястья, как будто обожглась, не зная, что все было наоборот. Я не смог ответить. В душе снова поселился холод, пустота. Это только подтвердило то ноющее подозрение, которое я уже знал. Причина, по которой я не мог разорвать нить. Она была ответом. Куина появилась рядом со мной, ожидая объяснений. Ее присутствие напомнило мне, что на карту поставлено нечто гораздо более важное. Внезапно вспомнив о браслете, который я держал в руке, я швырнул его в арку. Светящийся красный лазер прострелил его насквозь, и он с грохотом упал на землю. Время было почти ироничным, слишком идеальным, чтобы быть правдой. Словно мастера игр все это время наблюдали за нами, как и в том маленьком трюке, который они провернули в Червовой Восьмерке. Как бы это ни раздражало, я не мог не восхититься их креативностью. Вздохнув, я повернулся, чтобы увидеть стену лазеров, возникшую вдоль периметра отеля. «Туше».
