Альбом памяти

      В тот день я так и не поехал в универ. Вернулся обратно домой уже с Тэхеном.       Когда выходил из метро вместе с ним, меня снова схватил за штанину тот самый бродяга, которому я дал несколько купюр. Из-за него отвлекся и отпустил руку Тэ.       Бродяга опять поклонился мне и сказал:       — Возвращаться — плохая примета.       Я махнул рукой, ответил по-свойски:       — Да не, дядь, вы ошибаетесь.       Оставив его в недоумении своим ответом, я догнал Тэхена, который умудрился за то время, что я говорил с бродягой, удалиться на несколько метров. Шапку-ушанку он все еще держал в руках. Смотря в спину своего бывшего, я только при свете солнца, смог обнаружить, что человек, до этого придирающийся к каждой мелочи в своем образе, сейчас шел в растянутой домашней рубашке в клетку, джинсам, которые были все в непонятных разводах и потрепанных кедах, не зашнурованных до конца.       — Тэхен! — окликнул его я.       Он обернулся. Я подошел к нему, натянул на лицо улыбку, чтобы хоть как-то его порадовать. Я сказал:       — Остановись на секунду, у тебя шнурки развязаны.       Он опустил глаза на свои кеды, пожал плечами, ответил:       — Ясно.       Ему было плевать. Сейчас я жалею, что не способен всю его боль взять на себя. Я опустился перед ним на колени и принялся завязывать шнурки.       — Ты наступишь на них, споткнешься и упадешь, — предупреждающе сказал я, почувствовав себя на секунду его мамочкой.       Пока я возился с его шнурками, начинал быстро обдумывать, что сейчас собираюсь делать. Сегодняшнее утро казалось безумным и хотелось бы верить, что это сон. Я сейчас проснусь и нет этого ничего. Нет… Не так. Не хочу снова терять Тэхена. Почему я жил без него полтора года и не чувствовал такую сильную тоску как сейчас? Не думал о том, что он может умереть как Намджун-хен, Хосок-хен и Чимин. Что я почувствовал, когда Тэхен бросился под поезд, а время отмоталось назад? Облегчение? Кажется, да.       Когда я завязал шнурки на кедах Тэхена, поднял на него глаза и лучезарно улыбнулся. Он прошептал:       — Спасибо.       Парень подал мне руку, я взялся за нее и выпрямился во весь рост. Мы были с хеном на одном уровне, но плечи его осунулись, из-за чего он казался меньше. Почему я смог повернуть время вспять и спасти только Тэхена? Если бы я спас Намджуна, сейчас Тэ не было бы так больно.       Пока мы шли, он не проронил ни слова. Я вел его до своего дома, в котором снимал маленькую квартирку. Эти заветные два километра давали мне возможность подумать над той силой, что дала мне возможность спасти Тэ. Зачем она мне? Могу ли я ее использовать, чтобы вернуться на полтора года назад и не дать Намджуну уехать к родителям на том злополучном поезде. Я верил: если бы лидер выжил, Хосок и Чимин относились бы к своим жизням более ценно.       Мысли меня не отпускали до того момент пока мы не добрались до двери подъезда.       — Открой, — кивнул Тэ на запертую с железную дверь.       — Ах, да, — я достал из заднего кармана брюк ключ-карточку и прислонил к сканеру двери.       Пропустив Тэхена вперед, зашел следом.       — Какой этаж? — спросил он.       — Пятый.       — Высоко, — сказал Тэ все с тем же равнодушием в голосе.       Я удивлялся тому как до этого жизнерадостный парень, богатый на эмоции: и хорошие, и плохие, сейчас общался так скудно, мало, словно читал заученный текст без интонации. Тэхен всегда был слабее меня, обычно я брал его боль на себя, но в те разы, когда он хоронил трех наших друзей, меня рядом не было. Я проклинал себя за это. Почему я оставил тебя, Тэ?       Мы поднялись до пятого этажа, Тэхен оперся о перила и стал ждать, когда я открою дверь квартиры. Подойдя к двери, я набрал код. Дверь открылась. Мы с Тэ вошли внутрь.       Я не знал как и где он жил все это время. Сначала я вообще подумал, что мой бывший — бездомный. Надо было бы спросить у него об этом, но я боялся, что Тэ как-нибудь не так отреагирует. Может ему вовсе не понравится мой вопрос.       — Почему ты не спрашиваешь как я жил все это время? — спросил Тэ, разувшись и пройдя в коридор.       Он как будто прочитал мои мысли. Мне оставалось только застыть на месте. Было тяжело оправдаться.       — Я думал, ты не захочешь отвечать, — ответил я.       — Ты всегда был таким! — воскликнул он, замахнувшись и ударив по зеркалу, что висело на стене в коридоре.       — Тэхен! — я бросился к нему и схватил его за руки.       Заметил как по его рукам стекает кровь. Он порезался.       — Тебе всегда было на нас плевать!       Его слова, сказанные в истерике, резали мне душу. Я зажмурился, пытался обнять его. Очнулся у двери в собственную квартиру. Пальцы зависли у панели. Собирался открыть кодовый замок…       «Снова отмотал время?» — спросил мой голос в голове.       — Вау… — произнес я вслух, чем привлек внимание Тэ.       — Забыл пароль? — поинтересовался он без особого любопытства.       — Нет, не забыл, — ответил я и ввел пароль.       Как только мы вошли в квартиру, я сразу обратил внимание на зеркало в коридоре. Оно было целым. Тэ разулся, а я сразу заговорил, успев опередить его:       — Не хочу показаться бестактным.       Стоило мне только начать диалог, Тэхен повернулся ко мне и впервые за все это время нашей первой встречи после долгой разлуки в его глазах засияла надежда.       — Но мне интересно как ты жил все это время?       Тэхен наконец-то улыбнулся. Ответил:       — Рад, что ты спросил.       Кажется, он повеселел, но я все равно пытался уловить какой-то подвох. Все-таки он по-прежнему балансирует на грани.       — Я не смог учиться или работать, перебираюсь с места на место, — разочарованно говорил он. — Я уже говорил, что потерял всякий смысл?       Я кивнул. Парень прошел в комнату, где я спал, плюхнулся на матрас. Я присел рядом.       — Недавно истек срок оплаты аренды квартирки, где я жил, — говорил он. — Оставшись без крыши над головой я пошел в метро и собирался прыгнуть под поезд.       Он посмотрел на меня.       — Ты оказался там, — Тэхен поджал губы. — Я из-за тебя все еще жив.       Я положил руку ему на плечо, притянул к себе, обнял.       — Я хочу, чтобы ты остался тут на некоторое время. Сможешь?       Он очень слабо и приглушенно произнес:       — Угу.       Тепло его тела, размеренное дыхание — это все тот же прежний Тэхен, которого я знал и любил, просто сейчас в его душе черная дыра из-за моего отъезда и потери близких друзей. Я чувствовал себя обязанным ему помочь, закрыть ту брешь, что образовалась в нем.       — Впереди выходные, — сказал я воодушевленно. — за это время отдохни, потом найдем тебе работу.       В глазах Тэхена не угасал луч надежды. Кажется, мне удалось достучаться до него.       Я насильно уложил его на свой матрас, накрыл одеялом. На мою просьбу немного поспать, Тэ как послушный ребенок устроился на подушке и прикрыл глаза. Мне же пришлось отправиться на кухню. Хен ничего не говорил: ни о своих желаниях, голоден ли, устал ли. Я все еще чувствовал груз вины за то, что он сейчас такой. После смерти трех наших друзей я продолжал двигаться вперед, без оглядки назад, а Тэ дошел до социального дна, оставшись без крыши над головой, без денег. Безусловно, это моя вина. Я должен все исправить, эти силы даны мне для этого. Я обязан спасти его. Нет, я обязан спасти всех.       Отправившись на кухню, я первым делом заглянул в холодильник в поиске того, что понравилось бы Тэхену. На днях готовил чапчхэ, лишнее убрал в холодильник. Совсем забыл о нем, достал. Я помнил до сих пор, что чапчхэ — любимое блюдо Тэхена.       Вытащил одну порцию, которую заранее поместил в контейнер, поставил разогреваться в микроволновку. Вернулся в комнату, где посапывал Тэ. Прислонившись к дверному косяку, стал наблюдать за ним. Не хотелось верить, что любимый и дорогой хен страдает от депрессии. Я надеялся, что если сейчас приложу максимум сил, выведу его из этой тьмы наружу. По крайней мере, пока со мной эти странные неведомые мне силы, я буду делать все, чтобы Тэхен не погружался в темноту.       — Я просто должен больше с тобой разговаривать, — сказал я вслух, обращаясь к дремлющему хену.       В ответ он недовольно пробубнил что-то невнятное во сне, перевернулся на матрасе, завалился на левый бок и продолжил спать.       — Со сном все хорошо или просто устал? — спросил я вполголоса у самого себя.       Чапчхэ уже разогрелось к тому времени. Я вернулся на кухню, достал из микроволновки блюдо и вернулся вместе с ним в спальню.       Присев на край матраса, отчаянно пытался вспомнить, может ли человек с депрессией так крепко спать, как сейчас это делал хен.       Держа в руках контейнер с разогретым чапчхэ, я не мог набраться смелости, чтобы разбудить сладко спавшего Тэхена. Сейчас его лице не было той боли, которую я видел в метро и по пути сюда. Он видимо почувствовал, что на него смотрят не отрываясь. Приоткрыл свои заспанные глаза, потер их руками.       — Спасибо, Чонгук, — протянул он.       — За что? — шепотом спросил, чтобы не спугнуть недавно очнувшегося от дремоты Тэ.       — За то, что не дал мне сегодня умереть.       Я был счастлив подобному ответу. Значит, все-таки он хотел жить, просто жизненные обстоятельства загнали его в угол. Улыбка появилась на моем лице сама собой, рассмешив своим появлением Тэхена. Он улыбнулся тоже, но только более слабо, как будто очень хотел, но что-то внутри не давало ему показать всю краску своих эмоций.       Тэхен сел на матрасе, выпрямил спину и протянул руки вперед.       — Чапчхэ? — уточнил он, облизнувшись. — Давай сюда.       Я подал ему контейнер с едой и заранее приготовленными металлическими палочками. Парень стал с жадностью поглощать пищу так, будто не ел несколько дней.       — Вкусно как! — восклицал он все то время, что поглощал чапчхэ. — Ты сам готовил?       Я кивнул. Посмотрел в окно, задумался. Тэхен заметил мое погружение в собственные мысли. Окликнул меня прозвищем:       — Гукки, я не суицидник, — заверил он.       Я раскрыл рот от удивления, которое специально преподносил как наигранное.       — Да что ты?! — ахнул я и прикрыл рот ладонью.       Тэхен нахмурился.       — Останься ты без квартиры, без друзей и работы, никому ненужный, да еще и жара такая адская…       Он быстро доел предложенную мною еду и вернул назад мне в руки пустой контейнер. Устроив голову на подушке, он выдохнул.       — Я дурак, — сказал Тэ. — Если бы знал, что ты в Сеуле, давно связался бы с тобой.       Я не совсем его понимал. Тэхен пояснил:       — Ты спас меня сегодня… Сердце не болит больше.       Он коснулся своей груди, отчаянно вцепившись пальцами в собственную рубашку.       Я собирался уже встать и пойти на кухню, вымыть контейнер, но когда я только хотел выйти из комнаты, Тэхен окликнул меня. Я обернулся.       — Я не сумасшедший, — сказал он.       Я не верил ему. В первый раз он прыгнул под поезд, во второй раз он разбил зеркало в коридоре моей квартиры и орал в истерике. Сейчас он лежит на матрасе и спокойно уверяет, что он не сумасшедший, но может мои перемотки и правильные выборы влияют на его состояние? Если все кошмары позади, стоит ли мне довериться? Лучше проверять, пока есть возможность.       Вернувшись на кухню, я вымыл контейнер. Зашел обратно к Тэхену. Он лежал на спине и смотрел в потолок.       — О чем задумался? — спросил я, усаживаясь снова на край матраса.       — Ты же не пойдешь сегодня в университет? — поинтересовался он.       — Нет, не пойду, — я коснулся его руки, погладил нежные прежде пальцы, сейчас ставшие грубыми и неухоженными. — Ты совсем не заботился о своих руках.       Он недовольно фыркнул, выдернул руку.       — Вот знаешь! — воскликнул он. — Хорошо тебе судить, ты уже у нас мальчик-зайчик вообще не был в трауре, спокойно пошел учиться дальше… Куда тебе до нас, до людей, которые отказались от всего из-за смерти друзей!       Я тяжело вздохнул, лег рядом с ним и обнял. Прижав Тэхена к груди, пригладил его волосы и заботливо похлопал по плечу.       — Прости, — сказал я. — Не хотел тебя задеть.       — И ты прости, — буркнул он. — Столько времени прошло, а я все еще не пришел в себя.       Мне стало легче. Тэ воспринял мои слова адекватно, я не чувствовал себя опустошенным и время не отмоталось. Если я пойму как это работает, точно смогу взять все под контроль.       Я поднялся с матраса, подошел к своему рабочему столу, который располагался у самого окна и стал судорожно искать на выдвижных полках набор маникюрных ножниц. Тэхена это заинтересовало, он поднялся, подошел ко мне и спросил:       — Чего ищешь?       Вскоре я достал футляр с ножницами и детский крем для рук.       — Возвращайся на матрас, — сказал я, играя своими бровями.       Своим выражением лица я пытался разрядить обстановку, но кажется этого не требовалось. Тэ стал отстраняться от своей печали. Кажется, ему не хватало только меня, чтобы в жизни все наладилось. Я решил компенсировать свое отсутствие в прошлом сполна. Я много задолжал Тэхену. Единственное, что я могу пока что сделать для него — подарить заботу и всю свою любовь. Только оказавшись так близко к нему, я понимал, как сильно скучал по нему. Если он исчезнет из моей жизни, я, наверное, сам впаду в тьму, из которой меня точно никто не вытащит.       Я открыл футляр, из которого вывалились все виды миниатюрных ножниц. Попросив правую руку Тэхена, я принялся подстригать заостренные, неопрятно выглядящие ногти и заусенцы, которые успели так воспалиться, что было больно даже на них смотреть. Не представляю как Тэхену удалось так долго ходить с ними.       Поначалу было такое ощущение, что я стригу когти капризного щенка. Тэхен вырывал руку, видимо не готовый к таким рисковым действиям. Я изо всех сил старался держать себя под контролем. Еще никогда до этого мне не удавалось приводить в порядок руки человеку, который вырывается как ребенок.       Вскоре Тэхен смирился, когда увидел, что я обращаюсь с его руками особо бережно. Я, то поднимал глаза на него, то снова опускал на руки, чтобы внимательно следить как двигаются ножницы в руке. Мне показалось, что если я порежу его даже случайно, больше он мне не доверится.       — Не больно ведь? — уточнял я каждый раз, как только лезвие касалось его прозрачной бледной кожи.       В ответ лишь отрицательный кивок — это знак того, что можно продолжать.       Закончив, я сложил ножницы в футляр, внимательно осмотрел ручки Тэхена.       — Подожди секунду, — попросил я.       Я открыл тюбик с кремом и выдавил немного в свою раскрытую ладонь. Тэ держал свои руки поднятыми. Я намазал их кремом, тщательно втер их в его пальцы, массируя.       — Знаешь, я подсмотрел как это делают в одном фильме — массируют пальцы, — сказал я.       Тэхен внимательно следил за моими движениями.       — Не нравится? — спросил я, не понимая, что сейчас у него за выражение лица.       — Нравится, — глухо ответил он.       — Ты одежду давно менял? — спросил я.       От него ничем не пахло. Это меня и удивило. Хотя выселили его-то совсем недавно.       — Одежду не менял давно, а вот мылся сегодня только, — ответил хен спокойно, принюхиваясь к собственному запаху. — Неприятно пахну?       — Нет, — ответил я. — Но одежду все-таки лучше поменять. Возьми мою из шкафа, эту я постираю, идет?       Тэхен быстро согласился. Меня радовало, что он не находится в депрессии. Видимо, только погода и обстоятельства повлияли на него. Я в этом во всем хена не винил.       Пока он переодевался, я отвернулся, чтобы не смущать его. Нырнул рукой в свой рюкзак, вытащил оттуда сотовый и удивился десяти пропущенным звонкам от Йерим.       — Черт, — выругался я вслух.       — Что такое? — сразу же полюбопытствовал Тэхен.       Мне его равнодушие нравилось больше. Сейчас я не знаю, что от него ожидать. Не готов я в третий раз за день мотать время.       — Ничего, — ответил я сухо, удивляясь своему тону.       Если Тэхен узнает о Йерим, устроит ли он истерику снова? Мы с ней не встречаемся, но она порой уж очень сильно беспокоится, зная о моем прошлом и скольких людей я потерял. Не раздумывая, я набрал ей, чувствуя спиной как Тэхен подкрадывается. Я не делал резких движений, давая ему понять, что мне нечего скрывать.       — Чонгук! — послышался звонкий голос подруги из динамика.       — Сказал же, что у меня дела, — с недовольством в голосе сказал я. — Чего звонила?       — Беспокоилась, — обидчиво сказала она. — Мало ли что…       — Я приду в универ после выходных, окей?       — За тобой заехать? — спросила она.       Я обернулся. На меня во все свои огромные щенячьи глаза смотрел Тэхен.       — Я сам приеду.       Сразу положил трубку. Ждал, что мне скажет хен. Он присел рядом, переодетый в мою летнюю белую рубашку и джинсовые шорты. На удивление, Тэхен был спокоен. Он робко взял меня за руку.       — Это девушка? — уточнил он.       — Просто однокурсница, — соврал я.       — Ты с ней не встречаешься?       Я коснулся его лица своей рукой. Погладил. Провел пальцами до шеи. Прозрачная кожа, а из-под нее видны тонкие вены. Даже сейчас ему удалось сохранить прежнюю красоту.       — Не встречаюсь, — ответил я.       — Я… — начал он и тут же замолчал.       — Говори, — попросил я.       — Хочу быть рядом с тобой, — договорил он.       — Я сам виноват в том, что мы отдалились, — сказал я и поднеся его руки к своим губам, поцеловал. — Мечтал, что однажды мы встретимся снова, но обстоятельства так сложились.       — Я скучал! — воскликнул Тэхен.       — Я тоже, — прильнув к его губам, оставил на них поцелуй.       Это было что-то невообразимое. Всплеск давно утерянных эмоций, которые я мечтал снова почувствовать. Ничего не будет как раньше, но если нам с Тэхеном удастся сохранить то немногое, что у нас осталось, я стану самым счастливым человеком на свете.       — Прости, что вел себя, как последний мудак, — проговорил я.       Тэхен улыбнулся сначала скромно, но потом улыбка стала шире, показались его белые хищные зубки. Я думал, что сплю. Прежний хен, мой любимый хен снова здесь со мной. Мне стало так горько от того, что мне удалось вернуть только его, а как же остальные?       Он обхватил меня за шею, так крепко что стало больно, но эта боль была самой приятной из тех, что мне удалось испытать. Пусть хоть он вернулся ко мне. Я даже этому рад.