from east to west

      Эта дерьмовая, по мнению Черён, идея приходит Йеджи в голову, когда она пьёт Маргариту на крыше одного из многочисленных городских клубов. Весь мегаполис у её ног, но он так знаком, что тянет блевать. Она устала от этого – от ярких вывесок, широких улыбок, фальшивых комплиментов. Ей просто нужно немного отдыха.       – Ты в самом деле послала родителей к чёрту? – Спрашивает Хёнджин тем тоном старшего брата, который Йеджи ненавидит.       – Нет, я послала их прямо нахуй.       – Они урежут твоё содержание.       – Мне не нужны их деньги.       Хёнджин качает головой как делает всегда, когда чем-то недоволен, но молчит. Йеджи не понимает, как у него получается быть и послушным сыном и хорошим старшим братом одновременно, когда она ругается с родителями почти каждый день и раз в неделю точно сбегает из дома. По всем законам они должны друг друга недолюбливать, и всё же он здесь – снова внимательно слушает, помогает, поддерживает. Как и всегда.       – Чего ты вообще хочешь, Йеджи?       – Если бы я знала, Хён, – она опускает голову. – Просто не быть здесь?       Хёнджин кладёт руку на её плечо, мягко сжимая, и вздыхает. Йеджи любит его, так искренне, как умеет. Он её старший брат, тот самый парень, который защищал её от школьных хулиганов и монстров из-под кровати, отдавал шарф и перчатки, когда она забывала свои дома, готовил горячий шоколад, когда она впервые рассталась с девушкой. Но даже он сейчас ничего не понимает. Они выросли, как и их монстры, – отвратительные, тянущие к ней свои скользкие лапы, распахивающие огненную пасть.       – Я уезжаю завтра, – сообщает Йеджи, делая ещё глоток. – У меня есть деньги, их хватит на первое время, и я недавно купила машину, так что теперь тебе не придётся беспокоиться, что я разобью твою.       – Куда ты собираешься?       – Не знаю. Да мне и плевать, честно говоря.       Йеджи знает, что это безумие, но оставаться здесь ещё хуже. Да, Черён и Хёнджин будут скучать, и ей стыдно перед ними, но что-то тянет её туда, за пределы этого трижды проклятого мегаполиса, в реальный мир. Ей нужно одиночество или хотя бы компания того, кто её не знает.       – Ты уверена?       – Да, я много думала об этом, и ты не отговоришь меня.       – Почему ты не сказала мне?       – Ты стал спорить, а я терпеть этого не могу. Это просто путешествие, Хён, я вернусь, когда почувствую себя лучше.       – Господи, какая ты дурочка, – он шарит руками по карманам, будто выискивая что-то, а потом выуживает из пиджака пластиковую карту. – Возьми, у меня есть там немного, но я добавлю при первой же возможности.       – Мне не…       – Тебе нужно. Я знаю, что ты думаешь, что одна и никому не нужна, но это не так. Я люблю тебя, и мама с папой любят, и Черён, и все остальные, но если тебе нужно путешествие, чтоб это понять, то пусть так. Я в любом случае тебя не оставлю, – Хёнджин обходит стул и кладёт руки ей на щёки, чтобы посмотреть в глаза. – Я могу поехать с тобой.       – Нет, у тебя университет, парень, я не хочу, чтоб ты оставлял его.       – Он уже большой мальчик и проживёт без меня пару месяцев.       – Нет, Хёнджин, прости.       – Тогда разреши мне проводить тебя завтра. Мне и Черён.       – Хорошо.

***

      Её новый внедорожник отвратительного ярко-зелёного цвета, и Йеджи мысленно обещает себе, что перекрасит его при первой же возможности. Хёнджин помогает ей загрузить в багажник спортивную сумку с вещами и проверяет шины, пока Черён крепко обнимает её за плечи, с трудом сдерживая слёзы. Краем глаза Хван замечает, как брат кладёт на переднее сидение пару перцовых баллончиков и электрошокер, но молчит. Он волнуется, это нормально.       – Звони мне каждый день, – шепчет Хён, утыкаясь носом ей в плечо. – Обязательно по видеосвязи.       – Что, если там не будет связи?       – Я положил в бардачок спутниковый телефон и зарядку к нему. Если не будет сигнала, воспользуйся им.       – Ладно, – Йеджи закатывает глаза.       – Ещё в бардачке есть карты на случай, если навигатор перестанет работать, и номера моих друзей. Звони им, если понадобится помощь, я уже всех предупредил.       – Серьёзно, Хён? Кого ещё ты попросил присмотреть за мной? Армию?       Хёнджин отстраняется, снова внимательно оглядывая её, и качает головой.       – Ты едешь одна, Йеджи. Это очень опасно. Я… я даже не уверен, что стоит тебя отпускать, но знаю, что, если не сделаю этого, ты просто сбежишь. Пожалуйста, если что-то случилось, звони, и мы с Феликсом тут же поедем к тебе, хорошо?       – Да. Как только он терпит твою чрезмерную заботу?       – Я серьёзно, Йеджи.       – Я тоже.       Йеджи приподнимается на носочках, чтобы потрепать его по голове, ещё раз обнимает Черён на прощание и садится за руль внедорожника, готовясь нажать на газ. Йеджи не знает, найдёт ли что ищет или окончательно потеряется в собственных мыслях, но уверена, что стоит хотя бы попробовать. Впереди ждут дороги, незнакомые города, люди, которых она, возможно, даже не запомнит, но это увлекает.       – Я буду скучать, – шепчет Хван, в последний раз посмотрев на подругу и брата, и поворачивает ключ в замке зажигания. – Простите за всё.