– мы будем смотреть "Титаник".
16 июля 2022 г., 22:09
Это случается в середине третьей недели, когда Рюджин заходит в квартиру Йеджи в перерыве между двумя сменами. Они сидят вокруг кофейного столика, поджав под себя ноги, и пьют принесённый Шин кофе. В гостиной приятно пахнет горячей сырной пиццей, а Хван пытается не думать о том, как легко представить их в гостиной собственной маленькой квартиры-студии где-нибудь в Бостоне. Это выглядит так реальным – Рюджин в толстовке с эмблемой баскетбольной команды на груди, еда навынос, кофе и пейзажи Бостона за небольшими окнами.
– Мы выезжаем через неделю?
– Ага, – кивает Рюджин. – Мы заедем за тобой. Я могу даже помочь собрать вещи.
– Не нужно, – улыбается Йеджи. – Просто… я подумала, может… ну… мне стоит познакомиться с Джису?
На секунду Рюджин замерла, словно не поверила в то, что услышала. Раньше Йеджи бы посчитала это глупостью. Какой смысл в знакомстве с бывшими, поездке в этот дурацкий город? Но сейчас она как никогда ясно понимала, как мало времени у них осталось. Ещё чуть больше недели, и Рюджин вернётся домой, а Йеджи предстоит выбор – уехать в Бостон или отправиться дальше, в Сиэтл, Портленд, Сакраменто или Лос-Анджелес. Она не хотела оставлять Рюджин, но вопрос был решён, поэтому Хван старалась просто наслаждать каждой проведённой вместе минутой.
– Ты уверена?
– Почему бы и нет? Ты против?
– Нет, но… просто… ох… я была бы рада, но…
– Волнуешься? Думаешь, это может плохо на ней сказаться?
– Она говорит, что всё в порядке, но ментальное здоровье такая хрупкая вещь. Я знаю, что ты не хочешь причинить ей вред, но любой стресс для неё сейчас может привести к новому срыву.
– Я понимаю. Прости, было глупо спрашивать это.
– Нет! Нет, не глупо. И я не говорила «нет». Просто мне кажется, что нужно подготовить Джису к этому. Дай мне время до выходных. В субботу мы можем собраться у Минджон, если они с Джимин будут не против, заказать пиццу, газировку, посмотреть фильм. Это создаст атмосферу.
– Конечно, – Йеджи осторожно берёт Рюджин за руку, переплетая пальцы. – Я подумала, что Джису получит больше стресса, если мы впервые встретимся только в поездке, а так мы сможем хотя бы познакомиться. Я пойму, что ей нравится, а что нет. Кто знает, может мы вообще влюбимся друг в друга, а, Шин Рюджин?
– Тогда будете платить мне за услуги свахи до конца жизни.
– Без проблем, – смеётся Хван. – Мы будем жить в шикарном особняке в паре шагов от какого-нибудь пляжа в Малибу и раз в месяц скидывать тебе на карту по десять тысяч долларов.
– Особняк в Малибу? Чёрт, Юна переедет к вам в ту же минуту, как узнает об этом!
– Она будет моей любовницей.
Йеджи смеётся ещё громче, когда Рюджин в шутку бьёт её в плечо.
– Не говори об изменах моей сестре, когда я сижу рядом, котёнок.
– Это даже нереальные измены!
– И что?!
Момент взрывается громким хохотом. Йеджи откидывается на кресло за своей спиной, пока по щекам текут слёзы радости, а Рюджин улыбается так широко, как только возможно. Впервые за пару дней Хван наконец-то чувствует себя счастливой.
– Ладно, я всё поняла. Мне жаль, я больше не буду думать об этом. Обещаю.
– Правильное решение.
***
Первое, что видит Йеджи, когда входит в квартиру, – Минджон, нежно целующую Джимин в щёку. Джимин хихикает, пытаясь обнять её в ответ и не уронить телефон, а Джису, опираясь локтями на спинку дивана, фотографирует их. – Пожалуйста, детка, – смеётся Минджон, оставляя на шее Ю поцелуи. – Я хочу, чтобы они добавили в корочку немного сыра. – Рюджин не любит такую пиццу. – Потому что у неё нет вкуса. – Иди к чёрту, Ким Минджон! – Кричит Рюджин откуда-то со стороны кухни, и смех Джису становится звонким и громким. – Я больше не буду готовить для тебя шоколадные кексы! – Они всё равно подгорают! Джимин морщит нос от смеха, когда Минджон снова прижимается к ней, чтобы поцеловать во впадину над ключицей. – О, привет, да. Мы бы хотели заказать пиццу. – Сырные корочки такие вкусные, детка… – шепчет Ким. – Я могу съесть их за Рюджин. – Да, трёх будет достаточно. Одну полностью с грибами, «Маргариту» и одну с канадским беконом, сыром и оливками. – Минджон крепче сжимает её талию. – Вы можете, пожалуйста, добавить сыр в корочки? Да, чем больше, тем лучше. Адрес… о, у вас записано? Да-да, именно он. Спасибо. Эй, детка, – улыбается Джимин после того, как сбрасывает звонок. – Можешь объяснить, почему у этой пиццерии записан наш адрес? – Потому что у них лучшая пицца в Нью-Йорке, – пожимает плечами Минджон. – Иногда я завидую твоему метаболизму. Ты ешь столько пиццы и всё равно выглядишь как модель. – Просто беру пример с тебя, красавица. Привет, Йеджи! – Йеджи? Привет! Джису больше напоминает Йеджи фарфоровую куклу, чем человека. Она маленькая, – почти на голову ниже, – с длинными руками и ногами, которые выглядят так, словно держатся на шарнирах. Майка висит на худом теле словно платье, одна лямка спадает с острого плеча, обнажая выпирающие ключицы. Её губы такие же бледные, как и кожа, и Йеджи видит на них красные следы сильных укусов. Хван видит на белых белках её глаз красные точки – лопнувшие капилляры, а сами глаза розоватые и опухшие, будто она плакала несколько часов подряд. Каштановые волосы заделаны в высокий хвост. «Блять», – думает Йеджи. – «Если бы я знала, что всё так плохо, то не стала бы кричать… я… я была уверена, что Рюджин врёт, но… Боже, она должна была мне рассказать». – Чхве Джису. Рюджин много рассказывала о тебе. – Хван Йеджи, – она с готовностью пожимает руку Джису и улыбается. – Приятно познакомиться. – Взаимно. Рюджин готовит основную часть ужина, но у нас ещё остались пончики и немного буррито с прошлого ужина. Рюджин, там есть соус? – Она не любит соус, – отвечает Шин. – Там есть шоколадные пончики. Я специально полила их в несколько слоёв. – Спасибо. Первые пять минут проходят в неловком молчании, но затем Рюджин ставит на кофейный столик поднос с картофельной запеканкой с беконом, и Минджон бежит к ней, едва не спотыкаясь о стол. Гостиная наполняется смехом, и Йеджи видит широкую улыбку Джису. Кажется, всё её лицо внезапно начинает сиять. Сердце Хван начинает биться чаще. Да, эта девушка красива, даже очень, из тех, в кого легко влюбиться сильно и надолго. Следующее, что Йеджи узнаёт, – эти трое пугающе хороши во всех настольных играх и удивительно азартны. Они ссорятся уже на третьей минуте игры в «Манчкин», когда Минджон выставляет минотавра против дракона Рюджин. – У меня 6 очков огня, мать твою! – Кричит Шин. – Ты не можешь убить меня 3 очками силы! – У меня было дополнение мощности! Джису вкинула его на предыдущем круге! – Нет, она вкинула карту защиты! Мощность прибавляется только к её скелетам! Твой минотавр всё ещё с 3 очками силы! Джису ввязывается в спор, доказывая, что может убить их персонажей скелетами, потому что воспользовалась тайной способностью два хода назад, а Джимин с улыбкой тянется за пиццей. – Я рада, что ты здесь, – говорит она. – Приятно быть не единственной, кто остаётся в стороне. – Это не в первый раз? – Так происходит каждую игру. Никто из них просто не может признать, что ошибся. Они ссорятся, даже когда мы играем в «Угадай кто». – Из-за чего? – «Никто не показывает корову через вымя, Рюджин! Ты должна была использовать грёбаные рога!». – Но ведь рога есть у быка. – Рюджин сказала то же самое, и они с Минджон не разговаривали целых пять минут, пока снова не поссорились из-за того, как показывать голубя. – Потому что никто не показывает голубя, просто размахивая руками! – Вмешивается Рюджин. – Это может быть любая птица! Голуби едят крошки и гадят на памятники! – Ты хотела, чтобы я, блять, нагадила на стол или начала языком слизывать со стола крошки?! Я показывала крылья и город! Не моя проблема, что ты не поняла, что речь идёт о городских птицах! – В городах куча птиц! Голуби, воробьи, утки, лебеди, вороны! Я не доверяю тебе с того момента, как ты попыталась объяснить слово «крыса», показывая рататуй! – Но его же так звали! – Эту крысу звали Реми! Рататуй – это чёртов салат! Это заканчивается в тот момент, когда Джису, откинувшись назад, начинает смеяться. Её глаза превращаются в полумесяцы, на уголках которых сверкают, словно бриллианты, слёзы радости. Губы Минджон и Рюджин в ту же секунду растягиваются в широких улыбках. Йеджи даже кажется, будто Шин немного краснеет. – Думаю, нам стоит перестать играть, – качает головой Джимин. – Давайте просто посмотрим фильм. Какой жанр вы хотите? – Комедию! – Выкрикивает Минджон. – Ужасы! – Отвечает Рюджин. Ю закрывает лицо рукой, и Йеджи слышит тихое «опять» из-за ладони. – Мы будем смотреть «Титаник», – уверенно заявляет Джису. – Но это такое клише… – Мы будем смотреть «Титаник».
