Roulette

28 Апреля. Утро. 09.46. Сколько времени Акира сидит в машине перед дверьми подъезда дома Матсумото, одному Богу известно. Сузуки ждал, когда выйдет Таканори, чтобы направиться в школу. Но из подъезда выходили люди, спешившие на работу, которые были ему и вовсе не знакомы. Можно было бы позвонить ему на сотовый, но блондин никак не решался. Он тарабанил пальцами по рулю стандартный ритм, постоянно хватался за телефон и, разблокируя, постоянно сталкивался с одним и тем же изображением рабочего стола, только вот цифры часов сменялись одна за другой. - Вот черт! – выругался блондин и зажмурился, закрывая глаза пальцами правой руки. – Какого черта я здесь делаю?! Мысли в голове смешивались, путались и все больше пугали. Что делать? Куда идти? Что происходит вообще?! Сузуки казалось, что он вот-вот сойдет с ума. Его изнутри сжирала совесть из-за Таканори, разум твердил ему, что все это бред и можно просто забыть и жить дальше, не вспоминая даже об этом… Но вот самому Акире так не казалось. Хотелось уже разобраться во всем, понять, что он сделал, и чем было вызвано это?.. – Така, сколько тебе лет? – вопрос спонтанный, но я должен был знать. - Шестнадцать. – он ответил мне как-то испуганно, почему он так шарахается от людей?! - Понятно. – смягчаю голос, вдруг интонация поможет… Сон! Это всего лишь сон… кадры из прошлого. Акира встряхнул головой, дабы подтвердить самому себе, что он не спит. Впереди него дверь знакомого подъезда, и вокруг – ни души. Для себя он понял одно с Таканори он поговорить обязан, именно сегодня, но сначала нужно привести мысли в порядок и составить последовательность разговора… - Господи! Такое ощущение, что я готовлюсь писать лабораторную работу по физике! – прорычав это, Акира вышел из машины и, хлопнув дверью, направился прочь, к ближайшему парку… 28 Апреля. Утро. 11.46. - Така… - эхом отдается… звон, такой протяжный и оглушающий. – Така..! – пожалуйста, не надо так орать… Так болит голова; тело… тело словно не мое, оно отказывается подчинятся. Как будто из меня сделали тряпичную куклу. – Таканори, пожалуйста, очнись! – чувствую, словно землетрясение началось, так треплет, что меня начинает мутить. – Таканори! – холод по всему лицу и в то же мгновение меня бросает в дрожь, пронизывающую все тело дрожь. Я открываю глаза с большим трудом, мне тяжело дышать, двигаться… Из остатков сил я выдавливаю стон, чтобы поняли, что я еще жив, и больше не мучили меня. Снова задаюсь вопросом, - ну, почему я не умер?! Смутно вижу перед собой мелькающую тень. Даже нет… какие-то расплывчатые пятна, силуэт. Но я не знаю, кто передо мной. Я даже не знаю, сколько их. И чего они хотят от меня. Я знаю лишь одно, оно, они или… в общем, я пришел в себя. Я знаю, что я все-таки не умер. 3 Мая. День. 14.43. Коую сидит в палате на своей кровати, поджав ноги и обхватив колени руками. Он сидел и ждал, когда уже к нему хоть кто-нибудь придет. За эту неделю ни одного посещения… Хотя, собственно, а кого можно было ждать?! Родители думают, что он в лагере. А о том, что он здесь знает только Широяма. А вот Таканори, он мог бы позвонить… Ведь у Такашимы есть сотовый, он прячет его под подушкой, чтобы иметь хоть какую-то связь с внешним миром. Коую поднял взгляд к часам, секундная стрелка двигалась так медленно, и еще медленнее он передвигала минутную стрелку, а та, в свою очередь и часовую. Все время провождения здесь наскучило и сводило с ума. Хотелось снова найти дозу. Принять, чтобы хоть как-то себя подбодрить, чтобы, возможно, стало веселее… Его всего начало трясти, лихорадить, резко разболелась голова. Хотелось пить, потому что в горле за какое-то мгновение образовалась Сахара… Хотелось принять чего-нибудь будь то порошок или травка… Сейчас от этой скуки мог помочь и алкоголь… - Эй, парень! К тебе пришли. – он повернул голову направо, убедился, что его соседа по палате нет. - Ко мне? – Коую даже удивился. - Да, к тебе. Выходи. Хватит сидеть в душной комнате. – санитар улыбнулся и кивнул головой на выход, а Такашима быстро спрыгнул с постели, кое-как на ходу нацепил тапочки и побежал к двери. – Тише, убьешься же! – засмеялся мужчина, когда юноша уже во всю торопился к холлу, выводящему к общей комнате. Когда он вошел в комнату, никого знакомого ему не было. Вокруг сидели люди – больные и их родственники, друзья, коллеги, но никого знакомого для Такашимы. - И чего ты сюда прибежал? – спросили, усмехнувшись, за спиной. - Как?.. Вы же сказали… - в глазах уже был тихий ужас, потому что в голове Коую всплыла мысль, что это розыгрыш, все это было подстроено, лишь бы вывести его из палаты. - Ну да. Так тебя на улице ждут. Не здесь. Пойдем! – санитар покачал головой и засмеялся. – Вот чудной малый… - говорил он себе под нос, пока Коую плелся позади. Двери помещения раскрылись, пуская яркий солнечный свет, что резал глаза, а после Такашима почувствовал свежий воздух улицы, услышал пение птиц, чей-то смех… Легкий ветерок коснулся его рук и колыхнул пряди волос. - Во-о-он там! – мужчина показал рукой куда-то вдаль. – Вон, видишь? За столиком сидит человек в синей рубашке. Ты его знаешь? – он повернулся к парню, пока тот пытался разглядеть мужчину, пришедшего к нему. - Я… Извините, я не вижу. У меня плохое зрение. – начал виновато оправдываться Коую, на что мужчина тяжело вздохнул и спустился на пару порожков вниз. - Пойдем, провожу тебя. – сказал он, обернувшись к парню. - Не стоит, спасибо. Я сам. – юноша попытался улыбнуться, после чего поспешил к своему посетителю. Подходя все ближе, его сердцебиение учащалось, словно во всем организме было ликование, обвернутое страхом… Ведь он не знал, кто пришел и зачем. «А вдруг это папа?» - на этой мысли Такашима остановился и в миг оправдал эту мысль, ибо не мог отец знать, где он находится. На расстоянии около трех метров от цели, парню все-таки удалось разглядеть Широяму. Того, кому он по сути обязан жизнью и пребыванием здесь. - Привет. – улыбнулся Юу, снимая солнцезащитные очки. - Привет. Погоди минутку! – внезапно попросил Такашима, от сего брюнет весьма удивился. – Можно я сделаю кое-что..? - Эм… Что? – честно говоря, Широяме начало казаться, что с Коую что-то не так… - Не спрашивай, просто ответь: можно или нет?! – парень стоял перед мужчиной, стиснув руки в кулаки и глядя на того с такой надеждой… - Ну… можно… - как только он ответил, Такашима сразу же крепко обнял его, отчего тот, поднял руки вверх. Слишком неожиданным был этот жест. – Ты чего? Эй?! – Юу опустил свои руки парню на плечи, который уткнулся носом ему в ключицу. - Прости… Просто… наконец-то ко мне кто-то пришел… - Коую шумно выдохнул и еще крепче обнял мужчину. – И я рад, что это ты, Юу. – он улыбнулся и закрыл глаза. - Ты меня удивляешь. – усмехнувшись ответил Широяма, отстраняя от себя юношу. – Что все так плохо, да? – нет, это не было издевательство, наоборот! Он с мягкостью в глазах спрашивал это, потому что… А, кстати, почему? - Нет. То есть, да, но нет! – начал оправдываться Такашима при этом эмоционально жестикулируя руками. - Тише, тише. Зашибешь еще. – Широяма схватил парня за руки. Тот успокоился, но продолжал улыбаться, когда брюнет чуть склонился к нему. - Спасибо, тебе. – внезапно сказал парень. - За что? - За все, Юу. Ты помог мне… - юноша опустил взгляд вниз, на траву свежей лужайки, и немного замялся. - Да, при этом сам чуть тебя не убил. – и вновь объятие, но на сей раз инициатором был уже Широяма. Какое-то чувство внутри него велело сделать это, говоря при этом, что так будет правильно. - Юу, пожалуйста, приходи ко мне чаще. – тихо попросил Коую. - Конечно, хорошо… - начал было Широяма, но был перебит. - Из-за скуки мне все чаще хочется дозы, мне постоянно не хватает этого… Я боюсь, что не справлюсь, Юу. – Такашима действительно боялся подвести Широяму, боялся того, что не сможет вылечится. - Эй, ты справишься. У тебя получится, я в тебя верю. – брюнет поднял лицо юноши за подбородок и взглянул ему в глаза, стараясь убедить его в этом, а заодно и себя самого. 3 Мая. Вечер. 19.56. - Привет. – тихо раздалось рядом со мной, когда я пришел в себя. - Где я? – о! Как в голливудском фильме. - В больнице. – Может и правда где-то тут рядом стоит камера, а позади сидит толстый режиссер и продюсер, рядом в тихой эйфории стоят ассистенты, и все наблюдают за нашей игрой. Для достоверности я пару раз повернул голову, чтобы осмотреться, и сразу же пожалел об этом, потому что сразу заболела шея. Я застонал и схватился рукой за место боли. - Тебе плохо? – подорвался со стула Акира, придерживая белый медицинский халат на своем плече. - Не то что бы… слишком резко повернулся. – я выдавил из себя улыбку и меня мгновенно парализовала головная боль. Словно мой мозг разрывает изнутри. Я схватился за голову и закричал, зажмурив глаза от боли, в моем воображении рисовались кадры, воспоминания, как на кинопленке. Я в парке. Меня избили. Но я не помню, кто. Вот я бреду по аллее, цепляясь руками за стволы близ стоящих деревьев, затем чуть ли не падаю, но собираюсь с силами и доползаю до скамейки, что у входа в парк. Сажусь на нее. Мне тяжело дышать, чувствую, что мне очень больно. Моя голова откидывается назад, еще одна боль… И вот я снова открываю глаза, а передо мной испуганный Акира. Я осматриваюсь вокруг и дышу так, словно пробежал километра два… Что только что было?! Часто моргаю глазами, пытаюсь опомниться и осмыслить увиденное. - Таканори, что с лучилось? Что с тобой? – он положил свою руку мне на плечо. - Я не знаю. Я видел что-то… парк и я. Я… то есть, меня кто-то избил… а дальше – ничего. - Подожди минутку, я позову врача. – он быстро сбежал из палаты напустив на меня сквозняка. Мне почему-то стало странно осознавать, что я в больнице, что рядом со мной Акира, а не мама, ну или хотя бы Коую… но, что еще более странно, я вообще не помню, как я сюда попал. Я даже не помню, что было до этого… - Посмотрим, что тут у нас. – с этими словами в палату вошел мужчина в белом халате, к карману которого был прикреплен бейдж с именем и фамилией. – Здравствуй, Таканори, как ты себя чувствуешь? – спросил он меня, открывая какую-то тоненькую папочку и что-то записывая туда, периодически поглядывая на собственные наручные часы. Позади врача, возле двери, стоял обеспокоенный Акира, который постоянно поправлял спадающий халат, из-за чего у меня сразу возник вопрос, а надеть халат нормально можно?! Ручки там в рукава просунуть – не судьба что ли?! - Нормально, вроде… - неловко ответил я, переводя взгляд на доктора. - «Вроде» меня не устраивает. – вздыхая протянул он и надел перчатки. Эта холодная, противная и вонючая резина касалась моего лица. Фу! Но я терпел, как мог. – Хорошо. Голова не болит? – теперь он достал фонарик и светит им мне в глаза. Что за пытку здесь проводят?! Я точно в больнице? Может, меня привезли в дом, где до сих пор правит инквизиция?! - Болит. Сейчас… только что… - я отводил взгляд, жмурился, пытался уйти от настойчивого света, который бил мне прямо в зрачки. Отвратительное ощущение! О! Блеск! Я схватил «зайчиков»! Не хрена ж теперь не вижу! Пытаюсь проморгаться и все бестолку… Слышу, как Акира разговаривает с врачом, который уже наконец-таки оставил меня в покое, а потом этот доктор, если конечно он таковым является, возвращается ко мне. - Ты сильно ударился, Таканори. Скажи, ты помнишь хоть что-нибудь? Хотя бы то, как ты сюда попал. – он вновь щупал через перчатки мой лоб. Фу-фу-фу! - Нет, не помню. – я помотал головой для большей убедительности, ну и еще за тем, чтобы от меня убрали эту вонючую резину. - Понятно… А то, что было хотя бы пару месяцев назад помнишь? Там… Новый Год, скажем, нет? – ничего себе! «Пара месяцев»! Всего-то одиннадцать дней прошло. Или я что-то пропустил..? - Доктор, а какой сегодня день? – кажется, я начинаю потихоньку соображать, что со мной… и это мне, ой, как не нравится! Совершенно не нравится! - Эм… Третье мая. Четверг. – он сказал это, слегка нахмурившись, а после посмотрел на Акиру, каким-то очень странным взглядом. Стоп! Он сказал «май»?! Это что шутка? Я подскочил с постели, как только встал на ноги – чуть не помер, голова закружилась, и я, словно оглох. За те пару секунд, пока я концентрировался, я успел заметить, как за окном и правда все цветет, деревья зеленые, кусты тоже. Светит солнце. И на небе ни облачка! … Как только врач вместе с Акирой уложили меня обратно, (а я, конечно же, сопротивлялся, ибо не верил ни им, ни собственным глазам!), я сразу понял, что состояние мое оставляет желать лучшего… Врач вышел из палаты, и я остался наедине с Акирой. - Ты совсем ничего не помнишь? – вдруг начал он, на что я одарил его печальным взглядом, а он, увидев это, опустил голову и начал массировать себе шею. – Как же так, Таканори? – он чуть ли не выл, а я толком даже не понимал, из-за чего это он так себя ведет. - Я помню… - тихо сказал я и чуть протянул руку к волосам Сузуки, но одернул ее, когда он поднял на меня свои глаза. - Что ты помнишь? - Тебя помню, как первый раз увидел тебя… Помню Коую, который очень странно выглядел… - я слегка нахмурился, потому что вспомнил, что у моего друга были какие-то проблемы, очень важные, но я не мог вспомнить – какие. – Помню Ютаку, моего учителя… Как он не оценил мои старания, когда я принес ему готовый плакат… - пока я все это бормотал и пытался разложить мысленно все обрывки по временным местам, Акира выжидающе на меня смотрел и даже как-то немного скорбя… - Все-таки правда… - тихо перебил он меня и встал со стула, вновь поправив халат на плече. - Ты о чем? – я следил за его походами из стороны в сторону по палате, и чуть не свихнулся. – Остановись. – попросил я, мотнув головой. - Врач сказал, что у тебя амнезия, Така. – вот так новость! Все-таки мои худшие предположения оправдались… - Понятно… - Расскажи все! Все, что ты помнишь, Таканори! Ты помнишь, кто тебя избил? Ты помнишь, как ты оказался в парке?! – он быстро подлетел ко мне и вцепился мертвой хваткой в мои плечи. - Нет, Акира, я не помню! Пусти меня! – я нахмурился от боли, что причинила мне эта хватка, и блондин отступил. - Простите, молодой человек, часы посещения давно закончены, пожалуйста, покиньте палату. – в дверях показалась молоденькая медсестра, что держала в одной руке стойку с капельницей, а в другой какой-то большой блокнот. - Да, хорошо. – ответил он ей через плечо, а потом склонился ко мне. – Постарайся вспомнить… - прошептал он мне на ухо и поцеловал в висок. Честно говоря, я опешил от этого действия, почему это он меня целует? Пусть даже не в губы, но целует же! С какой стати такая близость? Или я чего-то не помню, что было с… А что было-то?! Сузуки вышел из моей палаты, медсестра поставила мне капельницу, что-то записала в блокнот и вышла, предупредив, что скоро вернется. Все что я сегодня видел, слышал и обдумывал, меркло и бледнело, по сравнению с одним, давно мучающим меня вопросом, где мама? И почему она не пришла ко мне?! 5 Мая. Утро. 08.56. - Доброе утро… - протянул брюнет, зевая и заходя в кабинет. В ответ ему никто ничего не ответил, и лишь когда он обернулся, то понял - почему. Акира спал, лежа на кожаном белом диване, с какой-то книгой на лице, вокруг него, на полу, валялись какие-то бумаги, документы, расписки и все в этом роде, где-то у подножия дивана стояла маленькая чашка с недопитым кофе. В общем, рабочая обстановка, ничего не скажешь. - Проснись, животное! – Широяма бросил на живот коллеге свой дипломат, после чего, под вопли и стоны недовольного друга, направился к кожаному креслу Сузуки и вальяжно уселся там, закинув при этом ноги на стол. - Юу, скотина, ты мог тихо зайти, а? Сел бы сейчас где-нибудь тихонечко и работал себе на здоровье, так нет, блин, надо же обязательно разбудить меня! – скинув с себя кейс друга и сняв с лица книгу с шаблонами заполнения документов таможни, Акира повернулся на бок, спиной к окну и носом к спинке дивана. - А я, может, не хочу работать сегодня. – промямлил брюнет, вновь зевая. И, откинув голову назад, закрыл глаза. - Ну, тогда молча, ляг и спи! – рыкнул блондин и попытался обратно вернуться ко сну. - А работать кто будет? – тянет сладко так, засыпая. И опять зевая. - Кто угодно, но сейчас, явно, не мы. И прекрати зевать уже, задолбал! – Сузуки сам не смог устоять от соблазна зевнуть. – Черт. – в ответ он услышал злорадное хихиканье друга. - А чего я тогда в кресле маюсь, пойду, лягу на диван что ли. – сначала раздался тяжелый вздох Широямы, а затем – протяжный и противный скрип рабочего кресла. - Идиот… - буркунл Акира, вздыхая. - Да спи ты уже! – бросил брюнет, устроившись на диване. - И тебе спокойной ночи. - Ага… - закрыв глаза, ответил Юу. Не прошло и двух минут, как раздался дикий смех со стороны Широямы. - Сука… Восемь утра, а мы друг другу «спокойной ночи» желаем. – брюнет закрыл глаза ладонью и подавил смех. - Спи! – улыбнувшись, повысил голос Акира. … 5 Мая. Утро. 11.08. Вся палата в моем распоряжении. Круто! Меня прям обрадовали. Теперь посмотрим на это все поконкретнее: четыре стены, пол, потолок, кровать, мини-холодильник, что еще..? А! Как я мог забыть?! Еще же окно! Вау, и всем этим я могу пользоваться! Здорово! Всю жизнь, прям, мечтал! - Доброе утро, Таканори. – о! Человек! Доктор! Я надеюсь, он свои вонючие резиновые варежки оставил где-нибудь. - Доброе, если его можно таковым назвать. – ответил я, и потянулся на кровати, принимая полусидящее положение. - Чем же оно тебе не угодило? – доктор спрашивает у меня и одновременно что-то пишет в свою папку. Он прям Юлий Цезарь! - Скучно. Даже телевизора нету. Или книжки, там, какой-нибудь… - сделал эдакий намек я, интересно, клюнет – нет? - Почему же, у нас есть масса книг, я попрошу медсестру тебе что-нибудь принести. – он отложил папку на прикроватную тумбочку и начал надевать перчатки! У меня мурашки по телу пробежали только от этого вида! - Доктор, а можно попросить Вас..? – я должен был поинтересоваться. - О чем? – он начал осматривать мою голову, а затем, стянув с меня одеяло (чему я был очень удивлен), начал осматривать мое тело, которое, как оказалось, было все в синяках. - Позвоните моей маме, пусть она приедет ко мне. – давлю на жалость, ну он же должен был позвонить ей первой! - Хорошо. Пока отдыхай, Таканори. – он как-то изменился в лице, после чего снял перчатки, забрал папку и вышел из палаты. Странно все это… 5 Мая. День. 15.45. - Абонент временно недоступен… - вновь отвечает женский голос, и Коую сбрасывает вызов. – Таканори, где тебя носит?! – спрашивает он, глядя на экран мобильного. Внезапно он услышал, как за дверью палаты раздались голоса и чьи-то шаги, он быстро спрятал телефон под подушку, предварительно выключив его, и лег головой на подушку, как ни в чем не бывало. Дверь палаты открылась и на пороге показалась милая девушка в темно-зеленом платье, которое было намного выше колен, поверх него был надет белый не застегнутый халат. В левой руке она держала листы, видимо, истории болезни. Сама она стояла вполоборота к юноше и при этом заканчивала свой, ранее начатый, разговор с санитаром. - Конечно, когда я закончу, я позову вас. Можете не волноваться. – услышав данную фразу, Такашима обернулся и убедился в том, что пришли именно к нему, ведь соседа по палате вновь не было рядом. - Привет, Коую. Меня зовут Фукада Кёко, я - психоаналитик. – от услышанного имени, юноша даже немного онемел. - Простите, как Вас зовут? – он смутился от собственного вопроса. В ответ ему девушка рассмеялась. - Фукада Кёко, и нет, Коую, я вовсе не актриса. – улыбаясь, пояснила она, присаживаясь на стул возле постели парня. - Извините. – он смутился еще больше, и опустил голову. Теперь перед собой он видел смятую простынь, вместо красивого лица девушки. - Что ты! Не принимай все так близко к сердцу. Ты не первый, кто думает так же. – она все еще улыбалась, когда Такашима поднял на нее взгляд. – Что ж, давай приступим к нашим занятиям, хорошо? – она достала из сумки, какой-то пакет и положила себе на колени. - Я же не… ну… - Успокойся, просто так нужно. – она взяла парня за руку и посмотрела ему в глаза. - Хорошо. – Такашима был очень удивлен из-за всего происходящего сейчас. - Давай, мы с тобой сначала поговорим? Например, о жизни. Расскажи мне что-нибудь, допустим, о своем детстве. – она удобнее устроилась на стуле и, развернув листы истории, взяла ручку. - Ну, о моем детстве? – в ответ ему она кивнула. – Я даже не знаю, что Вам рассказать… - он задумался. Девушка шумно выдохнула и клацнула ручкой о колено, тем самым убирая стержень. - Во-первых, давай мы с тобой перейдем на «ты», чтобы было полегче, хорошо? – Коую кивнул. – А, во-вторых, не старайся вспоминать какие-то отдельные моменты, сначала расскажи о детстве в общих чертах. - Ну… я был обычным ребенком, ничем не отличался от других. Ходил в детский сад, как и многие… - он вдруг замолчал, потому что понял, что на этом его рассказ закончен. Теперь в голове действительно всплывали какие-то конкретные моменты прошлого. - Хорошо. А как тебе было в садике? Ты не боялся окружающих? Не дрался? - Нет, я старался со всеми дружить в группе. Мама с папой меня хорошо воспитывали - я не был хулиганом. – она внимательно смотрела на парня, словно записывая куда-то себе на корку, как он себя ведет во время диалога. Из-за этого Коую чувствовал себя, словно он под микроскопом, как какая-то никчемная бактерия, которую взяли для изучения. - Понятно, а расскажи мне о своих родителях. - Мои родители… Они тоже совершенно обычные. Мама работает на какую-то фирму бухгалтером, а папа – инженер. Маму в детстве я помню чаще, чем отца, потому что он много лет ездил по разным городам и странам, работал. - У вас в семье есть какие-нибудь свои традиции? - Раньше была одна. По субботам, мы гуляли в парке, а потом приходили в какое-нибудь кафе и угощались всем, чем только захотим. - А почему «была»? - Так было до того, как родился мой младший брат. Потом мама стала слишком занята, отцу было не до меня, так как он постоянно работал. Вот так эта традиция и завершилась. – девушка немного задумалась. - Ты скучаешь по тому времени? - Раньше мне очень этого не хватало, но сейчас я даже не вспоминаю об этом. – Коую спустил ноги с кровати и теперь сидел перед ней лицом. - Ты не считаешь, что во всем виноват твой младший брат? - Нет, конечно! В детстве, признаюсь, я так думал, но я же был маленький, но сейчас – нет. - Понятно. Расскажи теперь о своей школе. У тебя хороший учитель? - Да, правда, он немного чудной.- парень рассмеялся, явно вспоминая один из уроков. - Это почему же? – Кёко тоже улыбнулась. - Ну, однажды был урок, когда он пытался проверить наши самостоятельные работы, в общем, у него ничего не получалось, да так не получалось, что со смеха «лежал» весь класс. - Понятно. Ну в этом нет ничего «чудного». - Это да, но ты не поймешь, пока не увидишь его. – парень быстро перешел на «ты» с девушкой, что ее очень порадовало. - Хорошо. Скажи, а друзья у тебя есть? – на этом вопросе, Коую сменился в лице, вспоминая Таканори, который шел с ним рука об руку с первого класса, и ту шайку старшеклассников, которые помогли ему распробовать наркотики. - Есть… - Это они тебя заставили попробовать наркотики? – она стала строже смотреть на парня, когда тот был удивлен от того, как она поняла это. - Да, но как… - Я уже несколько лет работаю с такими людьми, как ты Коую. – ответила она на его незаданный вопрос. – Скажи, ты до сих пор их считаешь друзьями? - Нет. - То есть, у тебя нет друзей сейчас? - Есть. У меня есть друг – Таканори, я знаю его с детства, даже наши родители дружат между собой. – Такашима немного оживился. - Это хорошо. Коую. Он приходил к тебе сюда? Он знает, что ты здесь? - Нет. - Ты не рассказал ему? Почему? Или он даже не знает о твоей болезни? - Знает, просто… - парень задумался, вспоминая их последнюю встречу. – Когда мы последний раз виделись, его увезла скорая, ему стало плохо на уроке. С тех пор мы даже не разговаривали, не говоря уже о встречах. - Сколько дней это уже длиться? - А какое сегодня число? – спросил парень, поднеся руку к подбородку. - Пятое мая. - Ого! Это получается… Мы не виделись с ним с шестнадцатого апреля, по-моему… - Почти месяц. – девушка сделала вывод за Коую. - Получается так. – юноша из-за осознания этого расстроился немного, ведь не мог Таканори находится в больнице столь долгое время. …