Скрытность

Во второй раз — из-за вызова. Официально это не входит в его список дежурств, и его не посылали сюда уже шесть месяцев, но Зуко всегда старается посещать загоны комодо-носорогов по крайней мере четыре или пять раз в неделю. Смотритель Го ценит помощь — здесь восемь комодо-носорогов, и только три конюха и он сам. В крепости нет специального кавалерийского отряда, который бы заботился о носорогах в рамках своих официальных обязанностей, а сами носороги в основном используются для доставки припасов из гавани пару раз в месяц. Тем временем носорогов нужно кормить, поить, тренировать, чистить стойла, следить за их здоровьем и подготовкой, а также их упряжью, и все это по крайней мере один раз в день, но часто — по несколько раз в день. С учетом того, что официально в конюшню назначено всего четыре человека, а работы нужно сделать много, у работников остается мало времени, чтобы действительно уделить бедным животным то внимание, в котором они нуждаются. Поэтому Зуко делает все возможное, чтобы заполнить пробелы, тратя как можно больше времени на то, чтобы почесать огромных животных и протереть их длинные рога промасленными тряпками, чтобы они оставались гладкими и блестящими. Кай иногда тусуется в конюшне, подальше от животных, которые любят дразнить его, угрожающе рыча и тыча в него своими рогами. Первый опыт Кая с комодо-носорогами был как раз с этим стадом, и у них долгая память. Сегодня Зуко счищает сброшенную кожу с Маргаритки, одной из самых послушных носорогов, в то время как Кай сидит на тюке сена и отпускает комментарии. Еще одна их подруга, ученица-механик по имени Мин Со, прислонилась к открытой двери конюшни, скрестив руки на груди и наморщив нос. — Фу, я не понимаю, почему тебе нравятся эти штуки, — жалуется Мин Со. — Вонючие, тупые, как скалы, и тебе действительно нужно учить их делать то, что ты хочешь? По крайней мере танк, если он что-то делает неправильно, ты можешь просто разобрать и починить. Зуко бросает на Мин Со злобный взгляд, когда Кай трясется от беззвучного смеха. — Не слушай эту подлую жирную свинобезьяну, — обращается он к Маргаритке, которая спокойно смотрит на него одним полуприкрытым глазом, пережевывая корм. — Ты хороший носорог, и никто тебя не разберет. — Он гладит ее за ухом и продолжает счищать сброшенную кожу с ее чешуйчатой шкуры мягкой щеткой. Он так сосредоточен на своей работе (носороги много линяют), что пропускает большую часть разговора, но он никак не может пропустить вызов Мин Со. — Я предлагаю тебе прокатиться на одном из танков, — кричит она, и Зуко смотрит поверх головы Маргаритки, чтобы заметить зубастую ухмылку Мин Со. — Я дам тебе ключ от гаража сегодня вечером во время ужина. Будет ведь нетрудно сделать круг вокруг Центральной башни, так как на нем так просто ездить, верно? — Договорились! — отвечает Кай, ухмыляясь. Зуко прижимается лбом к плечу Маргаритки и щиплет себя за нос. «Агни, помоги мне». Мин Со действительно оставляет ключ от гаража, где хранятся танки, во время ужина, бросив его за воротник туники Кая, когда она небрежно кладет руку ему на затылок и странно хихикает. Все это вызывает у Зуко желание заткнуть ей рот, но у них есть ключ, и теперь все, что им нужно сделать, это дождаться, когда погасят свет. Только когда они стоят в кабине выбранного ими танка, они осознают свою (Кая) ошибку. Для управления танком нужно три человека — двое, чтобы управлять, и один (обычно покоритель огня), чтобы подпитывать двигатель. Они смотрят друг на друга и вылезают, стоя на вершине этой штуки и обсуждая, кого попросить стать их третьим. Звук щелкающих пальцев прорезает тишину гаража и посылает дрожь по спине Зуко. Они с Каем замирают, уставившись друг на друга на долю секунды, прежде чем повернуться и посмотреть вниз. Джиоти стоит рядом с их танком, глядя на них с самым невозмутимым выражением, которое Зуко когда-либо видел на ее лице. — Что по-вашему вы, два идиота, делаете? — Кай принял вызов, что попытается проехать на танке вокруг Центральной башни, но нам нужен третий человек, — сразу же отзывается Зуко, хмурясь. — Я не могу одновременно возиться с двигателем и вести машину. — Забудь об этом, Опасная Лапша, Джиоти слишком добропорядочная, чтобы помочь нам, — Кай проводит рукой по лицу, и, если бы на нем была краска Юянь, она бы вся размазалась. — Тьфу, мне придется сказать Мин Со, что мы не смогли этого сделать, она будет такой самодовольной и невыносимой. — Подожди, Мин Со подбила вас проехать на танке? — спрашивает Джиоти, нахмурив брови. Зуко моргает. — Да? Хмурое выражение на лице Джиоти такое, какого Зуко никогда раньше у нее не видел. — Залезайте в танк, неудачники, мы должны сделать эту жирную свинобезьяну. Кай и Зуко обмениваются озадаченными взглядами и залезают в танк. Зуко занимает свое место в центре кабины над решеткой, где должен гореть двигатель. Кай и Джиоти садятся за руль. — Хорошая маска, Зуко, — замечает Джиоти, переходя на язык звуковых сигналов, который Юянь используют, когда находятся слишком далеко друг от друга, чтобы видеть язык жестов. В основном он используется с сигнальными лампами, но и свет, и звук одинаково хорошо передают короткие и длинные сигналы. Зуко надевает свою маску Синего Духа обратно на лицо, разглаживая плотный капюшон, который он носит под ней, чтобы прикрыть волосы. — Спасибо, — отстукивает он в ответ. — Зажигание через три… два… один! Он заставляет огонь с ног пройти через решетку, непосредственно нагревая котлы, которые работают в танке. Такое покорение огня, без формы, направляющей поток ци, сложнее, чем он ожидал, но он продолжает дышать глубоко и ровно и притворяется, что использует технику огненной струи для полета. На самом деле это работает немного слишком хорошо, и ему приходится крепко держаться за поручни, которые окружают решетку, чтобы сохранить равновесие. Котлы быстро нагреваются, и вскоре они, пыхтя, выезжают из гаража (Джиоти заставляет Кая выскочить и закрыть за ними дверь) и весело кружат вокруг Центральной башни. Зуко не уверен, почему их до сих пор никто не остановил, и он не совсем уверен, что бы они сделали, если бы их остановили, так как он не может говорить, а Кай и Джиоти дали клятву, когда присоединились к Лучникам, что не будут говорить. Они завершают круг вокруг Центральной башни, и это ощущается как-то… незаконченно. Трое самых молодых членов отделения Чихезе замирают. — У танка есть крюк для захвата, — выстукивает Зуко. — Припарковать танк на крыше? — спрашивает Кай. — Целься в шпиль, — предлагает Джиоти. Как наиболее меткий из них троих, Кай хватает крюк танка и с первой попытки зацепляет его за богато украшенный стержень на крыше крепости. — Зуко, держись крепче, — выстукивает Джиоти. Она и Кай пристегнуты ремнями к своим сиденьям, но Зуко все еще недостаточно высок, чтобы сидеть в кресле и продолжать направлять огонь в полость котла, не расплескав пламя по кабине. Танк дергается, когда лебедка начинает тянуть его вверх, и Зуко обнаруживает, что сидит на краю платформы, упираясь ногами в решетку и изо всех сил цепляясь за поручни. Его огонь на секунду вспыхивает, когда он задыхается от удивления, но он быстро снова находит свой ритм. Лебедка работает не быстро, и у Зуко есть достаточно времени, чтобы обдумать тот факт, что они висят в металлическом коробке в разреженном воздухе, подвешенные только на цепи, зацепленной за декоративный громоотвод, и он должен сосредоточиться на своем дыхании, прежде чем ужас пересилит возбуждение. Наконец, танк содрогается, когда сначала передняя ось протектора, затем задняя, ударяется о крутую крышу крепости. Джиоти разворачивает дюжину телескопических шипов, которые гарантируют, что танк останется на месте, а Кай отсоединяет крюк от шпиля и убирает его обратно. Зуко прерывает поток огня и даже пытается высосать тепло из котлов со смешанным успехом. — Ну, и что теперь? — спрашивает Джиоти. — У нас на крыше адская машина, но как нам спуститься? — Где-то здесь есть люк для доступа на крышу, — указывает Зуко, вспоминая свои набеги на стены и воздуховоды комплекса. — Нам нужно поторопиться, рассвет примерно через четыре часа. Они осторожно выбираются из танка, и Зуко находит люк на крыше. Со всей скрытностью, которой их обучили Лучники, они возвращаются в общежитие, никого не оповестив о своем присутствии. — Спасибо, неудачники, это было здорово, давайте никогда не будем делать этого снова, — жестикулирует Джиоти, прежде чем лечь в постель. — Портит все удовольствие, — Кай откидывается назад, плюхаясь на свою кровать. Зуко засовывает маску и капюшон в сундук, снимает ботинки и складывает их под изножье кровати, а затем расстегивает одежду, пока она снова не превращается в пижаму. Ему придется проснуться примерно через три часа, но, как только его голова коснется подушки и Пандан окажется в его объятиях, он крепко засыпает. На следующее утро вся крепость гудит, как гнездо ос-стервятников, а Зуко, Кай и Джиоти пьют самый крепкий чай для пробуждения, который они могут найти на кухне. По пути на тренировку с остальной частью отделения они проходят мимо почти всего танкового корпуса крепости, собравшегося в центре внутреннего двора, и все они в шоке и недоумении смотрят на крышу. Мин Со поворачивается, глядя широко распахнутыми глазами на Зуко и Кая, когда они проходят мимо, и Кай одаривает ее своей лучшей ухмылкой, когда они с Зуко ударяются кулаками. Миссия выполнена. Это был второй раз.