Тигр и снежная луна

«Самая опасная игра — та, в которой оба игрока думают, что выигрывают. Но один из них обязательно ошибётся. Вопрос только — кто».

***

После того разговора в библиотеке прошла ещё неделя. Сюэ Юэ больше не сидела в своих покоях, перебирая в уме обрывки тхэджонских фраз. Теперь она каждый день приходила в библиотеку — изучала историю Тхэджона, законы, военные трактаты. Она делала заметки, запоминала имена, выстраивала связи. Она готовилась к войне. Не к той, где льётся кровь и звенят мечи. К той, где оружие — это знание, а доспехи — улыбка. Тэхён замечал её присутствие. Иногда он тоже приходил в библиотеку по вечерам, садился в дальнем углу и читал. Сюэ Юэ чувствовала его взгляд на себе — тяжёлый, изучающий. Но она не оборачивалась. Пусть смотрит. Пусть думает, что она просто старательная девочка, которая хочет быть полезной. Она не оборачивалась. Но каждый раз, когда он вставал и уходил, она замечала, что дышать становится легче.

***

— Ваше Высочество, — Мэй вошла в комнату с подносом чая, — вы опять всю ночь не спали? — Спала, — соврала Сюэ Юэ, откладывая свиток о налоговой реформе Тхэджона тридцатилетней давности. — У вас круги под глазами, — вздохнула служанка, ставя поднос на стол. — Вы себя не жалеете. — Себя жалеют только те, кому нечего терять, — ответила Сюэ Юэ, беря чашку. — А у меня есть что терять. И есть что вернуть. Мэй хотела что-то сказать, но в дверь постучали. — Войдите, — сказала Сюэ Юэ на тхэджонском. На пороге стояла Чунхян — та самая служанка, которая помогла ей встретиться со старым воином. Девушка выглядела напуганной. — Ваше Высочество, — прошептала она, оглядываясь, — король приглашает вас на ужин. Но не в тронном зале. В его личных покоях. Сюэ Юэ почувствовала, как сердце пропустило удар. — Сегодня? — спросила она, стараясь сохранить спокойствие. — Да, Ваше Высочество. Через час. Чунхян поклонилась и вышла. Мэй побледнела. — В его покоях? — прошептала она. — Зачем? — Не знаю, — ответила Сюэ Юэ, вставая с циновки. — Но узнаю. — Может, не ходить? Сказаться больной? — Если я скажусь больной, он придёт сюда сам. А так хотя бы я буду контролировать ситуацию. Она подошла к шкафу и открыла его. — Какое надеть? — спросила она, обращаясь скорее к себе, чем к Мэй. — Не то, которое слишком открытое, — нервно сказала служанка. — Чтобы он не подумал… — Пусть думает что хочет, — перебила её Сюэ Юэ. — Я надену красное. Мэй ахнула. — Красное? Но красный цвет — это цвет… — Страсти, — закончила Сюэ Юэ. — Знаю. Пусть видит, что я не боюсь. Она сняла платье с вешалки — тёмно-красное, почти бордовое, с глубоким вырезом и длинными рукавами. Ткань струилась в руках, как вода. — Помоги мне, — сказала она Мэй.

***

Через час Сюэ Юэ стояла перед дверью в личные покои Тэхёна. Красное платье облегало фигуру, подчёркивая тонкую талию. Волосы она оставила распущенными — только несколько прядей заколола нефритовой шпилькой. На губах — капелька красной помады, которую Мэй раздобыла неизвестно где. Сюэ Юэ выглядела как вызов. Она постучала. — Войди, — раздался голос изнутри. Сюэ Юэ толкнула дверь и вошла. Покои Тэхёна были большими, но не роскошными. В отличие от тронного зала, здесь не было золота и драгоценных камней. Тёмное дерево, простые шёлковые шторы, камин, в котором горел огонь. И кровать — огромная, с балдахином из чёрного шёлка. Тэхён сидел за низким столом, на котором уже были расставлены блюда. Он был одет просто — в тёмно-синий ханбок без украшений. Волосы зачёсаны назад, открывая высокий лоб и острые скулы. Увидев её, он не замер. Не изменился в лице. Только взгляд скользнул по красному платью — и остановился на её лице. — Садись, — сказал Тэхён, указывая на место напротив. Сюэ Юэ села, глядя ему прямо в глаза. — Ты сегодня в красном, — заметил он, наливая вино. — Это что-то значит? — Это значит, что мне надоело серое. — Хороший выбор, — сказал он, протягивая ей бокал. — Тебе идёт. Сюэ Юэ взяла бокал. Их пальцы не соприкоснулись — он специально держал бокал за ножку. — Ты сказала в библиотеке, что мой министр финансов ворует, — сказал Тэхён, отставляя свой бокал. — Я проверил. Ты была права. Сюэ Юэ не удивилась. — Я всегда права. Когда дело касается того, что я изучаю. — Ты изучила моего министра финансов? — Я изучила налоговую систему Тхэджона. Ваш министр финансов оставляет слишком много несостыковок. Я заметила их на второй день чтения. — И ты решила, что это воровство? — Я решила, что это стоит проверить, — поправила она. Тэхён кивнул. — Ты могла бы сохранить это знание для себя, — сказал он. — Использовать как оружие. — Я использую как доказательство своей полезности, — ответила Сюэ Юэ. — Вы узнали о воре. Казна пополнится. Это полезно для вас. — А для тебя? — Для меня полезно то, что вы начинаете мне доверять. Потому что без доверия я ничего не смогу сделать для своего народа. Тэхён долго смотрел на неё. — Ты играешь, — сказал он. — Я знаю. И ты знаешь, что я знаю. Но мне всё равно интересно. Потому что в твоей игре есть… искренность. — С чего вы взяли? — С того, что если бы ты хотела меня обмануть, ты бы не призналась, что хочешь помочь своему народу. Ты сказала правду. Это опасно. — Правда опасна? — усмехнулась Сюэ Юэ. — Правда опаснее лжи, — ответил Тэхён. — Потому что ложь можно разоблачить, а правда… правда меняет людей. Он встал из-за стола и подошёл к камину. Сюэ Юэ смотрела на его спину — широкие плечи, прямая осанка. — Иди сюда, — сказал он, не оборачиваясь. Она колебалась секунду. Потом встала и подошла. Она встала рядом с Тэхёном — на расстоянии вытянутой руки. — Ты боишься? — спросил он, глядя на огонь. — Чего? — Меня. — Нет, — ответила Сюэ Юэ. — Я ненавижу вас. Это другое. — Ненависть и страх часто ходят рядом. Но ты не боишься. Ким повернулся к ней. Их взгляды встретились. — Я хочу задать тебе один вопрос. — Какой? — Если бы я предложил тебе свободу завтра — что бы ты сделала? Сюэ Юэ замерла. — Вернулась бы в Юэлан, — ответила она, не раздумывая. — И что бы ты там делала? — Попыталась бы восстановить то, что вы разрушили. — Одна? — С народом. Тэхён кивнул. — Честный ответ, — сказал он. — Я ценю честность. Он вернулся к столу и сел. — Ешь. Еда остывает. Сюэ Юэ стояла у камина, чувствуя, как дрожат руки. Она сжала их в кулаки, чтобы он не заметил. «Он играет со мной, — думала она. — Он хочет, чтобы я потеряла голову».

***

Остаток ужина прошёл в напряжённой тишине. Они говорили о погоде, о книгах, о политике — о чём угодно, только не о том, что произошло у камина. Но воздух между ними был наэлектризован. Когда Сюэ Юэ встала, чтобы уйти, Тэхён тоже поднялся. — Провожу тебя до дверей, — сказал он. — Это лишнее. — Это вежливость. — Вы никогда не были вежливы со мной. — Значит, начинаю привыкать. Они дошли до двери. Сюэ Юэ взялась за ручку, но он не остановил её. Не накрыл её руку своей. Просто стоял рядом. — Сюэ Юэ, — позвал он. Она обернулась. — Ты спросила меня в первый день, зачем ты мне. Я не ответил тогда. Отвечу сейчас. Она ждала. — Ты — не символ, — продолжил Тэхён. — Ты — человек, который не сдаётся. Это редкость. Я хочу посмотреть, сколько ты продержишься. — И что потом? — Потом увидим. Сюэ Юэ открыла дверь и вышла.

***

Мэй ждала её с широко раскрытыми глазами. — Ну? — спросила она, помогая снимать платье. — Что случилось? — Ничего, — ответила Сюэ Юэ. — Вы врёте! — Мэй посмотрела на неё пристально. — У вас глаза блестят. Он что-то сделал? — Нет, — Сюэ Юэ села на циновку и обхватила колени руками. — Он не сделал ничего. — Я не понимаю, — растерянно произнесла Мэй. — Он просто смотрел на меня, — тихо сказала Сюэ Юэ. — И задавал вопросы. — Какие? — О том, что бы я делала, если бы получила свободу. — И что вы ответили? — Правду. Мэй молчала. — Ваше Высочество, — сказала она наконец, — будьте осторожны. — Я знаю, — Сюэ Юэ легла на циновку и закрыла глаза. — Оставь меня, Мэй. Мне нужно подумать. Мэй ушла, погасив свечи. Сюэ Юэ лежала в темноте и смотрела в потолок. Перед глазами стояло его лицо. Его спокойные глаза. Его ровный голос. «Он враг, — повторяла она себе. — Он разрушил мою страну. Он держит меня в клетке». Но почему тогда её сердце билось так, будто она была не в клетке, а на свободе? Почему она ждала его приглашений с нетерпением? Почему надела красное платье? — Господи, — прошептала Сюэ Юэ в темноту. — Что со мной происходит? Ответа не было. Только ветер гулял по коридорам.

***

На следующее утро Сюэ Юэ проснулась с мыслью, которая не давала ей покоя всю ночь. «Я не могу позволить себе влюбиться. Но я не могу позволить себе и ненавидеть его так, как раньше. Значит, остаётся только одно — играть. Играть так, чтобы он не понял, где заканчивается правда и начинается ложь». Она подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение — бледное, с кругами под глазами, но с горящим взглядом. — Ты — принцесса Юэлана, — сказала Сюэ Юэ себе. — Ты не сдашься. Ты не влюбишься. Ты победишь. Она улыбнулась своему отражению — холодно, пусто, как учила мать. И пошла в библиотеку.