Тигр и снежная луна

«Гроза всегда начинается с тишины. А заканчивается — светом. Но иногда между ними — целая вечность. И в этой вечности теряешь себя. Или находишь».

***

После того вечера прошло ещё три дня. Сюэ Юэ не ходила в библиотеку. Не выходила из покоев. Сидела у окна, смотрела на сад, который постепенно увядал, и думала. Она думала о Тэхёне. О его словах. О его взгляде. О том, как его пальцы касались её лица. Она не спала по ночам. Лежала в темноте, смотрела в потолок и слушала, как ветер гуляет по коридорам. Иногда ей казалось, что она слышит его шаги — мерные, спокойные, тяжёлые. Но никто не приходил. Тэхён не звал её на ужин. Не присылал записок. Не приходил сам. Сюэ Юэ говорила себе, что это к лучшему. Что она должна держать дистанцию. Что он — враг. Что она не имеет права чувствовать то, что чувствует. Но сердцу было всё равно, что говорит разум. А сердце — сердце ждало.

***

На четвёртую ночь Сюэ Юэ не выдержала. Она оделась в тёплую накидку, выскользнула из покоев и пошла в сад. Стража у дверей спала — или делала вид, что спит. Ей было всё равно. Ночь была холодной. Небо затянуло тучами, луну не было видно. В саду пахло мокрой землёй и приближающимся дождём. Сюэ Юэ шла по дорожке, усыпанной гравием, и чувствовала, как ветер треплет её распущенные волосы. Она не знала, зачем пришла. Может быть, хотела подышать свежим воздухом. Может быть, хотела сбежать от своих мыслей. А может быть — она не хотела себе признаваться — надеялась увидеть его. Она подошла к фонтану — тому самому, у которого они разговаривали в первый раз. Вода не текла, фонтан молчал. Вокруг было тихо и пусто. — Не спится? — раздался голос за спиной. Сюэ Юэ вздрогнула, но не обернулась. Она узнала этот голос — низкий, спокойный, тягучий. — Не спится, — ответила она. Тэхён вышел из тени и встал рядом с ней — на расстоянии вытянутой руки. Он был без короны, в простом тёмном ханбоке, босиком — видимо, тоже не спал и вышел на минуту. — Ты часто гуляешь по ночам? — Только когда не могу уснуть. — И часто ты не можешь уснуть? — Часто, — призналась Сюэ Юэ. Ким не спросил почему. И она была благодарна ему за это. Они стояли молча, глядя на пустой фонтан. Ветер стих. Наступила тишина — такая плотная, что, казалось, её можно было резать ножом. — Я тоже не сплю, — сказал Тэхён. — Почти каждую ночь. — Почему? — спросила Сюэ Юэ. — Привычка, — ответил он. — С тех пор как я стал королём, мне кажется, что я должен быть начеку всегда. Даже когда все спят. — Это утомляет. — Это убивает, — поправил он. — Но у меня нет выбора. — Выбор есть всегда, — сказала Сюэ Юэ. — Вы сами это говорили. Он усмехнулся — не насмешливо, а грустно. — Говорил, — согласился Тэхён. — Но иногда я забываю. Он повернулся к ней. — А ты помнишь? Она смотрела на него. — Помню. Что я — принцесса Юэлана. Что вы — мой враг. Что я должна ненавидеть вас. — И что? — спросил он. — Ненавидишь? Сюэ Юэ молчала. — Я не знаю, — сказала она наконец. — Я пытаюсь. Но иногда мне кажется, что ненависть уходит. И остаётся… не знаю. Пустота. — Пустота — это не страшно. Страшно, когда в пустоте появляется что-то. И ты не знаешь — свет это или тьма. Они снова замолчали. А потом пошёл дождь. Первые капли упали на лицо Сюэ Юэ — холодные, крупные. Она подняла голову к небу. — Начинается, — сказала она. — Тебе нужно идти. Простудишься. — Я не простужусь. — Тогда промокнешь. — Я уже промокла, — она посмотрела на него. В темноте его лицо казалось высеченным из камня — спокойным, непроницаемым. Но глаза… глаза были другими. Тёплыми. Живыми. — Иди, — сказал он. — Пожалуйста. Сюэ Юэ не двинулась. — Скажите мне одну вещь. — Какую? — Вы жалеете о том, что сделали? Дождь усиливался. Стучал по листьям, по камням, по их лицам. — О чём именно? — О захвате Юэлана. Тэхён молчал долгих несколько секунд. — Нет, — сказал он наконец. — Не жалею. — Почему? — Потому что жалость — это роскошь, которую я не могу себе позволить, — продолжил Ким. — Если бы я не захватил Юэлан, это сделал бы кто-то другой. Кто-то более жестокий. Кто-то, кто не стал бы сохранять жизнь принцессе. — Вы сохранили мне жизнь, чтобы использовать меня. — Да, — согласился он. — Но я мог бы убить тебя. И не убил. — Это должно вызывать благодарность? — Нет. Это должно вызывать вопросы. Зачем я это сделал? Что мне нужно? Почему я до сих пор держу тебя рядом? — И зачем? Он шагнул ближе. Теперь их разделяло только дыхание. — Я не знаю. И это самое страшное. Сюэ Юэ смотрела на Тэхёна. Вода стекала по его лицу, по его шее, по его рукам. Она хотела отступить — но не могла. Ноги не слушались. — Уходи, — сказал он. — Пока я ещё могу тебя отпустить. — А если я не уйду? Он сжал челюсти. — Тогда я не знаю, что будет. Сюэ Юэ не ушла. Тэхён поцеловал её неожиданно — без предупреждения, без слов. Резко, почти грубо. Его руки сжали её плечи, притягивая ближе. Она не сопротивлялась. Не могла. Её пальцы вцепились в его мокрый ханбок, губы ответили на поцелуй — впервые не думая, не оценивая, не играя. Дождь лил как из ведра. Вода заливала глаза, рот, но Сюэ Юэ не чувствовала ничего, кроме его губ. Это было не нежно. Не романтично. Это было отчаянно. Как будто оба тонули и хватались друг за друга, чтобы не уйти на дно. Ким отстранился первым. — Иди, — сказал он хрипло. — Нет. — Иди, Сюэ Юэ, — повторил он. — Пожалуйста. — Нет, — сказала она снова. Тэхён смотрел на неё долгих несколько секунд. Потом резко развернулся и ушёл в сторону дворца, не оглядываясь. Сюэ Юэ осталась стоять под дождём одна. Она подняла лицо к небу и закрыла глаза. Слёзы смешались с дождевой водой. Волки не плачут. Но она не была волком. Она была девочкой, которая только что поцеловала своего врага. И не жалела об этом.

***

Вернувшись в покои, Сюэ Юэ не стала будить Мэй. Сняла мокрую накидку, бросила её на пол, легла на циновку и уставилась в потолок. Её губы горели. Пальцы дрожали. Сердце колотилось где-то в горле. «Что я сделала? — думала она. — Что я наделала?» Она поцеловала его. Она не оттолкнула. Она ответила. «Он — враг, — повторяла Сюэ Юэ себе. — Он разрушил мою страну. Он убил моих родителей. Он держит меня в клетке». Но почему тогда её сердце билось не от страха, а от чего-то другого? Она не знала. И это пугало её больше, чем любая армия.

***

На следующее утро Мэй нашла принцессу сидящей у окна. Сюэ Юэ не спала всю ночь. Всё ещё была в мокром платье, с распущенными спутанными волосами и красными глазами. — Ваше Высочество! — вскрикнула Мэй. — Что случилось? Вы заболели? Вы промокли! — Я в порядке, — сказала Сюэ Юэ, не оборачиваясь. — Вы не в порядке! — Мэй подбежала к ней, потрогала лоб. — У вас жар! — Оставь меня. — Нет! — впервые Мэй ослушалась. — Вы больны! Я позову лекаря! — Не надо, — Сюэ Юэ повернула к ней бледное лицо. — Пожалуйста, Мэй. Никого не зови. Мэй смотрела на неё испуганными глазами. — Что случилось? — прошептала она. — Что произошло прошлой ночью? Сюэ Юэ молчала долгих несколько секунд. — Я поцеловала его, — сказала она наконец. — И он поцеловал меня. Мэй замерла. — Короля? — прошептала она. — Да, — Сюэ Юэ отвернулась к окну. — Я поцеловала врага. Я предала память родителей. Я предала Юэлан. — Вы не предавали, — твёрдо сказала Мэй. — Вы просто… вы просто живая. И сердцу не прикажешь. — Должна была приказать, — сказала Сюэ Юэ. — Должна была оттолкнуть. Должна была уйти. — Но вы не ушли. — Не ушла. Мэй села рядом и взяла её за руку. — Ваше Высочество, — сказала она тихо, — может быть, это не предательство. Может быть, это просто… начало чего-то нового. — Чего нового? — горько усмехнулась Сюэ Юэ. — Любви к врагу? — А вы любите его? Сюэ Юэ замерла. — Не знаю, — ответила она честно. — Я не знаю, что я чувствую. Я не знаю, кто он. Я не знаю, кто я. Я ничего не знаю. — Тогда просто подождите, — сказала Мэй. — Время покажет. Сюэ Юэ сжала её руку. — Спасибо, Мэй, — прошептала она. — Ты — единственное, что у меня осталось. — И король, — тихо сказала Мэй. Сюэ Юэ ничего не ответила.

***

В тот день Тэхён не пришёл к ней. И на следующий — тоже. Он не звал её на ужин. Не присылал записок. Не появлялся в библиотеке. Сюэ Юэ говорила себе, что это к лучшему. Что они оба должны остыть. Что этот поцелуй был ошибкой. Что больше этого не повторится. Но по ночам она всё так же не спала. Смотрела в потолок и вспоминала его губы на своих. Его руки на своих плечах. Его голос: «Пожалуйста, иди». Она не ушла. И теперь не знала, как жить с этим.

***

На шестой день Сюэ Юэ снова пошла в сад. Было тихо. Холодно. Луна висела низко — жёлтая, далёкая, чужая. Она стояла у фонтана и ждала. Он не пришёл. Она ждала до рассвета. Он не пришёл. Сюэ Юэ вернулась в свои покои, легла на циновку и закрыла глаза. «Ты боишься, — думала она. — Ты боишься того, что между нами. И ты прав. Я тоже боюсь». Она не знала, что будет дальше. Но знала одно: между ними что-то изменилось. Навсегда. И обратного пути не было.